Скрытое сердце
Шрифт:
— Ладно. А остальные? Ты им доверяешь? Они бы не слили информацию прессе?
Она убрала руку со лба и посмотрела на меня.
— Не думаю. А что?
— Утреннее фото с парковки уже в сети. На мой взгляд, это не просто фанатский снимок, так что я подумал: может, кто-то из твоего окружения поделился информацией — ради пиара или ещё чего.
— Ох… Не думаю. Наверное, просто какой-то случайный человек из Старбакс.
Она продолжала изучающе смотреть на меня, а потом внезапно сменила тему.
— У тебя очень широкие
Я усмехнулся.
— Говорят, это помогало мне быть хорошим пловцом.
— Ты занимался плаванием в школе?
— Да.
— После выпуска пошёл сразу в ВМФ или сначала в колледж?
— Сразу. Я всегда хотел стать морским котиком.
— Почему?
— Потому что все говорили, что это невозможно. А я хотел доказать, что справлюсь.
— И справился?
— Да, — ответил я. — Справился.
Её губы изогнулись в лёгкой улыбке.
— У тебя большое эго, ты знал?
Я ухмыльнулся наполовину.
— Просто говорю, как есть.
Она выглядела веселой.
— Ты всё ещё живёшь здесь?
— Пока да. С отцом, в доме, где вырос. Но собираюсь съехать, как только откроется бар.
— А где твоя мама?
— Умерла, когда мне было десять.
Её выражение сразу потускнело.
— Прости.
— Всё нормально.
Она вздохнула.
— Моя мама сводит меня с ума, но я не могу представить жизнь без неё.
— А что насчёт отца?
Она снова посмотрела в небо, затем закрыла глаза рукой.
— Он рядом. Иногда даже остается рядом.
Я ждал, не скажет ли она что-то ещё, но она промолчала.
— Извини, я не хотел лезть.
— Всё нормально. У меня есть проблемы с папой, но у кого их нет?
— Если не хочешь говорить об этом, не надо.
Она снова вздохнула, затем повернулась на бок и посмотрела на меня.
— Знаешь, чего я правда хочу?
— Чего?
— Поужинать нормально. Просто пойти выпить пива, съесть бургер с картошкой и расслабиться. Это возможно?
— Возможно, — уклончиво ответил я. — Ты будешь делать всё, что я попрошу в плане безопасности?
— Да.
— Тогда поехали.
Я резко поднялся и протянул ей руку. Она взяла её и позволила мне помочь ей встать. На секунду мы просто стояли слишком близко, её ладонь всё ещё была в моей.
— Прости за утро, — сказал я ей.
— За что именно?
— За то, что был козлом насчёт твоей ситуации. За то, что сказал, будто никогда не позволил бы кому-то указывать мне, что делать. На самом деле, я понятия не имею, как бы сам себя вёл на твоём месте.
Она удивлённо посмотрела на меня.
— Спасибо. Я это ценю.
Я отпустил её руку.
— И ещё прости, что наехал на тебя из-за того поста в Инстаграм. Просто я хочу, чтобы ты была в безопасности. А теперь сижу и жду, когда к дому подкатит автобус, набитый твоими фанатками.
Она выглядела смущённой.
— Я так переживала, как выгляжу на
— Согласен. Люди — козлы.
Она посмотрела мне в глаза, чуть щурясь от солнца.
— Ты читал комментарии под моим постом?
— Некоторые, — признался я. — Тебя задевают негативные?
— Иногда.
— Оно того стоит? Я имею в виду, зачем вообще выкладывать что-то? Зачем давать миллионам людей возможность публично судить твою жизнь каждый день?
— Я чувствую, что должна. Чтобы оставаться на слуху. Чтобы напрямую общаться с фанатами. И так хотя бы я сама контролирую, что там пишут. Гораздо хуже, когда в сеть попадают снимки папарацци, а таблоиды просто придумывают к ним идиотские заголовки ради кликов. В прошлом году мне пришлось ходить на физиотерапию из-за травмы ноги, а в статьях к фото, где я выхожу из клиники, написали, будто я увеличивала грудь.
Мой взгляд невольно опустился на её грудь.
— Не трогай их, они идеальны.
А потом мой мозг, наконец, осознал, что только что сказал мой рот.
— Господи, прости. Я не должен был этого говорить. Я придурок. Уволь меня.
Она рассмеялась.
— Я уже пыталась.
— Значит, постить в соцсети… — я отчаянно старался вернуть разговор в приличное русло. — это про контроль?
— Частично, да.
Теперь я лучше понимал её. Я тоже любил контроль.
— И оно того стоит? Всё это дерьмо, которое приходится терпеть, ради чувства контроля?
Она пожала плечами.
— Иногда. Не всегда. Но, может, это всё, что я могу просить.
Она повернулась к дому.
— Ладно, я пойду в душ.
Я смотрел ей вслед и очень хотел бы сказать, что в этот момент размышлял о цене славы, вторжении папарацци в личную жизнь или влиянии соцсетей на психику.
Но нет.
Я думал о её идеальной груди. Я смотрел на её великолепную круглую задницу. Я гадал, воспользуется ли она сейчас этой штукой в виде кролика в душе. Как часто она её использует? Была ли она с кем-то после Дюка? Если нет, значит, она столько же времени провела без секса, сколько и я. Может, ей его и не хватало? В конце концов, вибратор — это надёжная штука. Почти как дрочить, да? Ты знаешь, что в итоге получишь результат.
Но игрушка не может коснуться тебя руками. Не может поцеловать. Не может сказать тебе что-то, от чего твои щёки вспыхнут. Она не может заставить тебя чувствовать, что тебя хотят. Она ничего не чувствует сама.
Это не то же самое, что быть с человеком, который хочет зарыться пальцами в твои длинные рыжие волосы. Который мечтает покрыть поцелуями каждый сантиметр твоей сияющей кожи. Который хочет услышать, как ты стонешь его имя, пока он чертовски умело доводит тебя языком до оргазма.