Скрытность
Шрифт:
Он покачал головой.
— Я был ответственен за нее. Но я не справился.
— Твоя тетя убила ее.
Голос Нидии звучал успокаивающе, но в то же время твердо.
— И теперь мы все уверены, что именно она предала Магнуса. Не так уж много можно сделать, когда в твою кровать забралась змея, а ты спишь и не знаешь об этом.
Кассиан кивнул, но я знала, что убедить его не удалось. Он всегда будет страдать от чувства вины за смерть своей сестры.
Он сделал шаг в сторону двери.
—
Часть меня хотела, чтобы он остался, но тогда бы мне пришлось испытывать на себе все его эмоции, а сейчас они были невыносимыми. Быть может, это и было эгоистично, но я все же предпочла, чтобы он ушел.
Я попыталась улыбнуться, когда он окинул меня, окруженную подушками, взглядом. И по его взгляду поняла, что он почувствовал мою надежду. Ради меня, ради себя самого, он будет держаться подальше.
Уилл выглядел нервным, когда мы вышли из коттеджа Нидии на улицу, окутанную туманом.
— Хватит уже волноваться, — сказала я, легонько толкнув его бедром. Очень осторожно. Мне не хотелось потерять равновесие и упасть.
— Я видел, какой ты была сегодня, когда только очнулась, даже ходить едва могла, поэтому это у меня будут проблемы, если нас увидят.
— Тогда поторопись, пока Нидия не заметила моего отсутствия.
Обхватив одной рукой меня за талию, Уилл взял на себя вес моего тела и повел меня по нашему городку, следуя моим указаниям: сначала на север через центр, а затем на запад, мимо парочки домов до территории кладбища.
Я вдохнула поглубже ночной прохладный воздух с привкусом сырой земли, позволила ему насытить мою душу. Я почувствовала близость кладбища еще до того, как оно появилось в поле нашего зрения. Песни мертвых доносились до меня через камни, на которых были высечены их изображения и имена. Мы шли сквозь глухую стену из сосен, пока не добрались до прогалины, где покоились все драко. Драгоценные камни разных мастей усыпали землю — некоторые лежали на поверхности, некоторые таились глубоко в земле и прахе драко, начиная еще с давних времен. Они мерцали, придавая ночи цвет, насыщали воздух цветами радуги в приглушенных тонах.
Уилл ахнул.
— Красиво, правда? — пробормотала я.
— Я… я... — запинался он.
— Ты чувствуешь их, — сказала за него я.
Он несколько раз моргнул, пораженный. Я понимала его чувства. Они были тут. Все они. И Мириам тоже. Воспоминания о каждом драко, неважно, знала я его или нет, жили здесь. Их энергия искрилась в воздухе и пробиралась глубоко внутрь меня.
— Папа тоже должен быть тут… — сказала я. — Мы с Тэм выберем камень и оставим для него. — Было сложно произнести эти слова. Прежде мы никогда не задумывались о том, чтобы это сделать, ведь у нас не было доказательств его смерти, не было его праха. Но теперь
Уилл утвердительно кивнул с мрачным выражением лица.
— Ты должна это сделать.
Самоцветы поблескивали из своих земляных ямок. Один из них привлек мое внимание. Драгоценный камень Мириам. Я выдохнула ее имя. На кладбище праха и драгоценных камней было несколько топазов, но именно этот взывал ко мне, словно это была сама Мириам. И я не могла отделаться от мысли, что так оно и было.
Ощутив жжение в глазах, я моргнула. Ноги внезапно подвели меня, и Уилл поймал меня, подхватив на руки.
— Прости меня, — рыдала я в его плечо, ненавидя себя за свою слабость. Разве я не должна была закалиться после всего случившегося? Выработать иммунитет к потерям?
— Не извиняйся.
Мы замедлили шаг, опустились на землю, он держал меня на руках, как будто ребенка, бормотал какие-то глупости на ухо. Его рука, лежащая на моей спине, казалась такой сильной и уверенной. Он коснулся моей головы, провел рукой по волосам.
— Она заслуживает того, чтобы ее помнили и скучали по ней.
Я всхлипывала сквозь слезы.
— Мы затеяли все это, чтобы спасти ее... но все равно это закончилось смертью.
Реальность придавала горю еще более горький вкус.
— Один из нас убил ее... не энкрос и не охотник. Драко. Ее собственная тетя убила ее. И моего отца.
Я ударила кулаком в землю, задела драгоценный камень, край которого рассек мне руку. Я зашипела. Блестящая кровь, практически черного цвета — в ночи фиолетовый оттенок было трудно различить — обильно стекала по коже. Уилл пробормотал ругательство и вытер кровь своей рубашкой.
— Эй, будь осторожна. Ты и так вся в ранах, — упрекнул он меня, затем притянул мою голову к себе на плечо. И тут я ощутила изнеможение и плакала не от боли от раны на руке, а от боли в моем сердце.
— Я испачкала всю твою рубашку, — заметила я, ощупав влажную ткань на рукаве.
— Не просто испачкала, а замарала кровью, — принялся он насмешливо ругаться.
Я фыркнула и улыбнулась, провела рукой по его плечу. Несколько минут мы сидели в тишине, рядом друг с другом в свете драгоценных камней.
— Что они сделают с ней? — спросила я и, чтобы не было недопонимания, уточнила: — С Джабель.
Он вздохнул.
— Должен был состояться суд...
— Должен был?
— Как говорит Нидия, она знала, что ей грозит.
Мое сердце учащенно забилось.
— Смертный приговор.
То, что она сделала... правосудие Стаи в таком случае мгновенно и безжалостно.
— За то, что она убила свою племянницу, словно та была каким-то использованным мусором, она и не заслуживает более мягкого наказания.