Скрипачка
Шрифт:
Аля сделала шаг от кровати, и тут дверь распахнулась настежь. На пороге предстал Славка, встрепанный, все в тех же синих штанах, но без майки, с перекошенным лицом.
— Стучать надо! — разозлилась Алька. — Как в свою спальню прям!
— Там… Рыбак Крета замочил! — заикаясь, выдавил Славка.
— Что?!
Алька села с размаху на постель, из перевернутой косметички на пол посыпались тушь, помада, флакончик духов, упаковка анальгина, невостребованные нитки с иголкой.
— Вроде как извиняться пошел. — Славка продолжал топтаться на месте, неловко размахивая руками. — А Крет ванну
— И что? — прошептала Ленка.
— И то. Повздорили они там или как, но только Рыбак взял вилку и всадил в розетку. Пламенный привет.
Алину голову будто с двух сторон сдавили огромные чугунные щипцы, еще чуть-чуть, и, казалось, череп лопнет.
— Ужас какой! — Ленка, белая как полотно, осела на кровать напротив Альки.
— Он признался? — тихо спросила Алька.
Зубец покачал головой:
— Он же поддатый был, мог ничего и не соображать. Завелся, ну и… Виталик Прохоров слышал, как Крет орал, перед тем как…
Славка умолк на полуслове, стараясь отвести взгляд от Альки.
— Договаривай, — жестко приказала она.
— В общем, типа «помогите, флейтист меня…» того… Виталик же за стенкой у Крета, а тут слышимость сто процентов.
Алька встала и отодвинула Славку от двери:
— Где он?
— Крет?
— Рыбаков.
— Почем я знаю. Кажется, на первом этаже, у администратора. Милицию вызвали, сейчас приехать должна.
Аля стремительно выскочила в коридор.
— Погоди, я с тобой. — Ленка поспевала шаг в шаг с Алькой, на ходу застегивая пуговицы. Славка плелся сзади. Из дверей выглядывали испуганные и растерянные оркестранты, коридор гудел.
В небольшом холле первого этажа, у дверей администратора, толпился народ. От двери зевак пытался отогнать инспектор оркестра, Василий Чегодаев. Лицо его было серым, руки тряслись, он что-то кричал напиравшим на него любопытным, но его никто не слушал.
— Пустите! — Аля с налета врезалась в людскую гущу, стараясь протиснуться к администраторской комнате. Кто-то тут же наступил ей на ногу, сбоку больно толкнули в грудь. Какая-то крашеная, патлатая тетка обматерила Альку и попыталась оттеснить назад, но та с отчаяния сильно щипнула скандалистку за туго обтянутый шелком зад. Крашеная взвизгнула, и Алька с Ленкой очутились нос к носу с Чегодаевым, подпирающим спиной красивую дубовую дверь.
«Это я виновата! — стучало у Альки в голове. — Я уговорила его пойти к Крету! Если бы я не сунулась, ничего бы не случилось. Крет был бы жив, и Валерка… что теперь будет с Валеркой?»
— Во, девчонки, сюрприз, — пробормотал Чегодаев, морщась от напора толпы. — Скорее бы менты явились, а то меня сейчас на куски разорвут.
— Вась, пусти, мы зайдем, — попросила Аля.
— Заходите, только быстро, иначе за вами все туда вломятся. Нам шум лишний не нужен.
Чегодаев приоткрыл дверь, и девушки вместе со Славкой просочились внутрь. По контрасту с переполненным холлом комната была почти пустой. За столом у телефона сидела администраторша — интересная, суховатая женщина среднего возраста. Вид у нее был спокойный и сосредоточенный, будто такие ЧП случались в гостинице
Администратор оторвалась от трубки, поджала губы и тоном, не терпящим возражений, произнесла:
— Попрошу отсюда всех посторонних. Здесь у меня до приезда милиции только свидетели.
— Я тоже свидетель, — сказала Алька.
Гурко поднял на нее тяжелый взгляд, в котором явственно читались ненависть и презрение. Валера Рыбаков был его давним другом, и, хотя в последнее время они несколько разошлись, для Сергея сегодняшнее было ударом. Подумать только, из-за этой маленькой, самоуверенной шлюшки…
Аля мужественно выдержала взгляд Гурко, хотя на самом деле ей хотелось провалиться сквозь землю.
— Свидетели? — недоверчиво переспросила сухощавая, изучая Алю и Лену. — Вы что-то видели? Слышали?
— Это я уговорила Валеру пойти извиниться перед Кретовым.
Аля наконец решилась посмотреть в сторону кожаного дивана, но Рыбаков так и не включил ее в поле своего зрения. На мгновение Але показалось, что он вообще не видит и не слышит всего происходящего. Будто это к нему не относится.
— Ну и что? Вы ходили с ним к Кретову в номер?
— Нет.
— Тогда какой вы свидетель? Выйдите и не морочьте мне голову. Вы видели, что в холле делается? А если у меня завтра полгостиницы съедет?
— Я не уйду, — твердо заявила Алька.
— Да кто это такая? — насмешливо поинтересовалась администратор. — Девушка, если вам есть что сказать, обождите в коридоре. Сейчас милиция приедет, и вас вызовут.
— Пойдем, — прошептала Ленка и дернула подругу за руку.
— Отстань.
— Ну-ка, Гоша, выведи ее и всех лишних, — кивнула охраннику женщина.
Гоша поспешно поднялся и направился к Але. Тут дверь распахнулась, и в кабинет вошли двое милиционеров, а за ними обливающийся потом, но довольный Чегодаев.
— Так. — Один из вошедших сразу подошел к столу и сел рядом с администраторшей. — Давайте по порядку. Я — Лавров Игорь Юрьевич, старший лейтенант. Это, — он указал на другого мента, оставшегося у двери, — Гроздецкий Семен Ильич, лейтенант. Всем посторонним просьба удалиться, остаются только свидетели происшедшего и администрация.
Алька тихонько прошмыгнула на стул, стоявший свободным у окна, возле Гурко и Прохорова, понимая, что теперь администраторша отстанет. Ленка и Славка вышли.
— Кто обнаружил труп? — спросил Лавров.
— Я.
Аля удивилась: ей почему-то казалось, что Валерка так и будет молчать и спать наяву.
— Ваше имя, фамилия, отчество?
— Рыбаков Валерий Андреевич.
— Расскажите, как было дело.
— Я зашел к Кретову в номер…
— Зачем?
— Нужно было поговорить.