Скорый поезд

Злобин Анатолий Павлович

– Так вот почему мы опаздываем, - сказал муж Веры Николаевны.

– Может, нагоним еще. Будете пить чаек? Сколько принести?

Мы что-то сказали ему, и он ушел, звякнув подносом об угол. Вера Николаевна задвинула дверь.

– Какая нелепая смерть, - сказала она.

–

А ты не напивайся, - сказал ее муж.

– Нет, Юрик, ты неправ. Ты не представляешь, как это трагично. Отец и дочь - сразу. Девочка двенадцати лет, как наш Витенька. Ужасная трагедия.

– Я все-таки думаю, что он был с женой. Ведь было очень поздно, сказала моя жена.
– Проводник же сказал, что он не видел.

– Нет, нет, это была девочка. Я чувствую.

– Какая разница, Вера, дочь или жена. Не все ли равно.

– Как ты не понимаешь этого, Юрик? Я просто удивляюсь, как вы, мужчины, все-таки грубо сделаны.

– И вообще, стоит ли так расстраиваться. Если все начнут расстраиваться из-за каждого несчастного случая...

– Да, да, - перебила Вера Николаевна.
– Как ты не понимаешь? Мы ведь едем на курорт... А тут темная ночь и ослепленные поездом люди - это ужасно.

– Что ужасного, что мы едем на курорт?
– с раздражением сказал Юрий Петрович.

– Неужели человек не может быть счастлив просто так, чтобы не переезжать чужие жизни.

– Вера, прошу тебя. Твоя философия неуместна. Зачем с самого начала отравлять себе отдых?

Моя жена посмотрела наверх.

– Товарищи, давайте есть дыни, - сказала она.

– Вот это дело, - обрадовался муж Веры Николаевны.

Я встал и выбрал самые крупные и желтые дыни. Юрий

Петрович разложил на столике газеты и разрезал дыни пополам, обнажая спелую мякоть. Он ловко очистил половинки от зерен, разрезал их на лунные дольки и дал нам.

– В самом деле, - сказала Вера Николаевна, - хватит об этом. Ведь уже сегодня мы будем у моря и там забудутся все наши заботы и печали. Вы не представляете, сколько проблем было у меня в школе перед отъездом. Но теперь все останется позади.

– Вот именно, - сказал Юрий Петрович.

– Отличная дыня, - сказала моя жена.

– Необыкновенная, - подтвердил Юрий Петрович.

– Вкуснее, чем ананас, - сказала Вера Николаевна.

– Купим еще, Вера, да?
– сказал Юрий Петрович. Он уже кончил резать вторую дыню.
– Прошу, эта тоже не хуже.

– Лучшая дыня сезона, - сказал я.
– Счастливая дыня.

Жена посмотрела на меня и улыбнулась.

– Простите, у вас есть дети?
– спросил вдруг Юрий Петрович.

– Нет, а что?

– Мы только перед маем поженились, - сказала жена.

– А познакомились в прошлом году, в поезде, когда возвращались с юга, - сказал я.

– И вместе покупали дыни на станциях, - сказала жена.

– И теперь опять дыни, - сказал я, глядя на жену.

– Прелестная дыня, - сказала Вера Николаевна, - я давно не ела таких дынь. Отрежь мне еще кусочек. Я думаю, это не будет вредно для меня.

В окно било сверкающее утреннее солнце. Поезд упруго мчался вперед, нагоняя расписание. Мы ехали к морю.

1961