Сколько стоит любовь
Шрифт:
Я ощутила, что краснею, хотя и понимала, что леди Вайолет говорит чистую правду.
– Не смущайтесь моей прямолинейности, я меньше всего хочу обидеть вас, - она мягко улыбнулась. – Но прошу понять и принять мою любовь к прямолинейности, к которой, как мне кажется, вы также имеете склонность.
– Говорите прямо, мне это нравится, - ответила герцогине, понимая, что говорю правду.
– У вас очень милая матушка, - заметила тактично женщина, - но мне порой кажется, что если бы она уделяла вам больше внимания, то вы давно были бы замужем.
– Кто здесь говорит обо мне? – Бенедикт вошел в спальню и с улыбкой взглянул на нас.
– Ты подслушивал? – деланно удивилась герцогиня.
– Позвольте, я? Никогда, - с самым честным видом заверил нас Кэшем. – Просто вы говорили достаточно громко, а я не счел необходимым тактично прикрыть уши. – Взгляд Бенедикта переместился на меня. В его взоре промелькнуло что-то такое, отчего мое сердце забилось быстрее.
– Твоя матушка предложила мне обновить гардероб и вечером к нам приедет модистка, - порадовала я супруга.
Бен довольно кивнул.
– Просто отлично. Долой унылые платья. Моя жена должна сверкать, как бриллиант чистой воды, - он приблизился и взял меня за руку, - но все это будет вечером, сейчас нам предстоит прогулка. Первая в нашей совместной жизни.
Герцогиня покосилась на сына и покачала головой:
– Ты желаешь, чтобы Аврора ехала верхом после вашей первой брачной ночи? – спросила она тихо. – Не лучше ли взять экипаж?
– Нет, благодарю, я чувствую себя превосходно и вполне готова ехать в седле, - произнесла с улыбкой и только после поняла, на что намекала Ее Светлость.
– Матушка, я же немного лекарь, - тихо шепнул леди Вайолет Бен, - поверь, с ней все в порядке, - он мило улыбнулся и добавив: - До вечера не ждите, - потянул меня прочь из спальни от задумчивого взора своей матушки.
*********
Для нас приготовили двух великолепных лошадей. Для Бена – тонконогого черного жеребца с глазами темными как ночь и таким же норовом. Для меня пегую кобылку с белым пятнышком на лбу. У лошадки были нежные глаза и покладистый характер.
Уже сидя в дамском седле и проезжая в ворота, я обратилась к супругу, хранившему до сих пор молчание.
– Думаешь, она догадалась?
– Нет, но тебе и вправду не стоило бы ехать верхом после нашей первой совместной ночи, - заметил он.
– Неужели этот процесс настолько неприятен для женщин? – решилась, спустя минуту молчания спросить то, что волновало ум.
– Только в самый первый раз и не у всех, - ответил Бенедикт и осекся.
– Не надо, не смущайся, - быстро проговорила я. – Я наслышана о твоем опыте, - и отчего только щеки горят огнем, словно это не его опыт, а мой.
– О моем опыте? – муж придержал жеребца, рвущегося сорваться в галоп, и оглянулся. – Ты веришь сплетням, леди Кэшем?
– В данном случае, полагаю, что они правдивы, милорд. Ты же не станешь отрицать очевидное? Но это совсем не мое дело, что у тебя
– Но тебе небезразлично, что у меня будет при тебе? – он вопросительно изогнул бровь и усмехнулся.
– Думаю, ты помнишь условия договора, - напомнила мягко.
– Значит, дело всего лишь в договоре? – уточнил Кэшем и перестал усмехаться.
– Конечно. Я не хочу, чтобы мое имя порочили и если у тебя есть низменные желания обладать какой-то женщиной, - мне едва хватило усилий, чтобы говорить спокойно и без волнительных пауз, - то будь любезен делать это так, чтобы не порождать сплетен и слухов. Иначе это будет нарушением договора. Одно дело нарушить до свадьбы и совсем другое теперь, когда мы муж и жена! – Сказала и почувствовала гордость за свою выдержку.
Смогла. Сил хватило. Нет. Кэшем ни за что не узнает, что интересен мне. Я не дам Бену власть над собой, пусть даже как женщина я его и не интересую. А он прекрасно дал мне это понять. До сих пор помню его слова.
Он как-то странно посмотрел на меня и произнес:
– Я буду беречь твою честь, обещаю, - и отвернувшись, направил жеребца вперед.
*********
Матушка и сестрицы были рады меня видеть. Но во взгляде леди Роттенгейн промелькнуло удивление. Кажется, меня не ожидали в гости уже на следующий день после свадьбы.
– Боги, Рори, ты просто расцвела! – восхитилась Алиса.
Втроем они взяли меня под руки и утянули за собой в гостиную, чтобы поговорить, в то время как отец занял беседой Бенедикта.
Мы присели на диванчик. Матушка отправила лакея принести нам чаю и немного сладостей. Марго устроилась рядом, обняв меня тонкими ручками, а Алиса опустилась в кресло напротив с интересом рассматривая меня так, будто я могла измениться за одну ночь.
– Что вы так смотрите? – не выдержала и рассмеялась.
– Просто мы не ждали тебя сегодня, - призналась матушка. – Не думала, что лорд Кэшем отпустит тебя так быстро… - она недоговорила и вдруг покраснела, а я прекрасно поняла, на что моя мама намекнула.
– Он не совсем отпустил меня, - пошутила, глядя на родных. – Мы же приехали вместе?
– Ну хоть это радует, - вздохнула мама, затем взглянула на Алису. – Милая, пойди скажи слугам, чтобы принесли еще вина!
Сестра удивленно приподняла брови и потянулась было к колокольчику, но матушка так взглянула на нее, что Алиса поняла: ей тактично намекают оставить нас наедине.
– И Маргарет возьми. Пусть ей сделают фруктовый салат, который она так просила, - добавила матушка.
Алиса вздохнула, взяла за руку Марго, которая не хотела уходить, и обе сестры вышли, оставив нас с матушкой наедине.
Как только стихли шаги, леди Роттенгейн повернулась ко мне.
– Рори! Ты приехала верхом? – быстро сказала она.
– Да, - я вдруг поняла, что удивило матушку.
Кажется, то же самое, что давеча удивило и леди Вайолет.
– Как он позволил тебе сесть в седло? – ахнула она. – Не болит ничего, душа моя?