Сколько стоит любовь

Завгородняя Анна Александровна

Ну вот и все. Слова, которых я боялась, но ждала, как нечто неизбежное, сказаны.

Стоя спиной к Харбору и понимая, насколько это невежливо, все же еще несколько секунд не могла найти в себе силы, чтобы повернуться. А когда сделала это, встретила пристальный ожидающий взгляд.

– Я достаточно богат, чтобы обеспечить вас, - продолжил сэр Джеймс. – Вы ни в чем не будете нуждаться. Если желаете, можете взглянуть на документы, которые подтверждают мое благосостояние. К тому же, что должно вас порадовать, как добрую и

любящую дочь, мое имение, насколько вы знаете, располагается по соседству с вашим родным домом. А это значит, что вы будете видеться с родными, когда пожелаете. – Здесь Харбор выдержал паузу, явно ожидая моих слов.

– Сэр, - проговорила, глядя ему в глаза, - благодарю за оказанную мне честь, но боюсь, я вынуждена ответить вам отказом, - и выдохнула с облегчением.

Вот все и произошло. Я сказала то, что хотела и то, что была должна сказать.

На лице мужчины промелькнула тень. Он прищурил глаза и шагнул ко мне.

– Что? – произнес он. – Вы отказываете мне?

– Да, - подтвердила уверенно.

Несколько секунд Харбор молчал. Затем распрямил спину и взглянул на меня уже без прежнего снисхождения.

– Вы хорошо подумали, леди Роттенгейн? – уточнил он.

– Более чем.

– И намерены сейчас огорчить свою мать подобным решением? – он уронил руки вдоль тела. – Я не хотел бы обидеть вас, но за время своего пребывания в столице, успел навести некоторые справки. Я знаю, что вы уже третий год ходите в невестах. Наслышан и о том, насколько требователен к претендентам на вашу руку лорд Роттенгейн.

Сейчас Харбор намекал на несостоявшихся женихов, которые гнались за состоянием, надеясь за мой счет поправить свои дела.

– Неужели вы не понимаете, что я, возможно, ваш последний шанс? – он позволил гневу возобладать над разумом. Сделал еще один шаг, сокращая расстояние между нами.

– Сейчас, после ваших слов, я лишь сильнее убедилась в правильности своего решения, - произнесла холодно. – И не вам судить о моей судьбе.

– Впрочем, о чем это я. Видимо, придется настоять. Полагаю, ваши родители заставят вас принять мое предложение, когда поймут насколько оно выгодно и рационально для наших семей, - тон мужчины стал строгим. Я же присела в книксене и сказала:

– Полагаю, на этом мы можем закончить наш разговор, - и отступила к выходу.

К моей радости, сэр Джеймс не последовал за мной. Он стоял, сжимая яростно в руках бедную ни в чем не повинную папку, когда я открыла дверь, намереваясь покинуть гостиную. Но не успела. Матушка ворвалась в комнату, словно вихрь. На ее губах цвела предвкушающая улыбка, а глаза горели в ожидании приятных новостей.

– Боже, ну не томите меня, - произнесла она со свойственной ей порывистостью.

– Мне отказали, - холодно произнес Харбор.

Матушка как-то сразу поникла и посмотрела на меня так, словно я только что принесла позор в нашу семью.

– Рори? –

только и проговорила она.

Развернувшись к леди Роттенгейн, я вдруг остро осознала, что это никогда не прекратится. После Харбора будет кто-то еще, возможно, менее противный, а может и наоборот. Да, сезон подходит к концу, и это тоже не успокаивало сердце.

Теперь мне предстоит в следующем году снова пережить этот позор: шепотки за спиной, вздохи и жалостливые, а порой и насмешливые, взоры. И Алиса…

Я на миг закрыла глаза. Бедная Алиса! Ведь она давно была бы замужем, если бы не я. Именно я, а не кто-то иной, являюсь препятствием к счастью моей любимой сестры. И она заслуживает быть счастливой, а не прозябать рядом со мной год за годом.

Кажется, пора прекратить это. И выход есть.

– Аврора! Что ты творишь? – прошептала мама, подскочив ближе. – Я немедленно расскажу все твоему отцу. Лорд Харбор, этот приятный и милый мужчина сделал тебе предложение, а ты…

– А я отказалась, - сорвалось с губ прежде, чем смогла что-то понять. – Я уже помолвлена, - эти слова явно были лишними, но то ли отчаяние, то ли жалость к самой себе отринули разум.

– Что? – почти одновременно выдохнули матушка и лорд Харбор. И оба были искренне удивлены.

– Да. И со дня на день я жду, что мой избранник придет к отцу, - мне бы прикусить язык, промолчать, но слова сами срывались с губ, а сердце билось так, словно хотело вырваться из груди.

Что, если Кэшем передумал? Что, если нашел другую, более подходящую девушку, для своего фиктивного брака. Как я буду выглядеть, когда никто не придет к отцу просить моей руки? И ведь матушка непременно расскажет все подругам. Она не из тех, кто станет держать язык за зубами.

Это будет позор!

– О! – протянула мама, но как-то недоверчиво. – И я могу узнать, кто же он? – спросила она.

Кажется, леди Роттенгейн мне не верила. Боги, да я сама себе не верила в этот момент, но поникший вид и злобный взгляд Харбора послужил, пусть коротким, но утешением.

Немедленно напишу сэру Бенедикту записку и отправлю вместе с гонцом.

– Скоро узнаете, - нашла в себе силы улыбнуться матушке. Она лишь головой покачала, но предвкушаю, что едва несостоявшийся жених выйдет за порог, мне выскажут все, что обо мне думают. В этом мама сдержанна не была.

Харбор прошествовал мимо. На меня он едва взглянул. С леди Роттенгейн все же нашел в себе силы вежливо попрощаться.

– Я поговорю с Авророй, сэр, - сказала ему мама, прежде чем слуга, ожидавший за дверью, проводил гостя.

– Я не прощаюсь, - ответил мужчина, из чего я сделала вывод: мне не поверили. Видимо, решили, что я все придумала.

«Боги, пусть лорд Кэшем скажет «да»!» - промелькнула в голове мысль.

Я шагнула вперед, намереваясь выйти из гостиной, но матушка тут же преградила мне путь.