Сколько стоит любовь
Шрифт:
Я оценила богатое убранство, мраморный пол, выложенный замысловатой мозаикой, нарядных леди и джентльменов, неторопливо шагавших куда-то в сопровождении слуг. Затем увидела и владельцев этой роскоши.
Герцог и герцогиня Астер стояли в нескольких шагах от лестницы. Оба высокие, темноволосые. На ней было дорогое изысканное платье глубокого изумрудного цвета. В волосах, уложенных короной, сверкала алмазная диадема. На нем бархатный камзол в цвет к платью супруги. Пара смотрелась очень гармонично. И даже седина в волосах Его Светлости шла к благородному овалу его лица и пристальному
– Лорд и леди Роттенгейн с дочерями, с леди Авророй и мисс Алисой Роттенгейн! – представил нас глашатай.
Я невольно распрямила спину и попыталась придать походке той легкости и плавности движений, какими обладала Алиса.
На нас уже смотрели. Герцог и герцогиня милостиво улыбались, а мой отец важно вел под руку матушку, делая вид, что для него подобный визит привычное дело. Но на самом деле мы впервые получили приглашение на бал в Астер-холл. Прежде подобной чести удостаивались лишь избранные. И вот произошло чудо. Мы здесь.
– Ваша Светлость, - отец поклонился и поцеловал протянутую руку герцогини, затянутую в белоснежную перчатку.
Герцог Астер нам снисходительно кивнул, а вот его супруга, и я это увидела отчетливо, оценивающе скользнула взглядом по нам с Алисой. Причем на мне она едва задержала взор, а на Алису смотрела довольно долго и, как мне показалось, внимательно.
– Очень рад видеть вас, лорд Роттенгейн, - произнес Его Светлость. 0н кивнул отцу и поклонился матушке, отчего последняя зарделась, что случалось с ней крайне редко.
– Располагайтесь, - сказала герцогиня. – Слуги проводят вас в зал. Мы очень рады, что вы приняли наше приглашение.
Она была сама любезность, но меня лично насторожил очередной взгляд леди, брошенный на Алису, когда мы, сделав книксен, удалились в сопровождении богато одетого лакея в сторону зала, откуда лилась музыка и доносились гомон голосов и редкий смех.
– Интересно, а где же лорд Кэшем? – шепнула мне сестра, пока мы следовали за слугой. – Говорят, он давно прибыл в город, но я еще ни разу не видела его. А любопытно взглянуть хотя бы одним глазком.
– Не сомневаюсь, что нам еще повезет лицезреть этого джентльмена, - заверила сестру.
– Я надеюсь, он также дьявольски красив, как о нем говорят, - улыбнулась Алиса и мне даже стало самой любопытно взглянуть на этот образчик красоты и мужественности. По крайней мере, именно такие слухи ходили вокруг загадочной персоны лорда Хэшема, единственного сына герцога Астера.
Конечно же, мы с Алисой не имели возможности увидеть его раньше, поскольку наши семьи вращались в разных кругах. Это приглашение было приятным, и главное, неожиданным, сюрпризом. Отказаться было невозможно, да и неправильно. Когда еще выпадет случай и честь увидеть Астер-холл изнутри и познакомиться с его владельцами?
Я посмотрела вперед. Сразу за аркой начинался зал. Это было просторное помещение с колонами, украшенными лепниной, с камином, занимавшим приличную часть стены в мой рост высотой, и огромными окнами, которые в дневное время давали достаточно света, чтобы зал был просто залит солнцем.
– Ах, какое общество, - всплеснула руками матушка, стоило нам пройти под аркой и оказаться
Слуга, провожавший нас, с поклоном удалился, а матушка тут же принялась высматривать знакомые лица, чтобы было с кем обсудить вечер и приглашение. К слову, таковые нашлись почти сразу. Я заметила чету Стентон у камина. Они держались несколько особняком. А их дочь, Лидия, казалась немного напуганной и подобно мне озиралась по сторонам.
– А вот и Бесс с мужем. Ну же, - оживилась матушка. – Идемте к ним. – И торопливо, не дожидаясь нашего одобрения, поспешила вперед, ведя отца за собой.
Нам с Алисой не оставалось ничего другого, как следовать за родителями.
– Бесси, Артур! – воскликнула матушка, едва мы поравнялись.
На лице леди Стентон проступило откровенное, ничем не прикрытое, облегчение. Кажется, не я одна чувствовала себя не на своем месте в этом особняке.
– Я так рада, что вы тоже получили приглашение, - матушка подошла ближе. Лорд Стентон, полный, приятный мужчина, ровесник отца, вежливо поклонился. Мой отец последовал его примеру, а мы с Алисой присели в книксене.
– Я тоже вам несказанно рада, - прощебетала леди Стентон. – Мы здесь уже более десяти минут и пока не увидели никого из добрых знакомых. А гости все прибывают и прибывают. Мне кажется, - тут женщина загадочно улыбнулась и наклонилась ближе к моей матери, явно собираясь поделиться какой-то тайной. – Мне кажется, что Астеры пригласили сюда весь город! – Впрочем, произнесла она фразу достаточно громко, и мы с Алисой все услышали.
– Великолепный дом, ты не находишь, Рори, - Лидия подошла ближе, встала рядом. – Какое облегчение, что вы тоже приглашены, - добавила она.
– А ты уже видела лорда Кэшема? – тут же оживилась моя сестра.
– Нет, - ответила тихо девушка. – Но он где-то среди гостей. Я слышала украдкой, как кто-то звал его по имени.
– Ах, как же я хочу увидеть его, - пискнула Алиса.
– А как же твой дорогой лорд Дэвайс? – не удержалась я от остроты в ее адрес.
– О, если бы у меня был выбор между Френсисом и лордом Кэшемом, я бы не раздумывала ни секундочки, - рассмеялась сестрица, в который раз удивляя меня своим несерьезным отношением к браку и к жизни. – Что может быть лучше, чем возможность стать будущей герцогиней? – спросила она уже спокойно.
– Ты неисправима, - пошутила я и сестра снова улыбнулась.
А гости все прибывали.
Матушка и леди Стентон завели свои беседы, таинственно склонив друг к другу головы. Наши отцы стояли по струнке. Лорд Роттенгейн заложил руки за спину и теперь рассматривал общество.
– Кто бы знал, насколько я желаю, чтобы этот сезон подошел к концу, - заявила Лидия, повернув ко мне свое хорошенькое личико. Я же невольно подумала о том, насколько проигрываю этим двум милым девушкам, своей подруге и сестрице. Их общество только подчеркивало мои недостатки. Впрочем, с некоторых пор я перестала обращать на подобное внимания и жалеть себя. Да, признаюсь, было время, когда мне очень хотелось быть привлекательной и пленять сердца, но увы, слишком скоро стало понятно, насколько это невозможно.