Сколько стоит любовь
Шрифт:
Я живо себе представила эту картину и невольно усмехнулась.
Невероятно! Кэшем пригласил меня на прогулку, выделив из всех девушек, кто был на вчерашнем балу? Даже проигнорировав красавицу Алису?
Здесь точно что-то было не так.
– Прошу меня простить, милорд, - шагнул к Кэшему Харбор, - я первый пришел к леди и как раз, до того, как вы вмешались, хотел тоже пригласить ее на прогулку. Вам не кажется, что вы должны уступить, потому что явно опоздали?
Он говорил это так уверенно, что мне сделалось тошно.
Я
Но вот почему он пригласил именно меня, было очень любопытно.
Матушка впервые показалась весьма озадаченной. Я почти точно знала, какие именно мысли вьются в ее голове. Она уже рассматривает Кэшема, как жениха для меня и, в тоже время, осознает, что подобный мужчина никогда не женится на дурнушке. В то время, как Харбор был отличной партией и в его намерениях она не сомневалась.
Заметив тень переживаний на лице у моей милой леди Роттенгейн, я решила взять все в свои руки и произнесла, стараясь говорить как можно вежливее.
– Господа, позвольте мне самой выбирать, с кем я пойду на прогулку, - сказала и улыбнулась.
Харбор выпятил грудь, всем своим видом показывая, что он думает точно так же, как и матушка. Он – жених, а Кэшем просто развлекается. И это лишь убедило меня в правильности моего выбора.
– Милорд, - я с прежней улыбкой повернулась к Бенедикту. – Я с радостью приму ваше приглашение.
Наступила давящая тишина. Замолчала даже Алиса и ее шумные поклонники. Глаза у матушки стали большие, словно чайные блюдца, а Харбор побагровел еще сильнее и как-то сник, став даже ниже ростом.
– Благодарю, - голос Кэшема нарушил тишину, и матушка опомнилась.
– Ах, конечно же, милорд. Это большая честь.
Кэшем лукаво взглянул на нее и с поклоном предложил мне руку. Я вздрогнула, но руку приняла.
«Пусть будет так!» - подумала решительно, еще не зная, к чему все это приведет.
Выходили мы из гостиной под руку. Я чувствовала, как мои пальцы дрожат от непонятного и несвойственного мне волнения. За Кэшема я ухватилась как за спасательную ниточку, лишь бы не общаться с Харбором и не дать ему возможность начать ухаживать за мной или, и того хуже, сделать предложение позарившись на приличное приданное, которое отец давал за мной, своей старшей дочерью. А потому на данным момент Бенедикт Кэшем казался мне меньшим из зол. Хотя тут роль сыграло и мое любопытство. Почему явившись несомненно к Алисе, пригласил не ее, а меня? Я не была столь наивная, чтобы вообразить себе, будто какие-то мои качества, черты, или что-то другое, покорили этого повесу. Но узнаю ли истинную причину, вот вопрос.
Спросить прямо? Почему бы и нет. Когда останемся в парке
И оказалась права.
********
Небольшой сад, со слов Кэшема так приглянувшийся ему, был на самом деле крошечным парком с парой скамеек, небольшим фонтаном, дававшим прохладу в жаркие дни, и тонкими лентами тропинок, круживших вокруг высоких кипарисов и пары крепких дубов, помнивших еще моего отца младенцем на руках у его матушки.
Мы с лордом Кэшемом шли по тропинке молча. Лакей, присланный следить за нами и блюсти мою честь, стоял у стены дома и зорко наблюдал, выполняя свои обязанности. Но, конечно же, он не мог слышать то, о чем мы говорили, хотя мне лично скрывать было нечего.
Я не выдержала первой. Один круг по саду и слова сорвались как-то сами собой.
– Вы позволите узнать, почему пригласили именно меня? – спросила я и на миг придержала шаг.
Мужчина тоже остановился. Заложив руки за спину, он важно взглянул на меня и неожиданно улыбнулся.
– Просто в тот момент мне показалось, что вы нуждаетесь в этом больше, чем я нуждаюсь в общении с леди Алисой.
– Вот как? – я изогнула вопросительно бровь. – Извольте объяснить.
– Изволю, - он улыбнулся. – Едва я вошел в гостиную, как сразу увидел вас и ваше лицо. Его выражение сказало мне о том, насколько вам неприятен тот субъект, который кружил рядом.
Я закусила губу и отвернулась.
Увидел и понял. А я-то думала, что превосходно держу себя в руках. И вот какой конфуз.
– У леди Алисы и без меня хватает поклонников, поэтому я решил побыть немного джентльменом и спасти вас от надоедливого кавалера, - продолжил мужчина.
– Лорд Харбор - джентльмен и он был весьма любезен со мной, - произнесла я, почти поверив в собственную ложь.
– Не сомневаюсь в его человеческих качествах, но тот факт, что он вам более чем неприятен, не стоит отрицать.
Я мгновение молчала. Внутри происходила борьба между правдолюбием и этикетом. В итоге победило первое. Да и не было смысла играть перед Кэшемом, если он настолько прозорлив.
Харбор мне неприятен. Нет, более того, он мне противен, и я прекрасно понимаю, почему он явился с визитом.
Нет, уж лучше оставаться одной, чем выйти за такого…
– Ну же, леди Роттенгейн, признайте, что я прав, - заложив руки за спину и медленно шагая рядом со мной, сказал будущий наследник герцога.
– Да, - выдохнула я. – Вы правы.
– И не надо меня благодарить, - пошутил он.
– Я и не собираюсь, - ответила тихо.
– О, конечно, вы бы с честью выдержали этот визит. Нисколько не сомневаюсь в вас, - заявил Кэшем. – Если позволите, мы сделаем еще два круга по этому замечательному парку, и я верну вас домой, - продолжил он.