Скиннер
Шрифт:
– И это я понимаю.
– Что же ты надеешься получить?
– Достаточную для расшифровки часть сообщения, чтобы я мог включиться в передачу.
– Тогда следует вступить в открытый бой. Эти ублюдки не будут наблюдать, пока мы записываем выброс сигнала.
– Значит, нам ужасно повезло, – сказал Блюститель, – что ты уже… анально независим.
– Мы должны обсудить, как это сделать, – резко произнес боевой зонд.
– Что ты можешь предложить?
– Я могу предложить разыскать мерзавцев и разнести их на куски. Чем больше разнесем, тем меньше вторичных излучателей останется. Таким образом, мы сможем получать все больше и больше кодированных сообщений.
– План
– Сарказм делу не поможет, – заметил Снайпер. – Я знаю прадоров, и если один из них добрался сюда, значит, он спрятался в самой глубокой дыре, которую смог найти. Где самое глубокое место в Северном море?
Ответ он получил после продолжительной паузы, и говорил Блюститель совсем другим тоном:
– Да, действительно существует очень глубокая впадина.
– Уверен, что в данный момент можно провести прямую линию от точки, в которой нахожусь я, до самой глубокой точки впадины.
– Какое это имеет значение? – спросил Блюститель. – Подпространственные сообщения передаются под пространством. На них может повлиять только гравитационное поле планеты.
– Это имеет огромное значение. – Тон Снайпера был поучительным. – Прадоры украли подпространственные технологии у нас. Они по-прежнему считают, что пользуются связью в реальном пространстве, то есть связью, для контроля которой необходима прямая видимость. Такова их психология. Если на пути сигнала возникает гора, прадор мгновенно начинает думать, что не может контролировать получателя сигнала. Вторичные излучатели явно находятся в зоне впадины.
– Отлично! – воскликнул Блюститель. – ПР-12, ты остаешься с зондами с седьмого по десятый рядом с судном. Остальным немедленно переместиться в зону впадины Ламант.
Вместе с сообщением была передана карта глубин океана, и Снайпер мгновенно увидел, куда ему следовало переместиться, а также определил, что это место находится не слишком далеко. Он медленно поднялся над океаном, вращая антеннами и выдвигая параболический излучатель из-под защитных плит на животе. По пути он включил систему, которую не использовал уже несколько веков, и подключил зарядное устройство. Постепенно пластинчатые гигаваттные аккумуляторы накопили чудовищный по мощности заряд. Зонд улыбнулся своей антифотонной улыбкой. Скоро наступит момент показать зубы, правда, он сам еще не знал когда.
На радаре появились четыре отметки полицейских зондов, посланных Блюстителем в этот сектор.
– Разделиться по одному для поиска. Держаться на большой высоте, чтобы было время отреагировать на любую атаку.
– Так точно! – бодро отрапортовали зонды.
– Если кто-нибудь приблизится, не пытайтесь справиться в одиночку. Летите ко мне.
На этот раз ответ был менее жизнерадостным.
Снайпер проследил, как разделились на экране радара четыре отметки, потом загрузил из памяти в поворотный магазин программу идентификации интеллектуальных ракет. Он знал, что только прямое попадание одной из таких ракет может пробить прадорскую броню, но даже в этом случае вражеские зонды явно не станут легкой добычей, как в старые добрые времена. Увеличив скорость, он спустя пару мгновений оказался точно в центре зоны поиска.
– Вот дерьмо! – закричал ПР-1.
На экране на мгновение появился прадорский зонд, затем – сегментированное изображение нескольких взрывов. По отметке радара Снайпер определил, что ПР-1 летит к нему с двойной звуковой скоростью. За ним появилась другая отметка, не очень отчетливо отображаемая радаром. Он зафиксировал
– Экзотический металл… вот именно. ПР-1, набирай высоту, потом пикируй в море, когда оторвешься на километр. Я дам сигнал. Не отклоняйся от курса!
– Долбануюракетувжопу! – таков был ответ подразума.
Снайпер включил термоядерный двигатель и поспешил на выручку попавшего в беду зонда. Рассчитав векторы, он выпустил одну ракету и проследил за ее удалением. На подлете к цели она разовьет скорость, в пять раз превосходящую скорость звука. Времени на маневрирование практически не останется ни у нее, ни у цели. Затем боевой зонд сместился вправо и открыл огонь из пушки. Перед ним полетела туча утяжеленных и заостренных карборундовых стержней. Через несколько секунд он заметил Первого, которого преследовал прадорский зонд. Снайпер проследил, как ракета корректирует траекторию, потом послал сигнал. ПР-1 вошел в пике, ракета пролетела над ним прямо в нос прадору. Противнику удалось лишь немного уклониться, прежде чем прогремел взрыв. Снайпер увидел, как он выскочил из огненного шара с раскаленной добела броней. Выровнявшись, зонд полетел прямо на него, но попал в тучу карборундовых стержней. Струи паров металла стали вылетать из размягченной брони, а стержни уже без труда пронзали его, разрушая внутренности. Снайпер, как хищник, проследил его падение в море и позволил себе усмехнуться, когда до воды оставалось не больше десяти метров. Фиолетовое пламя пронзило врага, потом он взорвался, осыпав волны градом обломков.
– Получи, выродок!
Голова скользнула вниз, прежде чем Джанер успел поймать ее автоматическим прицелом и навести луч на то место, где она находилась, – только камни зашипели и задымились. Буквально через мгновение она скрылась в ползущих растениях, которыми густо заросли развалины. Он перестал стрелять только после того, как Амбел положил ладонь на ствол карабина.
– Парень, источник питания не бесконечный.
И действительно, экран пульта управления сообщил ему, что осталась лишь четверть заряда.
– Мы отправимся в погоню, – сказал Рон. – Эрлин, Энн и Планд останутся с Форламом.
Джанер предположил, что он сам включен в состав отряда, так что у него еще оставался шанс использовать оставшийся заряд по назначению. Между тем Амбел снял какой-то пакет с ремня и передал его Планду.
– Смажь нож на тот случай, если появится тело или голова.
Моряк кивнул и осторожно взял пакет. Амбел повернулся к сжимавшему с мрачным видом дробовик Пеку.
– Ты ведь не останешься здесь, даже если я попрошу, верно?
– Буду проклят, если останусь.
Рон опустил Форлама на землю, прислонив спиной к камню.
– Шувствую шебя немного луше, – прошепелявил тот.
Что-то странное произошло с его речью. Рон долго смотрел на него с подозрением во взгляде, потом повернулся к Эрлин.
– Он явно не в себе, – сказал он многозначительно.
– Я попробую дать ему побольше земных питательных веществ.
– Нам пора, – кивнул капитан.
Они вчетвером спустились по склону к реке и разбросанным за ней руинам. Нервы Джанера были напряжены до предела, он реагировал на малейшее движение в траве. Пек шел, прижав к груди дробовик, Амбел вышагивал с совершенно невозмутимым видом с мушкетоном на плече, положив ладонь на рукоятку ножа в ножнах. Капитан Рон на ходу правил лезвие мачете камнем. Когда они прошли половину склона, он спрятал камень в карман и протянул руку. Амбел передал ему один небольшой пакетик со спрайном.