Скиннер
Шрифт:
– Уже иду, – Рон спрыгнул с носа судна.
– Какого дьявола? – пробормотал Джанер и поспешил к носовому лееру. Глубина здесь была не больше метра, и Амбел без труда шел к берегу, а за ним следовал Рон. Они вытащили на берег якорную цепь и быстро очистили друг друга от пиявок, растоптав их в кровавую кашу.
К Джанеру подошла Эрлин.
– Это тебя окончательно убедит, – пробормотала она. Капитаны подняли цепь, Амбел встал впереди, а Рон – за ним, и туго натянули ее. Джанер почти не сомневался в том, что ему не удалось бы даже оторвать
– На счет три, – сказал Рон. – Раз, два, три… Джанер понимал, что стоит с широко открытым ртом, но мысли настолько спутались, что он не мог заставить себя закрыть его. Заскрипев, судно сдвинулось с места. С каждым шагом ноги капитанов все глубже увязали в песке. Судно прошло два, три метра. Амбел и Рон бросили якорную цепь у опушки зарослей, вернулись к кромке воды и снова принялись за дело.
– Раз, два, три.
Нос корабля задрался на берег, и, увидев это, капитаны бросили цепь. Вытащив завязшие ноги из песка, они направились к судну с таким видом, словно выполнили пустячную работу. Члены команды не обратили на них никакого внимания, просто продолжали собирать вещи и провиант.
– Считается, что хупер, переваливший за третий век, обладает силой жителя планеты, сила тяжести на которой составляет три «g», – заметил разум Улья. – Никто не измерял физическую силу Старого капитана.
– Сколько весит это судно? – шепотом спросил Джанер.
– У него значительное водоизмещение, – наверное, у разума не было таких сведений. – Безусловно, частично судно находилось в воде, кроме того, следует учитывать силу трения при движении и некоторые другие факторы.
– Я спросил, сколько весит это судно?
– Не менее тридцати тонн, — неохотно ответил разум.
– Всего-то? А я думал, гораздо больше.
Примерно полчаса понадобилось на то, чтобы переправить провиант, оружие и большую часть команды на берег. Еще десять минут Рон убеждал Пека в том, что ему не стоит оставаться на борту. Джанер не мог понять, зачем понадобилось спускать шлюпку, пока все не собрались на пляже и к ним не обратились Амбел и Рон.
– Если все мы начнем бегать по острову, то спугнем Скиннера и никогда его не найдем, – начал Рон. – Некоторым из вас придется отправиться в другое место.
Джанер окинул взглядом лица моряков. Наиболее сильная реакция последовала от младших моряков, к которым в основном и были обращены слова Рона. Некоторые молодые хуперы выглядели разочарованными, остальные явно почувствовали облегчение.
– Все дело в том, – продолжил Амбел, – что вы не можете оставаться здесь, на виду, учитывая, что нас преследует эта психопатка, поэтому мы с Роном решили: будет лучше, если вы отправитесь на шлюпке на восток острова, – он махнул рукой в том направлении, – и найдете удобную
– Я знаю, что все вы разочарованы, но иначе быть не может, – добавил Рон. – Есть вопросы?
Часть моряков уже направилась в сторону судна. Некоторые остались, Силд был среди них.
– В чем дело, паренек? – обратился к нему Амбел.
– Я – не паренек. В прошлом году мне исполнилось сто лет, и я твердо знаю, чего хочу.
– Ну и?..
– Я уйду, – буркнул Силд. – Я знаю, что у нас нет таких мускулов, и не хочу, чтобы с меня содрал кожу Скиннер… Я просто хочу сказать, что ты – мой капитан и всегда им будешь.
Амбел, казалось, онемел и стоял с отрешенным видом, провожая Силда взглядом. Через мгновение он пожал плечами и повернулся к Джанеру и Эрлин.
– Будет лучше, если вы уйдете вместе с ними.
– Ни за что на свете! – воскликнул Джанер, а Эрлин просто покачала головой. Амбел кивнул – другого ответа он не ожидал – и, положив мушкетон на плечо, направился к зарослям.
Рон взял в руку огромное мачете, подошел к плотной стене зарослей и взялся за дело. За ним отправился Амбел и только потом – все остальные, надев рюкзаки с провиантом и вещами.
Растительность постепенно редела, хотя теперь им пришлось идти между грушевидными деревьями с их богатым урожаем пиявок. Джанер прижимал к себе карабин Кича и внимательно осматривал заросли. Какие-то твари двигались в голубоватой мгле – огромные, с похожими на дисковые пилы пастями.
– Надень маску, – предупредила его Эрлин. Джанер, ни разу не видевший гнилофаллосов, слишком поздно надел маску с фильтром и едва не заполнил ее рвотой.
– Что это? – придя наконец в себя, спросил он, указывая на ужасную тварь, сидевшую на одном из фаллических соцветий.
– Птица лунг, – пояснила женщина. – Они являются практически единственными существами на планете, которых не едят другие животные. Они воняют еще хуже своей пищи и полны токсинов. Никто не понимает, как им удается выживать. Впрочем, никто до сих пор не захотел подойти к ним достаточно близко, чтобы выяснить этот вопрос.
– А это?
– Лягушкокроты. Не вздумай на них наступать. У них колючие позвоночники, способные проткнуть все, что угодно, а удалить их можно только путем хирургического вмешательства.
– Очаровательно.
За грушевидными деревьями и зарослями гнилофаллосов вздымались к небу огромные деревья ян. Под ними не было поросли, правда, земля была плотно устлана маслянистыми овальными листьями, от которых воняло керосином. Лес стал настолько редким, что Рон убрал мачете, все смогли ускорить шаг и скоро подошли к поросшему травой холму. Впрочем, растительность лишь цветом напоминала обычную траву, а на самом деле представляла собой небольшие полупрозрачные шарики, которые лопались под ногами, выделяя запах, похожий на смесь кофе с карри. К тому же земля под ногами становилась скользкой, и подъем на холм оказался непростой задачей.