Скиннер

Эшер Нил

– Куда направляемся? – спросил он, когда почувствовал, что может говорить.

– В Саргассы, – ответила она. – Последний известный пункт назначения разыскиваемого мной человека – капитана Амбела.

– О, – Джанер выпил еще один черпак воды и окинул взглядом палубу. – А где Кич?

Эрлин пожала плечами.

– Отправился решать свои проблемы, насколько я понимаю. Утром его не было в отеле, правда, он оставил сообщение, в котором сказал, что у него есть дела, и что он надеется, что мы еще встретимся. Думаю, больше мы его не увидим.

– Жаль,

очень интересный тип. – Джанер бросил черпак в бочку, снова огляделся и спросил: – А что такое Саргассы?

– Там размножаются турбулы, – пояснил капитан Рон.

Эрлин сочувственно смотрела на Джанера.

– Это участок моря, на котором морской тростник и морская крапива растут так густо, что формируют острова. Турбулы – рыбы, которые откладывают личинки под этими островами. Моряки-хуперы всегда направляются к островам в это время года, чтобы собрать урожай турбулов.

– Собрать урожай? – переспросил Джанер, с трудом припоминая прошлый разговор.

Эрлин улыбнулась, повернулась к Рону, чтобы что-то ему сказать, потом спустилась по трапу с надстройки, чтобы быть к Джанеру поближе. Она осмотрела его несколько удивленным и сочувственным взглядом, потом кивнула в сторону кормы.

– Роуч ловит на крючок бокси для нашего обеда. Пойдем, посмотрим, возможно, начнешь кое-что понимать.

Джанер послушно последовал за ней, но постарался как можно дальше обойти голову паруса. Это странное создание не только управляло движениями мачт на корме и носу при помощи скрытых механизмов, но и регулировало положение матерчатых парусов зажатыми в когтистых пальцах тросами. Джанер измерил взглядом судно: по его мнению, длина составляла не менее пятидесяти метров, а ширина – пятнадцать метров. На палубе он не увидел почти никого из команды и, ничего не понимая в судовождении, не смог определить, сколько человек было необходимо для управления судном или сколько могли не участвовать в этом благодаря использованию столь странного парусного вооружения.

Роуч оказался приземистым хупером с хитрым взглядом. Похожий на кучу грязного белья, он сидел на краю палубы там, где не было леера. Бросив взгляд на Эрлин и Джанера, он вытащил заброшенную им леску, снял с крючка бокси и бросил ее в стоявшее рядом деревянное ведро. У рыбы было лилово-белое кубическое туловище с глазами на одной грани куба, глазами и хвостом – на другой, ей противоположной.

– Не возражаешь? – спросила Эрлин, показывая на уже пойманных бокси.

На мгновение взгляд Роуча стал еще более хитрым, словно он прикидывал, сколько может получить за одну рыбу. Потом хупер бросил взгляд на капитана, задумался на мгновение и махнул рукой. Эрлин достала рыбу из ведра.

– Жизнь на Спаттерджей эволюционировала так, чтобы пиявки были обеспечены питанием.

Она воткнула палец в туловище бокси за глазами и дернула. Глаза, хребет, внутренние органы и хвост выскочили из кубика окружавшей их плоти, как пробка из бутылки.

– Смотри!

Женщина бросила внутренности бокси в море. Джанер увидел, как они упали

на поверхность воды и лежали некоторое время неподвижно. Он уже собирался спросить, что она имела в виду, как внутренности дернулись и нырнули в изумрудные глубины.

– Бокси не умирают, – сказала Эрлин и, к его ужасу, откусила кусок от туловища. – Попробуй.

Джанер взял у нее еще теплый кусок мяса и долго смотрел на него. Он опустил взгляд на Роуча, наблюдавшего за ним с ехидной улыбкой, откусил маленький кусочек, сжав зубы, чтобы усмирить мятежный желудок, и проглотил. Мясо скользнуло по пищеводу, распространив вдруг по телу странное тепло. Удивившись результату, он проглотил еще кусочек и попытался определить вкус.

– Пряный … похож на карри… и бананы.

– В этом мясе очень много витаминов , белков и сахаров, – пояснила его собеседница. – Содержится и вирус, конечно, но беспокоиться не следует. Вирус не выживает в пищеварительной системе человека, как, впрочем, и на воздухе. Обычными методами распространения являются укусы пиявок и половой контакт. – Эрлин явно смутилась, упомянув последний метод. – Ты принимаешь интертокс?

Джанер пожал плечами.

– Что будет, то будет… Скажи, зачем при таком изобилии здесь нужна так называемая «выращенная в Куполе пища»?

Эрлин улыбнулась каким-то своим воспоминаниям, и Джанер едва не позавидовал ей.

– Это земная пища – растения содержат много естественных гермицидов, даже токсинов, которые сдерживают рост вирусных волокон. К счастью, хуперы занимаются этим со времен самого Джея Хупа, иначе они не смогли бы выжить. Особенно полезен чеснок, и они выращивают его здесь почти тысячу лет.

– Разве есть необходимость в сдерживании роста волокон?

– Медленный рост лучше быстрого, в этом случае ты не становишься туземцем, – ответила Эрлин.

Джанер ждал объяснения, но его не последовало. Он доел мясо бокси и хотел было продолжить разговор на эту тему, но тут снизу раздался жалобный писк. Роуч открыл чугунный ящик для наживки; животное, извивавшееся в его руках в попытке избежать острия крючка, было похоже на миниатюрную трубу с длинными ногами болотной птицы и перепончатыми лапками.

– Не будем ему мешать, – предупредила Эрлин. – Постороннему очень опасно находиться рядом с занятым рыбной ловлей хупером.

– Что ты имеешь в виду?

Она показала на ящик для наживки.

– Некоторые из этих тварей могут вонзиться в твое тело, как сверло. Потом их очень трудно извлечь.

Джанер послушно отошел в сторону. «Трубы» подпрыгивали в ящике и, казалось, наблюдали за ним, хотя у них не было глаз. Роуч не принимал никаких мер предосторожности, насаживая существо на блестящий крючок. Когда тварь издала последний булькающий писк, ее собратья в ящике замолчали и скрылись из виду.

Он кивнул моряку, прежде чем последовать за Эрлин, но Роуч был настолько увлечен ловлей, что не обратил на него внимания.