Скинхед
Шрифт:
— Сталин — осетин, алан по-правильному, то есть ариец, как и мы, русские.
— А мы — арийцы?
— А кто? — Следак начинает вызывать у Вани чувство жалости. Ничего мужик не знает. Ничего! Жертва совковой пропаганды, как и его мать. — Русские — самые первые арийцы, а уж немцы потом от нас пошли. Только они про своих предков всегда помнили, а у нас эта информация была засекреченной. Даже чухню про Дарвина придумали, будто мы от обезьян произошли, чтоб никто не вспомнил, кто мы есть на самом деле.
— А на самом деле мы…
— Арийцы! Суперраса! Белая сила.
— Ладно… — Следователь, видно, справился с волнением и теперь снова смотрит на Ваню во все глаза. — А почему тогда ариец Сталин столько русских уничтожил?
— Бред! Коммунячьи выдумки беспонтовые! Он жидов мочил реально, чеченов в Сибирь выселял, татар с башкирами прижал, чтоб не рыпались. Хотел Россию восстановить, от большевиков ее очистить.
— Разве? Сталин ведь сам был большевиком и коммунистом. Как-никак, генеральный секретарь компартии.
— Ха! — Ваня открыто потешается над неосведомленностью и наивностью следака. — Если б он сразу раскрылся, его бы кокнули — и все. А он план выработал и четко маскировался. Сначала к жидам в доверие вошел, чтобы их всех уничтожить, после за черножопых взялся и всем говорил, что сам грузин. Если б его Хрущев не отравил, он бы всю Россию очистил. Прикольный был мужик. Реальный.
— А русских-то он зачем уничтожал?
— Это не он, это Берия. Был такой черножопый, не слыхали? Сталин потом его расстрелял, когда узнал.
— Ладно… — Следователь встает и отходит к окну. — А Гитлер? Если вы за Сталина, то почему превозносите Гитлера? Ведь Сталин с ним воевал?
— Да Сталин не хотел. Он же с ним мирный договор подписал. Сталин думал, что Гитлер всех жидов в Европе перебьет, землю очистит. Они вместе придумали создать рейх белых людей, великую страну арийцев. Гитлер же все правильно начал. Он крутой был! За белую расу жизни не жалел, понимал, что землю надо освободить от жидов и черножопых, иначе всем арийцам — конец. Он много успел, но не все. Если б его не подменили, он бы чистку закончил.
— Подменили? В каком смысле?
— Ха! Да про это всем известно! Ему жиды подсунули телку, Еву, еврейку, она его отравила, а вместо него поставили двойника. Этот двойник вообще отморозком был, он вместо жидов стал славян мочить, на нас войной пошел. Все идеи Гитлера переврал, а жиды и рады стараться, разорались: фашизм, фашизм! Прикиньте, вот она жидовская натура: сами все сделали и на невиновных свалили! Ну, Сталин, когда понял, что это не тот Гитлер, с которым он скорефанился, разозлился, ужас! И как начал их мочить! Тут уже союзники наши перепугались, англичане, американцы, они же в курсах были, что Гитлер — двойник. Ну и чтобы Сталин всю Европу не занял, свои войска двинули, типа, на подмогу. Короче, в войне мы реально победили, но жиды против Сталина ополчились, поняли, что он все знает. В общем, траванули его. Про дело врачей слыхали? Это даже в школе изучают. Вообще, жесть! А после Сталина жиды посадили на трон Хруща, коммуняку, и задание дали: Сталина опустить ниже плинтуса и Россию развалить, у нас ведь после войны снова хорошо жить стало, как при царе.
От такого
Зорькин подходит к Ваниной тумбочке и одним глотком допивает из стакана остатки киселя. Во как проняло!
— Ну, а дальше?
— А чё дальше? Хруща скинули, Горбача поставили. Тот вообще черных практически в жопу целовал. Границы открыл. Разрешил им по всей стране шариться. Вот они и повалили. Спид занесли, наркотики, болезни всякие. Политика такая беспонтовая пошла — истребить русских.
— Иван, а откуда ты все это знаешь? В школе разве этому учат?
— Конечно. Не всему, ясное дело. Правду никто не говорит, скрывают. Но мозги-то на что? — Ваня стучит себе по темечку левой рукой. — Если б все правду знали, молодежь вся бы с нами была.
— И что бы вы делали, если б вас было много?
— Как что? Страну бы чистили! Сначала бы жидов истребили, потом всех черножопых и узкоглазых на рудники бы в Сибирь загнали. Пусть пашут, раз приехали.
— На кого?
— На нас, русских, хозяев этой земли.
— Значит, ты хозяин?.. — Следователь смотрит на Ваню внимательно и грустно, как на больного. — А если другой хозяин придет? И тебя за своего не признает? И организует новый Освенцим или Бухенвальд?
— Кого организует?
— Освенцим.
— Организация такая? Не слыхал. Жиды, что ли? А кто у них главный?
— Иван… — Следователь снимает очки и утыкается в Ваню взглядом донельзя удивленным. — Ты шутишь? Ты же школу отлично закончил!
— Ну…
— И что, никогда про Освенцим не слышал?
— Нет, — Ваня честно смотрит на Зорькина, — я книжек не читаю, там все вранье.
— Ладно, — Следователь снова усаживается напротив. — А из современных политиков кого вы уважаете?
— Все козлы.
— Может, ты просто не знаешь никого?
— Чё это я не знаю? Жирика знаю, ничего такой мужик, прикольный, только понтов много и жадный. Заставляет ребят листовки разносить, а денег не платит.
— Ну а Гайдар, Чубайс? Слыхал про таких?
— А то! Жиды же, по фамилиям видно. Ельцин перед смертью сам признался, что во всем виноват Чубайс.
— А Ельцин?
— Его жиды специально спаивали, чтоб ничего сделать не мог. Войну чеченам проиграл, слабак! Мой отец там голову сложил, герой!
— Так твой отец в Чечне погиб?
— Да. Я его и повидать не успел.
— А лет тебе…
— Семнадцать исполнилось.
— А отец, значит, в девяностом? — Ну.
— В Чечне? — Следователь тяжело и грустно вздыхает, глядя на Ваню с откровенной жалостью. — А что ж за война там была?
— Ну вы вообще, — укоризненно качает головой парень. — Не знаете, что ли?
— Так ты за отца мстишь?
— И за него тоже! — гордо заявляет Ваня и тут же соображает, что эта мысль никогда раньше не приходила ему в голову. А ведь на самом деле обязан он отомстить за отца? Еще бы! — Зря Сталин этих чеченов пожалел. Вместо Сибири их надо было еще тогда на месте порешить. Сбросить им в горы маленькую атомную бомбочку, пусть бы поджарились, как япошки узкоглазые.