Скифы
Шрифт:
В тот же день Черный Принц и Тор создали и возглавили инициативную группу, собрали все необходимые документы, а к вечеру успели подать в Центризбирком.
Крылов каждый день бывал в Думе. Его, как и двух других депутатов от скифов – Черного Принца и Тимонофа, не приняли ни в один из комитетов, а вся их роль сводилась к тому, что голосовали за наименее глупое из всего, что предлагалось. Мысль о президентстве старался гнать, но она возвращалась снова и снова.
Дурь какая. Его в президенты! Конечно, уже депутат, потерся в коридорах власти о стены, даже успел кого-то лягнуть, кого-то
Скифы все-таки еще воспринимают это как игру. Как веселое хулиганство. Он, правда, тоже, хотя дебаты в Госдуме иногда захватывают так, что на полном серьезе что-то доказывает, голосует, убеждает принять или отклонить закон… который на самом деле всего лишь очередная филькина грамота, как все в этой гребаной России, а действуют только всякие приложения к закону, инструкции, а еще круче – указы президента, его банды, его шоферов, домработниц и его кошки.
Владимир-2, отвечающий за связи с зарубежным миром, явился с сенсацией. В Венгрии в городе Иштванбегач мэром города был избран скиф. Скифы городов Украины, России послали ему поздравительные телеграммы, на что скиф из Венгрии ответил, что нынешние границы между государствами рассматривает как временные, что подлежат отмене по мере воссоздания единого скифского государства.
Это заявление попало в прессу, его цитировали по телевидению. Большинство пришло к мнению, что мэр этого занюханного Иштванбегача просто выпендривается, старается привлечь к себе внимание. А одна венгерская газета, мелкая, но мудрая, потому и едва заметная среди крикливых горластых товарок, заметила, что вообще-то эти скифы несут в себе слишком сильный потенциал, хорошо бы их чем-то остановить…
Тор расхохотался:
– В Венгрии пытаются остановить движение скифов? Дурость!.. Они могли сопротивляться вторжению Советской Армии, но вторжению идеи сопротивляться невозможно!
– Если идеи выходят за порог пивной, – согласился Владимир-2, – они уже овладевают массами!
Зато в самой Москве в это же время нашумел случай, когда неизвестные заявились в притон наркодельца, убили его с особой жестокостью и перебили шестерых, что находились там под кайфом. В записке сообщили, что в Госдуме сказали, что так поступать правильно.
Это был уже шестой или седьмой случай, когда наркоманов просто убивали. Как тех, кто торговал, так и покупателей. В органах создали особую группу, которая занималась только этими случаями.
В офис «Великой Скифии» пришли ребята из угрозыска. Охрана пропустила только оперуполномоченного в звании майора, остальные остались расспрашивать людей на автомобильной стоянке.
Майор держался очень вежливо, записал показания Крылова, вежливо поблагодарил и с великим облегчением удалился. Газетчики, как ни враждебно настроенные к любому радикальному движению, все же сказали в унисон, что это скорее всего провокация. Вряд ли это преступление совершили сами скифы…
Крылова этот случай и радовал, и настораживал, и огорчал. Радовал – понятно, понятно почему и настораживал… гм, как-то привыкли, что в России все умеют потрепать языками, особенно на тему «Как обустроить Русь?», но то, что газетчики единогласно решили, что это не скифы, даже не их сторонники,
– Это хорошо, – сказал Крылов. После ухода милиции они снова собрались в его кабинете. Валентина по такому случаю принесла на всех по кружке пива, широкую тарелку с креветками. – Понимаете, пока нас не считают достаточной силой, нам палки в колеса еще не вставляют!.. Никто нас не принимает всерьез, а дерутся друг с другом…
Черный Принц опустил кружку, посмотрел ему прямо в глаза.
– Костя… А ты сам как?
Крылов тоже опустил кружку, его пальцы ловко ухватили креветку. Разломили, одним движением вытащил белое нежное тельце, на тарелочке уже целая горка красной шелухи, все это время глаза не поднимались выше тарелки.
На него были устремлены все взгляды. Наконец он спросил с неудовольствием:
– Ты о чем?
– Как ты сам… всерьез?
Он шумно высасывал сладкий сок из крохотных клешней. Черный Принц, как и другие, молча ждал. Крылов ответил после такой же паузы, с еще большей неохотой:
– Всерьез. Уже.
Черный Принц с облегчением вдохнул:
– Ну и хорошо. Люди нам верят, а мы…
Хотя не исключено, конечно, подумал Крылов, что какие-то горячие головы теоретические бредни скифов восприняли как руководство к действию. Что говорит о все еще существующей вере в правительство, в нашу законодательную власть. Однако же господам законодателям надо быть предельно осторожными с высказываниями, семь раз отмерить, но резать предоставить другим…
Глава 7
Пришла весть, что Центризбирком зарегистрировал одиннадцать кандидатов. Самый напряженный момент был у представителя «грушечников»: забыли указать детский велосипед главного претендента. Проще всего прошла регистрация кандидата от скифов: их все еще не принимают всерьез, и от движения «За равные возможности» – здесь нарушения были, были достаточно серьезные.
Оказывается, Алексей не сумел спрятать все концы, но даже суровый Сливяков, глава Центризбиркома, не решился сделать замечание и без того обиженным богом. Стерпел, закрыл глаза, смолчал, выдал удостоверение участника предвыборной гонки и под вспышки фотокамер пожал руку.
Получение разрешения на участие в офисе праздновали, как великую победу. Крылов морщился, он чувствовал себя как в дурном сне. Изо дня в день он ходит в Думу, высший законодательный орган страны, общается с умнейшими, так сказано, людьми страны, видит всю подноготную жизни, видит, из какого дерьма все лепится, видит даже ту грязь, которую прячут и самые раскованные и раскрепощенные отцы народов… и перестает укладываться в голове, что совсем рядом живут эти странные люди, что он сам совсем недавно жил и говорил чисто и сильно…
Проснуться, велел себе свирепо. Проснуться! Это всего лишь дурной сон, из которого вырваться удается немногим.
В офисе шел жаркий спор о способе правления. Крылов сделал глубокий вдох, очищая сознание, вмешался:
– Мы уже говорили об этом в самом начале. Помните?.. Во главе должна стоять личность.
Черный Принц с его великолепной памятью явно сразу же воскресил тот первый разговор, кивнул:
– Да-да, ты говорил. И что личности везде стоят. Только какие-то плюгавые личности…