Сказки
Шрифт:
— Но позвольте! — вмешалась Бабушка. — Я лично видела этого человека, когда он в своём клетчатом пиджаке забирался на чердак старого дома. В том доме когда-то жил Знаменитый Художник. И, может быть, на чердаке до сих пор хранятся его картины? Нет, товарищ милиционер, у Ворона не такая уж глупая голова.
— Шутка, граждане!.. Ну да, было такое дело — полез я на тот старый чердачок: думал парочку голубей отловить… Вижу, на чердаке картина валяется — вся в пыли да в паутине. Чего ж добру пропадать? Взял я картинку, принёс домой, вымыл с мылом… Гляжу и глазам не верю: не картина
— Вррраньё! — раздалось сверху.
— Вы кому больше верите? — обозлился Дядя Ловушка. — Мне, человеку разумному, или этой дурацкой птице?.. А ещё вот что, гражданин милиционер: когда я на чердаке взял в руки проклятую картину, эта чёрная ворона налетела на меня и долбанула в левый глаз! Через неё инвалидом стал. Работать не могу — вот, пташками стал интересоваться.
— Воронушу вы всё-таки поймали? — спросила Бабушка.
— А как же! За такое разбойное нападение наказание полагается. Как раз сегодня хотел ему башку открутить, да вот, освободился он каким-то чудом…
— Нет, что же это делается, товарищи! — воскликнула Бабушка. — Живой птице хотят голову открутить! Мало того, что он торгует несчастными пернатыми, учит детей жестокости, так он ещё…
— Ладно, разберёмся, — сказал милиционер. — Собирайтесь, гражданин, поедете с нами.
— За что, за что? — затараторил Дядя Ловушка. — Ни одной птички ещё не продал, ни одной копейки не получил… За что, за что, за что?..
— Неправда! — сказал Типтик. — Копейки-то он получил.
— На-на! Забирай свои денежки! Забирайте все! — и Птицелов швырнул на асфальт один рубль семьдесят шесть копеек, а за ними — тупой ножичек, ошейник, грузило, значок, увеличительное стёклышко, карманный фонарик, батарейку и жевательную резинку…
Милиционер собрал клетки с птицами, поставил их в машину. Туда же забрался Дядя Ловушка, и за ним захлопнулась дверца с решётчатым окошечком.
— Ура! — сказала Бабушка.
— Ура! — сказал Типтик, а за ним и все ребята — Ура! Теперь Ловушка сам оказался в клетке!
— Типтик! — Бабушка подтянула синие брючки. — Вперёд! Ребята, за мной!.. У меня в кармане осталось сто рублей, и каждый, кто хочет, может пострелять в тире из пневматического ружья. Денег хватит на всех!
— Кррра-крррасота! — раздалось сверху.
Глава одиннадцатая
НОЧНОЙ ГОСТЬ
Что и говорить — этот день был что надо!
Типтик освободил Воронушу. Милиция забрала птицелова Дядю Ловушку. Потом всей компанией стреляли в тире. И надо признаться, что великолепная Бабушка целилась лучше* всех. Правда, и Типтик пять раз подряд попал в забавную мишень: как угодишь в самый центр, так сразу же раздаётся песенка про голубой вагон.
А после тира они с бабушкой ещё долго гуляли по городу и Типтик всё задирал кверху голову: не видать ли где-нибудь в небе Воронушу?.. Нет, не видать…
Родители вернулись с дачи поздно. Они там слишком долго ползали на корточках между грядками — ухаживали за ягодами: устали и поэтому не слишком внимательно
— Очень интересно, — рассеянно сказала мама. — Я всё поняла: Бабушка посадила птицелова в клетку, а ты научил ворону петь «Голубой вагон». Молодец! Забавно!
Нет, сегодня родителей интересовала только ягода. Они ничего не поняли. И Типтик огорчённый отправился спать.
Он спал в одной комнате с Бабушкой. Честно говоря, это ему не слишком нравилось, потому что Бабушка заставляла его перед сном чистить зубы и непременно мыть ноги; когда он забирался под одеяло, Бабушка отворяла форточку, чтобы ночью в комнате был свежий воздух…
Но засыпать рядом с Бабушкой было интересно, потому что она знала много удивительных историй. Типтик слушал… слушал… и засыпал, не разобрав, где в этих историях правда, где выдумка, где быль, а где сказка.
Сегодня Бабушка начала рассказывать небывалую небывальщину: будто бы давным-давно — две с половиной тысячи лет тому назад — умные птицы решили построить Город Счастья.
— А разве птицы могут строить? — спросил сонный Типтик.
— Могут, могут… — тихо ответила Бабушка. — Это ведь сказка, а в сказке все всё могут. Решили птицы жить по справедливости, честно, без обмана…
— Хороню… — тихо произнёс Типтик уже во сне.
Бабушка погасила в комнате свет… И тоже заснула.
Не спали только одни часы — они тикали, тикали и, наконец, не торопясь, пробили полночь.
…В этот момент Типтик проснулся. Показалось ему, что кто-то смотрит на него сквозь открытую форточку. Он сел на кровати и увидел, что Бабушка тоже не спит, тоже сидит на кровати и тоже смотрит в окно.
Вдруг в комнату бесшумно влетело что-то большое, крылатое, чёрное.
— Ворону ша! — вскрикнули одновременно Типтик и Бабушка.
— Не каркать! — скомандовал Ворон. — Ти-ши-на!
Однако сам он при этом шумел довольно сильно: топал когтистыми лапами по полу; сунул клюв в вазу с цветами и опрокинул её; испугавшись, вспорхнул на полку с книгами и уронил их на пол.
— Что у вас там происходит? — раздался сонный папин голос из соседней комнаты. — В чём дело?
— Ничего особенного, — громко ответила Бабушка. — Просто я потеряла свои очки.
— Зачем ночью очки? — спросил папа.
— Чтобы лучше видеть интересные сны, — ответила Бабушка. А Воронуша сел к Типтику на подушку и предложил:
— Неплохо бы пообедать!
Типтик на цыпочках прокрался на кухню, взял из холодильника котлету и принёс Воронуше.
— Недурно! — произнёс Ворон. — Лучшее горючее для дальних перелётов — жирная котлета!
Он поправил клювом перышки на брюхе, почесал лапой за ухом и вылетел в форточку, даже не сказав «спасибо».
— Скверное воспитание! — покачала головой Бабушка. — Боюсь, Тимоша, что это для тебя неподходящая компания.