Скажи «да»

Уокер Фиона

– Хьюго рассказывал, что Кристи вытворяет чудеса в постели, – он сально улыбнулся. – Все его романы очень поверхностны, не то что у тебя с Найлом. Думаю, он вам просто завидует.

Таш развеселило это предположение.

– Пусть тебя не обманывает его ветреное поведение, дорогая, – заметил Стефан. – У Хьюго в груди бьется страстное сердце. Скажу больше: он романтик и хочет настоящей любви. Потому он так и иронизирует по поводу твоей свадьбы: завидует, что вы с Найлом нашли друг друга.

– Очень сомневаюсь, –

пробормотала Таш. Вернувшись домой, она обнаружила, что Найл всего лишь один раз звонил из Йоркшира: сообщил, что хорошо доехал. Для Таш началась привычная круговерть: она звонила жениху в гостиницу, разыскивала его ассистентов, оставляла сообщения на автоответчике. Но Найл не спешил выйти на связь.

– Наверное, он постоянно занят, – успокаивала ее Зои.

Таш очень хотелось поверить в это.

Глава двадцать вторая

В конце апреля Найл вернулся из Йоркшира. Он каждый день ездил из Фосбурна в Лондон и обратно, работая над «Незнакомкой из Уайлдфелл-холла». Вставал он очень рано, и это было единственным, что сближало их с Таш, тоже поднимающейся на рассвете.

Как всегда, вжившись в роль, Найл стал похож на своего героя. Читая роман по дороге на очередное соревнование, Таш выходила из себя, видя, что это за «герой». Этого парня, Артура Хантингтона, баловали с детства, но не развивали духовно, и в зрелый возраст он вступил начисто лишенным моральных устоев, развязным, заносчивым индивидуалистом, обижающим жену. Артура окружали развратные друзья и жадные враги, еще бы ему не стать безнравственным! И при всем этом он обладал удивительным обаянием, чувством юмора и был необычайно хорош собой.

Таш удивило, что характер своего героя Найл, по его собственному утверждению, «срисовывал» с Хьюго.

– Чепуха! – спорила она. – Хьюго не настолько эгоистичен и пуст, он способен на сострадание!

– Ну, пожалуй, это правда: к своим собакам он относится лучше, чем Хантингтон. Но в остальном они похожи.

– Хантингтон был бы гораздо добрее, если бы его окружали хорошие люди и любящая жена, – предположила Таш. – А получилось, что он ее обожает, а она вздрагивает от страха при каждом его прикосновении!

– Хорошо, что ты у меня не такая! – Найл сгреб ее в охапку.

«Нельзя отрицать одного, – подумала Таш, – Найл в роли Хантингтона – очень соблазнительный мужчина, если, конечно, закрыть глаза на колючие бакенбарды, которые его заставил отпустить режиссер». Девушке нравилось, что жених постоянно ее обнимает; их сексуальная жизнь шла точно по роману Анны Бронте. Но Таш беспокоило, что любовницу Хантингтона играет Минти. Она уже привыкла к бесконечным факсам, которая та присылала Найлу. Только его полное безразличие к ним помогало девушке не потерять голову от ревности.

Правда, свадебные хлопоты

Найла не особенно интересовали. Они с Таш не только не уточнили список приглашенных, но даже не решили, кто будет шафером. Найл предлагал своих друзей-актеров, но Таш надеялась, что шафером станет ее брат. Найл как раз собирался пожить немного у Мэтти и Салли, чтобы поработать над ролью, но через неделю вернулся домой нелюдимым и злым. Только спустя несколько часов он стал похож на прежнего Найла. Таш все списывала на усталость от работы, в то время как истинная причина была в другом: жених вдрызг разругался с ее родным братом.

Салли всеми силами пыталась возвратить в дом покой. Для начала она отправила Тор в ясли и уговорила соседку сидеть по утрам с Линусом. Но Мэтти оставался замкнутым и недовольным всем и вся.

Он был категорически против ее возобновившейся дружбы с Лисетт и не скрывал этого. Чем энергичнее Салли втягивалась в работу, тем угрюмей становился Мэтти, уходя с головой в свои собственные дела. Впрочем, это было не так уж и плохо, если учесть, что за последние месяцы муж почти не продвинулся в создании нового фильма.

Однако его уныние все возрастало: Мэтти не мог простить себе, что до сих пор снимает низкобюджетные сюжеты для спутникового телевидения, тогда как Лисетт заняла прочную позицию в киномире.

– Английская киноиндустрия, Мэтти, – просто благотворительное учреждение! – Салли с удовольствием повторила напыщенную фразу, слышанную от Лисетт.

– Какое может быть сотворено «благо» при вмешательстве американцев, – фыркнул муж. – Порнофильм Лисетт, которым вы занимаетесь, явно пришел к нам из-за океана!

Он предпочитал рассматривать «Двуспальную кровать» именно так, а не иначе, с тех пор как в отсутствие Салли заглянул в сценарий и наткнулся на любовную сцену.

– Скажи, чем ты занимаешься на студии? – поинтересовался Мэтти у жены.

– Помогаю Лисетт.

– Значит, ты ассистент продюсера? Это очень ответственная работа!

– Ну, не совсем. Я просто помогаю ей. – Салли сама не знала, какие у нее будут обязанности: Лисетт просто обещала интересное времяпрепровождение и высокую зарплату. Но пока Салли в основном сидела в приемной и сплетничала.

– А зачем она тащит тебя на натурные съемки? – Мэтти не изменил своего скептического настроя. – Ее личного присутствия там не требуется.

– Лисетт должна быть в курсе всего, – вспыхнула Салли, чувствуя себя дилетанткой. – Она продюсер, руководит съемочной группой.

– Чепуха! Это работа постановщика, Флавии Уотсон, – глаза Мэтти вспыхнули. – Если Лисетт хочет выехать на натурные съемки, значит, на то есть особые причины.

Салли сдалась:

– Ну, хорошо, хорошо!.. Она положила глаз на Хьюго Бошомпа.