Скарлетт Рэд
Шрифт:
— Все, что мы делаем, ощущается потрясающе.
Я задыхаюсь от нового нахлынувшего оргазма.
Себастьян еще дважды жестко и глубоко толкается в меня, а затем рычит от удовольствия, пришедшего с оргазмом.
Я обрушиваюсь к нему на грудь, утыкаясь носом в его кожу, вдыхая этот замечательный запах. Я никогда не надышусь им.
Себастьян перекатывает нас на бок, рукой придерживая мои бедра, чтобы наши тела не разъединились. Он все еще тяжело дышит, затем, проведя носом по моей шее, с удовлетворением говорит:
— Не откажусь провести
Я начинаю отворачиваться, но он обхватывает мою голову и удерживает меня на месте.
— Расскажи мне.
Я медленно выдыхаю, успокаивая дыхание, мое сердце колотится.
— Эта та ночь, когда погибла Амелия.
Его хватка на мне крепнет.
— Что случилось?
Я удерживаю свой взгляд на нем, потому что знаю, что, закрыв глаза, снова увижу всю сцену целиком в своей голове. Как сотни раз прежде.
— Уолт убил ее.
От вида шока на его лице, я продолжаю:
— Он не хотел убивать ее, но мог предотвратить убийство. Эта сладкая маленькая девочка была всем для меня.
— Как можно случайно убить своего ребенка? — недоверчиво спрашивает он.
Больше я не могу сказать ничего. Просто… не могу. Я трясу головой, и слеза катится по щеке.
Вздохнув, он стирает влагу с моего носа.
— Больше никаких разговоров о прошлом сегодня.
Я киваю и прижимаюсь лицом к его груди, а он пальцами скользит в мои волосы.
Когда я прислушиваюсь к его дыханию несколько минут спустя, я вспоминаю, как мало сна мы получили прошлой ночью. Немного отклонившись, я ложусь, борясь со сном, рассматривая его длинные черные ресницы, покоящиеся на его великолепном лице. Не могу поверить, как даже что-то такое простое в нем привлекает меня. Он выглядит таким доступным, когда спит.
Почему ты всегда открываешься мне, когда мы в постели, Себастьян? И даже тогда, ты делишься не всем, оставляя большую часть укрытой в тени. Я знаю, почему я сдерживаюсь, а какая история у тебя? И снова, меня трахнули в тени. Но, черт возьми, ты в этом превосходен.
Я вытягиваю руку и касаюсь его челюсти, изучая его привлекательные черты, запоминая их.
Я уважаю и ценю так многое в тебе, но больше всего твою грубоватую честность, даже если она ранит. Хотела бы я, чтобы между нами было все так же легко и просто, как обниматься всю ночь, но осознание, что однажды ты уйдешь, не то, с чем я смогу справиться.
Глава 19
Себастьян
Я поворачиваюсь и слепо шарю рукой в поисках Талии, намереваясь захватить ее в свои сонные теплые объятия, но мои пальцы натыкаются лишь на холодную простынь. Сон как рукой снимает, я поднимаю голову
— Талия?
Когда она не отвечает, я вскакиваю с кровати и просовываю голову в дверь. Пусто. И тогда я обнаруживаю отсутствие ее одежды и сумочки.
— Что за херня?
Зарывшись рукой в волосы, я набираю ее номер, но она не отвечает.
Чувство огорчения крепнет, пока я одеваюсь, и тогда я, наконец, замечаю записку, которую она оставила для меня на столе.
Не знаю, как и благодарить тебя за то, что оберегал меня эти последние дни. Без тебя меня бы здесь не было. Я ценю все, что ты сделал, начиная с поддержки, которую ты оказал, помогая столкнуться с событиями прошлого, и заканчивая созданием новых воспоминаний, которые я буду хранить всю жизнь. А сейчас ты свободный от обязательств. Я взяла ранний обратный паром, чтобы ты смог поспать. Береги себя, мистер Блэк.
С любовью,
Скарлетт Рэд.
Скомкав бумагу в тугой шарик, я запускаю его через всю комнату, выкрикивая:
— Какого черта она ушла?
Она говорила, что может не возвращаться до сегодняшнего вечера. Мы могли бы провести вместе целый день. Что такого я сказал или сделал, что так ее расстроило? Я зарываюсь пальцами в волосы и начинаю расхаживать, пытаясь вспомнить. Было видно, что она больше не хотела обсуждать свое прошлое, поэтому я не давил на нее с этим прошлой ночью. Единственный момент, когда она расстроилась при мне и чуть не ушла, был тогда, когда я говорил о часах. Но почему?
Я знаю одного человека, у которого может быть ключ к разгадке. Я прекращаю расхаживать и открываю ноутбук. Кликнув на программу с видео-связью, я набираю Мину.
— Так вот как ты выглядишь, когда не в костюме и не в форме, — поддразнивает меня Мина, как только ее лицо появляется на экране. — Мне нравишься неряшливый ты.
Поскребя свою утреннюю щетину, я замечаю золотое сердечко на ее цепочке.
— Я знал, что уже видел его прежде.
Она хмурит брови и заправляет прядь светлых волос за ухо.
— Видел что?
Я киваю в ее сторону.
— Сердце на цепочке, которое ты носишь. Талия отдала тебе его, да?
Карие глаза моей сестры широко распахиваются.
— Она назвала тебе свое имя?
— Ты все это время его знала? — спрашиваю я, хмурясь.
Мина дотрагивается до сердечка.
— Мы дали обещания друг другу той ночью, Себастьян. Это сердечко предназначалось для ее сестры, которая умерла. Она сказала, что мой цвет волос напоминают ей об Амелии, и это так здорово, увидеть, какой бы она могла стать, когда вырастет. Талия заставила меня пообещать, что я не выдам ее имя, а она в свою очередь не назовет мое в той статье. — Замолчав, она улыбается. — Ты получил посылку, которую я отправила? Талия принесла коробочку для тебя на следующее утро.