Скандальная слава
Шрифт:
Глава 1
Апрель 1881 года
Впервые за свои шестнадцать лет Эвелин Фостер, отличавшаяся безупречным поведением и прекрасными манерами, собиралась сделать что-то совершенно невероятное, выходящее за рамки приличия. Разумеется, кто-то мог сказать, что молодым эмоциональным девушкам свойственны некоторые шалости и в этом нет ничего удивительного, но Эвелин никогда не получала удовольствия от каких-либо проказ, и подобные развлечения никогда не привлекали ее. И сейчас она решила вместе со
Они намеревались прокрасться к мальчикам из-за «него». Именно это обстоятельство вносило в их предприятие ноту драматизма. Лорд Мартин Лэнтдон, младший брат герцога Уэнтуорта, был настоящим хулиганом, который то и дело попадал в беду из-за своих же выходок. Однажды он привязал ведро с водой над дверью кабинета директора школы, а еще как-то раз запустил в Темзу недалеко от Виндзорского замка плот, начиненный фейерверком, как раз в тот момент, когда там отдыхала сама королева.
Ну а самым главным было то, что лорд Мартин обладал еще и репутацией завзятого сердцееда. Хотя молодому человеку было только семнадцать лет, за ним уже тянулся длинный шлейф не совсем красивых историй. И Эвелин была наслышана о далеко не безупречном поведении и душевных устремлениях молодого лорда.
Тогда почему же она решила участвовать в этом? Эвелин задавала себе этот вопрос уже в сотый раз, идя с Пенелопой по залитой лунным светом лужайке.
А все дело было в том, что ее подруга, светловолосая красавица Пенелопа, без памяти влюбилась в этого негодника, и, кажется, уже ничто не могло излечить несчастную девушку от любовного недуга. Вот поэтому-то она, Эвелин, и взялась помочь подруге. По крайней мере она так себе это объяснила. И тем не менее Эвелин не могла не ощущать того, что внутри у нее самой с недавних пор начало расти какое-то странное и смущающее ее чувство к лорду Мартину. Похоже, и она не устояла перед его чарами.
– Быстрее, Эвелин, – прошептала Пенелопа, когда они нырнули в густую тень деревьев. Эта аллея тянулась до небольшой церквушки, располагавшейся рядом со спальным корпусом мальчиков. Сейчас подруги были одеты в мужские костюмы, позаимствованные у младшего брата Пенелопы. – У нас совсем мало времени, и мне не хочется, чтобы нас поймали на обратной дороге.
– Я иду.
«Наверное, я сошла с ума», – подумала Эвелин и провела рукой по лбу. Прохладный вечерний воздух обдувал ее разгоряченное ходьбой тело.
В это мгновение Пенелопа вдруг побежала, и Эвелин кинулась за ней. Им пришлось руками придерживать поля их твидовых шляп, чтобы они не слетели от быстрого бега.
Наконец девушки добрались до чугунных ворот, за которыми находилась небольшая церковь с прилегающим к ней маленьким кладбищем. Пенелопа толкнула створку ворот, и та, издав протяжный скрип, распахнулась. Эвелин с опаской посмотрела на большие, в виде двух львиных лап, петли.
– Неужели некому их смазать?
– Не бойся ничего, – сказала Пенелопа. –
Подруги быстро пробежали через кладбище и вдруг замерли на месте – неожиданно за оградой появилась собака и громко на них залаяла.
От страха Эвелин даже подпрыгнула на месте.
– Господи! Этого еще не хватало!
Пенелопа схватила ее за руку и потащила назад к церкви.
– Не обращай внимания на эту собаку. Мы уже почти пришли. Я знаю, здесь в ограде есть лаз, через который можно попасть во двор корпуса.
Эвелин тяжело дышала, ее сердце колотилось. Ей совсем не нравилось это приключение.
– Мне кажется, нам лучше вернуться назад. Нас обязательно поймают. И если мой отец узнает…
Пенелопа не обратила никакого внимания на слова подруги. Она лишь небрежно бросила:
– Мы уже на месте, и я не собираюсь поворачивать назад. Я хочу увидеть, где он спит.
Эвелин остановилась как вкопанная.
– Где он спит? – эхом повторила она. – Господи. Пенни! Но я думала, что ты только хочешь подсунуть записку ему под дверь.
– Да, я так и сделаю, если мне не удастся проникнуть в комнату. Я попробую открыть замок своей шпилькой.
Эвелин просто не верила своим ушам.
– Пенни, ты сошла с ума!
Пенелопа резко повернулась. В темноте Эвелин не могла разглядеть выражение лица подруги. Однако по ее голосу поняла, что та улыбается.
– Да, я сошла с ума. От любви.
Эвелин ощутила, как в ней нарастает раздражение. Или это была ревность?
Нет, нет. Нет! Этого просто не может быть! Какие глупости иногда приходят в голову!
Эвелин покачала головой. Она еще раз попытается уговорить Пенни вернуться.
– Но ты ведь знаешь, что о нем говорят, Пенелопа. Он не стоит всего этого. Он разобьет тебе сердце. Прошу тебя, будь благоразумной!
Пенелопа решительно повернулась и зашагала в конец кладбища. Там она остановилась и взялась двумя руками за прутья решетки. Эвелин пошла за подругой.
– Знаешь, в чем твоя проблема, Эвелин? Ты всегда слушаешь голос разума, когда нужно довериться сердцу. Попробуй хотя бы иногда не думать, не делать выводов, а просто чувствовать.
Эвелин стояла на посыпанной гравием дорожке и смотрела, как Пенелопа упорно протискивается сквозь прутья ограды. Не думать? Слушаться своего сердца? Но для чего? Для того, чтобы кто-то разбил его тебе? Ведь именно это случилось с ее матерью… Потакание своим чувствам превратило ее в бесплотную, ничего не замечающую вокруг себя тень.
Пенелопа наконец пробралась сквозь решетку и теперь поправляла свое платье.
– Я вообще не понимаю, – она бросила сердитый взгляд на Эвелин, – как ты можешь так плохо о нем говорить! И это после всего того, что он для тебя сделал. Ведь он такой красивый, милый! Он настоящий герой! Он спас тебе жизнь, Эвелин. Неужели ты уже забыла об этом?
Эвелин посмотрела в сторону. Черные верхушки деревьев выделялись на фоне сине-фиолетового неба острыми зубцами. О, она отлично помнила тот день… Шесть лет назад она провалилась под лед, и Мартин вытащил ее.