Скала
Шрифт:
— Артэр! — мой шепот казался страшно громким. Моего друга нигде не было. Я прождал больше пяти минут, волнуясь все сильнее и сильнее и постоянно поглядывая на часы, как если бы это могло замедлить время. Мы опаздывали. Я уже собирался уходить, но тут услышал грохот со стороны дома, рядом с торфяной кладкой. Тяжело дыша, Артэр выскользнул из темноты; он пытался стряхнуть пластиковое ведро, ручка которого зацепилась за лодыжку. Он перебежал газон, почти кувырком перелетел через забор, зацепившись за проволоку, которую не сразу заметил. Артэр плюхнулся мне на ноги. В лунном свете была видна его широкая улыбка.
— Как
— Мой старик пошел спать всего полчаса назад. А у него слух, как у чертовых кроликов. Мне пришлось дождаться, пока он захрапит. Иначе я не мог быть уверен, что он заснул.
Артэр поднялся на ноги и выругался:
— Черт! Я весь в овечьем дерьме!
У меня упало сердце: у нас был один велосипед на двоих — мой. Теперь весь багажник и моя одежда в тех местах, где Артэр держался за нее, будут в овечьем помете.
— Забирайся! — сказал я. Артэр перекинул ногу через сиденье, все еще по-идиотски усмехаясь. Я явственно почувствовал исходившую от него вонь.
— И постарайся не испачкать меня!
— Так друзья же как раз для того, чтобы с ними делиться.
Артэр ухватился за мою куртку. Я стиснул зубы и двинулся вниз по улице к главной дороге, а ноги Артэра болтались по разные стороны велосипеда для равновесия.
Мы спрятали велосипед в канаве в паре сотен ярдов от кладбищенской дороги на Свэйнбост и пробежали остаток пути. Все остальные уже с нетерпением поджидали нас. Они толпились в тени старого здания магазина, которое теперь занимала строительная компания Несса.
— Где вы были, ради всего святого? — прошептал Дональд.
Ангел Макритчи выплыл из темноты и прижал меня к стене:
— Ты, мелкий тупой ублюдок! Чем дольше мы ждем, тем больше шансов, что нас поймают.
— Гос-с-споди! Что за запах, черт возьми? — прошипел Рыжий Мердо из тени.
Я глянул на Артэра, но тут Дональд позвал:
— Пойдем. Пора заняться делом.
Большая рука Ангела отпустила меня, и я поспешил за остальными. Мы выскользнули из тени здания на залитую лунным светом, открытую всем взглядам дорогу. Неказистая оградка тянулась вдоль нее вплоть до самого кладбища с его сверкающими надгробиями. Иней скрипел под ногами, пока мы пробирались мимо садов и домов по левую сторону дороги. Наши шаги казались слишком громкими.
Дональд остановился у старого черного дома с ребристой металлической крышей. У него были прочные деревянные двери с большим навесным замком. Крыша была перестроена и треугольным козырьком поднималась над дверью, чтобы сельскохозяйственная техника могла беспрепятственно пасть внутрь и выехать обратно.
— Вот и он.
Рыжий Мердо шагнул вперед и достал из-под пальто обдирочную фрезу.
— А это еще, черт возьми, зачем? — прошептал Дональд.
— Ты же сказал, что тут замок.
— Мердо, мы шину собрались украсть, а не портить чужую собственность.
— И как мы тогда этот замок откроем?
— Ключом, понятное дело, — Дональд показал большой ключ на кожаном шнурке.
— Где он его достал? — спросил прыщавый мальчик, его гнойники, казалось, блестели в лунном свете.
— Он знаком с девчонкой, — ответил Калум, как будто это все объясняло.
Дональд открыл замок и, сняв его, толкнул одну половину двери. Она со скрипом отворилась вовнутрь. Он достал из кармана фонарик, а мы сгрудились за ним,
— Красавица, — прошептал Артэр.
— Да она же будет несколько дней гореть, — сказал Ангел.
— Давайте вытаскивать ее отсюда, — в голосе Дональда звучал триумф.
Эта шина, она, как и предсказывал Рыжий Мердо, весила с тонну. Все вместе мы едва удерживали ее от падения, пока выкатывали из дверей на дорогу. Дональд отделился от группы, закрыл дверь и повесил обратно замок. Он вернулся, хитро улыбаясь:
— Они даже не поймут, что случилось. Все будет выглядеть так, будто она просто испарилась в воздухе.
— Ага! Она превратится в дым нашего костра, — ликовал Мердо.
Толкать шину вверх по склону главной дороги было тяжело, да и спуск потом был короткий. Мы с тоской думали, что ночь обещает быть долгой — ведь нам предстоял подъем на еще один холм при подходе к Кробосту.
Дойдя до конца дороги, мы прислонили шину к старому зданию магазина и решили немного передохнуть. Потные и задыхающиеся, мы уже мало думали о холоде. Сигареты передавались по кругу и все затягивались в молчаливом самолюбовании. Мы были очень довольны собой.
— Отсюда будет труднее, — сказал Дональд, пряча тлеющий уголек сигареты в ладони.
— Это еще почему? — Мердо сердито посмотрел на него. — Теперь-то дорога идет вниз аж до поворота на Кробост.
— Вот именно. Эта штука будет разгоняться, и нам будет непросто удержать ее. Нужно, чтобы те, кто повыше и посильнее, стали впереди и контролировали ее ход.
В конце концов братья Макритчи, прыщавый мальчик и его приятель были откомандированы поддерживать шину спереди. Я с Артэром и Йен с Шоуни встали по бокам, а Дональд и Калум держали ее сзади.
Только мы выкатили шину обратно на главную дорогу, когда на вершине холма вдруг показались огни машины. Мы запаниковали, ведь никто не слышал, как она подъезжала. Времени, чтобы откатить шину обратно в тень здания, уже не было, поэтому Дональд налег на нее плечом и столкнул в канаву. А она утащила за собой и Рыжего Мердо. Мы услышали треск тонкого льда, а когда нырнули в укрытие, раздалась приглушенная ругань младшего Макритчи:
— Ты, чертов ублюдок!
Машина пролетела мимо, мигнув огнями у дальнего поворота на Файвпенни и Батт-оф-Льюис. Промокший, с потеками грязи и бог знает чего еще на лице Рыжий Мердо, шатаясь, вылез из канавы, дрожа на ветру и продолжая сыпать проклятиями. Мы все сгибались от хохота, пока он выбирался на дорогу. А потом он подошел ко мне и ударил по лицу так сильно, что зазвенело в ушах. Он всегда меня терпеть не мог.