Скала
Шрифт:
— Это, в принципе, так, — сказал я, держа пакет.
— Альпинист наш лучший мул. — Том взял пакет и разорвал бумагу.
— Не называй меня гребаным мулом.
— Это не то, кем ты являешься? — Джей посмотрел на меня удивленно.
— Я, возможно, перевожу дерьмо за вас, ребята, через границу, но я не мул. — Том открыл коробку и начал перебирать банки, убедившись, что все на месте. — Плюс, — продолжил он, — я выйду, как только мы рассчитаемся.
— Как только рассчитаемся, — повторил Джей.
— Он потерял
— Потерял пакет? Я думал, что он лучший?
— Происшествия случаются, — Том посмотрел на меня
— Я чуть не умер в тот день. — Я уставился на Джея. — Я делаю все как надо.
Он оглянулся на меня, его глаза были плоскими. Джей не ответил, и я почувствовал, как холод пробежал по моему позвоночнику.
— Здесь все: Викодин, Перкоцет, Оксикодон, даже немного Демерола. — Том закончил просматривать таблетки. — Канада может предложить только лучшие лекарственные средства, отпускаемые по рецепту.
Джей указал на пакет, и Том передал его.
— Я закончил здесь? — спросил я.
— Почти, — сказал Джей.
Он начал просматривать таблетки, пока Том наблюдал, неприятно глядя.
За все время работы с Томом я никогда не видел, чтобы он выглядел таким озабоченным. Раньше у нас были люди, которые приходили за таблетками, но у Джея явно был кто-то другой, кто-то важный. Кто-то опасный
— Все в порядке, — хмыкнул он, передавая пакет обратно Тому.
— Отлично. Хорошо. Рад, как всегда, повидаться. Увидимся позже, — сказал мне Том.
— Погоди, — промычал Джей. Том поднял глаза, удивившись. — У нас новая сделка.
Джей долго смотрел на меня.
— Ты будешь делать пробежки раз в неделю, пока долг не будет выплачен, — заговорил он.
— Ты чертов сумасшедший? — Я заморгал. — Два раза в месяц уже достаточно опасно.
— Раз в неделю. Мы встретимся снова в следующий понедельник для передачи.
— Как это будет работать? Достаточно ли поставки на север?
— Есть предложение. Они знают, что ты придешь.
Я сцепил зубы. Совершать походы по канадской границе было непросто, хотя я освоил их за последние несколько лет. По-прежнему требовался, по крайней мере, один день, чтобы подняться туда и еще один день, чтобы вернуться и переночевать в лесу.
Как мне объяснить родителям, почему я исчезаю в течение двух дней каждую неделю? Каждые две недели было достаточно плохо, но я делал это, изменив свое расписание. У меня не было достаточных оправданий, чтобы внести еще больше изменений в свою обычную рутину.
— Ты ставишь меня в затруднительное положение, — сказал я.
— Мы понимаем. Но Джей здесь, и он знает, что делает, — сказал Том, пытаясь сыграть миротворца.
— Ты лучший или нет? — сказал Джей, глядя на меня. — Ты хочешь выбраться из этого долга?
— Да, — сказал я сквозь зубы.
— Тогда будешь делать эти вылазки. Не жалуйся опять.
Мне
Но мне нужно было вернуть долги. Прошло слишком много времени с тех пор, как я занимался скалолазанием в свое удовольствие, и желание вернуться на горные стены становилось слишком мощным, чтобы его игнорировать. Теперь, когда моей маме стало лучше, а счета были оплачены, мне больше не нужны были деньги.
Это был большой риск, но я предпочел бы выйти из игры.
— Хорошо, — сказал я. — Но не называй меня мулом.
— Очень хорошо, Альпинист. — Джей криво улыбнулся.
— Великолепно. Это улажено. Увидимся в следующий понедельник, Альпинист, — сказал Том.
Я смотрел, как Джей, улыбаясь, залез обратно в машину. Том наградил меня извиняющим взглядом. «Ты - кусок дерьма, тебе лучше найти объяснение всему этому», — подумалось мне, когда он запустил двигатель и уехал.
Как только они исчезли из виду, я повернулся и направился к дому. Солнце садилось, и я знал, что должен спешить, если хочу успеть на ужин.
Но я нервничал. Все изменилось, и мне не было известно, почему. До сих пор все шло гладко, не считая упущенной передачи. Но Джей, явившийся из ниоткуда, положил начало, о котором я ничего не знал.
И одна вылазка в неделю будет тяжелой, очень тяжелой. Мне предстояло поторапливаться быстрее, чем раньше. Однажды я чуть не умер, пытаясь перевезти наркотики через границу. И больше не пытался это делать.
Иногда поздно ночью я вспоминал об этом падении.
Становилось темно, но мне приходилось продолжать двигаться вперед. Холод проникал во все уголки моего тела, затягивал мышцы, ослаблял дыхание. Я уже отстал от графика, и нужно было торопиться, если я собирался сделать все вовремя.
Пакет лежал в моем рюкзаке. Я осторожно пробирался через деревья, шел быстро, но не бежал. До дома оставался еще час или два пути, но я не хотел останавливаться и разбивать лагерь.
Вдруг я услышал, как поблизости хрустнула ветка, и посмотрел в том направлении, отвлекшись.
Все произошло так быстро. В одну секунду я двигался по снегу, не издавая ни звука, а в следующую падал с ног на голову.
Не знаю, как я пропустил овраг, но я это сделал. К счастью, холм, с которого я упал, был не слишком крутым. Но тем не менее, пакет вывалился из рюкзака. Коробка сломалась, баночки треснули, отправив белые пятнышки в чистый снег. Меня это еще не беспокоило, пока я не врезался в дерево у подножия холма.