Скала альбатросов
Шрифт:
Странная девушка. Родилась здесь, выросла здесь, в глуши, но светилась счастьем, была полна жизни. Аппиани тоже нашел, что она удивительна. «Просто чудо!» — сказал он. И захотел написать ее портрет. Что за прихоть такая? И Марио опять ощутил легкий укол ревности. Он подавил это чувство и попытался представить, какие мысли владеют столь удивительной девушкой. Она всю жизнь провела здесь, вдали от мира, не общалась ни с кем, кроме убогих рыбаков и солдат, отряд которых то и дело меняется. Он не сомневался, что она еще ни разу в жизни не выезжала на бал. Не знала ухаживаний молодых людей, ей незнакомо волнующее ожидание свидания,
Отчего солнце светит в небе? Оно светит, и этого уже достаточно. А отчего море, земля, деревья приветствуют солнце, отчего? Все просто — они радуются ему, радуются, что оно согревает их и каждый год возвращает к жизни. Точно так же и Арианна во всем подобна чудесной природе на родных островах. Юноша ощущал, что девушка несет в своей душе некий особый, неведомый ему мир — мир, полный совершенно незнакомых ему радостей. Такое чувство возникло у него при первой же встрече, едва он увидел ее верхом на лошади неподалеку от маяка на грунтовой дороге, что вела в гору, к центру острова.
Это произошло на заходе солнца, и она возникла пред ним неожиданно, словно видение, и тут же, смеясь, исчезла вдали с другой, темноволосой девушкой. Этот смех, удалявшийся вместе с цокотом копыт в лучах золотистого заката, словно током пронзил его. Внезапно он ощутил себя полным сил и энергии. В конце концов, жизнь прекрасна, острова чудесны и… он рад, что снова увидит эту девушку! Кто знает, может, подучится любовное приключение. Нет, нет, она слишком молода. И потом, этот священник. Марио встал, открыл дверь и позвал:
— Анджело! Анджело!
Тотчас явился его адъютант.
— Слушаюсь, капитан.
— Готов отправиться на прогулку?
— На прогулку, синьор капитан? А ваша сиеста?
— Сегодня не хочется спать. Собирайся, хочу поехать в Сан-Домино. Хочу прогуляться там под соснами. На том острове не так жарко. Там больше зелени. А здесь нестерпимая духота.
— Вы правы, синьор капитан.
Подойдя к молу на Сан-Домино, Анджело ошвартовал лодку. Они молча поднялись по крутому склону, который вел к дому Арианны. Марио то и дело останавливался, устремив взгляд на какое-нибудь растение, машинально трогал ветви, срывал листья и растирал их пальцами, явно что-то напряженно обдумывая. Анджело следовал за ним, пытаясь понять, что же так заботит капитана. Они подошли почти к самому дому. Сосны стояли здесь плотной стеной, почти закрывая строение от нескромных глаз прохожих.
Марио решил передохнуть.
— Иди сюда, Анджело, посидим здесь. Тут и в самом деле очень хорошо.
— Верно, синьор капитан. Отдохнем немного.
Марио снял фуражку, расстегнул китель и опустился на землю, прислонившись к стволу дерева. Дом Арианны совсем рядом, но не виден. Анджело улегся невдалеке и натянул на глаза берет, собираясь соснуть. Но вскоре донеслись женские голоса.
— Видишь, какие роскошные в этом году розы? Красивее, чем в прошлом, — произнес мягкий, серебристый голос, который Марио сразу
— Ладно, ладно, дело не в розах! — Марио догадался, что это ответила Марта. — Ты весь день чересчур возбуждена. Лучше пойди отдохни, слишком жарко сегодня, к тому же после сиесты нужно будет помочь фра [14] Кристофоро.
— Не буду спать, не хочу, не усну сегодня! Побуду немного на воздухе, полюбуюсь своими розами. Иди сюда, посмотри на них. — Женские голоса пропели какую-то незнакомую музыкальную фразу. — Ах, какое очарование, какой удивительный сегодня день! Немного жаркий, правда.
14
Усеченное от слова frate, что означает брат, употребляется перед именами монахов и как обращение к ним.
— А сейчас пойдем спать, хватит гулять.
— Ты иди, Марта, а я останусь, — предложила Арианна.
Голос ее прозвучал громче. Марио затаил дыхание. Очевидно, девушка сидела на веранде. Он уловил шуршание платья, едва ли не дыхание ее. Платье прошелестело, и опять стало тихо, только неумолчно стрекотали цикады. Марио боялся пошевелиться. Он не хотел, чтобы женщины заметили их.
— Марта, Марта! — снова донесся голос Арианны. — Ну как можно спать сейчас! Иди сюда. Ты только посмотри на море!
— Но ты же столько раз видела его! Оно всегда на своем месте, еще со дня твоего рождения и даже раньше. Намного раньше, чем ты появилась на свет.
Видимо, Марта тоже вышла на веранду.
— Это не имеет значения. Сегодня я вижу море совсем другими глазами. Иди сюда, подойди ближе, посмотри отсюда. Ну вот, а теперь наклонись, как я, присядь, обними руками колени, и кажется, стоит только раскинуть руки, и полетишь. Вот так!
— Перестань! А то, не дай бог, свалишься с веранды!
Марио услышал, как Арианна рассмеялась и, должно быть, стала обнимать Марту, потому что та недовольно возражала:
— Ну отпусти меня, оставь, ну просто как ребенок! Ведь уже два часа. Идем спать! Не поспишь, вечером появятся мешки под глазами и станешь некрасивой.
— Нет, не могут у меня появиться мешки под глазами, я слишком счастлива сегодня!
— Отчего же ты так счастлива?
— Не знаю, право слово, не знаю. Сегодня чудный день, такой светлый и прозрачный, и море, посмотри, какое спокойное, и мои розы, взгляни, какие пышные. А какие чудесные краски! Ах, как же я довольна! А ты почему-то не понимаешь меня, Марта, не можешь постичь это странное чудо, что разлито в воздухе. Ну так иди спать.
Голоса смолкли. Однако Марио знал, что Арианна все еще на веранде.
Потом голос девушки произнес:
— Ладно, если так уж нужно спать, пойдем поспим. — Прошуршали платья, стукнули ставни.
И ей нет совершенно никакого дела до него, вдруг подумал Марио. В глубине души он надеялся, что она скажет что-нибудь о нем, и в то же время опасался этого. В его голове неожиданно пронесся целый вихрь мыслей, возникло множество желаний, заставивших устыдиться самого себя. К тому же он не хотел, чтобы Анджело заметил, как его заинтересовал разговор женщин, поэтому быстро поднялся и направился к дороге. Они стали спускаться к небольшому порту. Жара теперь уже не досаждала юноше. Он чувствовал себя окрыленным после такой прогулки.