Сияние
Шрифт:
– Пожалуй, это все, что я умею готовить. Из нас двоих истинный кулинар - мой брат. В детстве он зарабатывал продажей самолично испеченного печенья, - Шайн подложил ему еще кусочек и, прошуршав в пакете, выудил оттуда маленький мешочек с песочным печеньем. Перехватил горящий взгляд Шона, выразительно указал глазами на рыбу в его тарелке и отдал печенье Саше, который тут же принялся его с упоением грызть.
– Завтра утром я могу забрать вас на работу, мне всё равно почти по пути.
– Мне неловко, мистер Вествуд. К тому же с утра я развожу детей, так что выхожу на пару часов раньше.
Шон почти мгновенно
– Школа и садик вроде бы и по дороге, но все равно переодевание Седа и Саши занимает время. Да и с Шоном по дороге домашнее задание повторить надо.
– Он у вас такой молчун, - Шайн отдал малышу заслуженную шоколадку и пакетик с конфетами и улыбнулся в ответ на радость, промелькнувшую в его глазах.
– Истинный альфа: меньше слов, больше дела. И… я могу помочь. Всё равно встаю и выезжаю рано, за что мои сотрудники меня тихо ненавидят. Так что могу позволить себе приехать чуть позже. И вам не придется вставать так рано.
Дани вскинул на него взгляд. Изумленный. Настороженный. И отчего-то полный горечи и тоски.
– Зачем вам это, Шайн? – Шон сцапал предложенное угощение и смылся следом за Сашей. – Сегодня вы сотворили для меня… для нас с малышами чудо. Маленькое чудо. Вы хотите и дальше творить их для нас. Но я… - он помялся, стиснул пальцы так, что аж суставы побелели. – Я боюсь привыкать к чудесам. Брент тоже начинался с маленьких чудес и закончился уходом.
– Я уже говорил, что мне надоела тишина?
– Шайн смотрел на него со спокойной улыбкой.
– Я ничего не прошу и не потребую взамен. Я не пытаюсь влезть вам в душу, мне просто нравится то, что я делаю. И нравится смотреть, как кому-то становится легче или проще. Я не рыцарь, у меня полно недостатков и комплексов, но я из тех, кому нравится быть Санта-Клаусом. Можете называть это инстинктом или потребностью. Я действительно рано встаю. И действительно живу один. Помочь вам вместо того, чтобы торчать в кабинете или бесцельно слоняться по квартире мне будет только в радость.
Глаза в глаза. Дани чувствовал, что просто не может не смотреть в его глаза. Красивые. Глубокие. Темно-синие озера.
Сед, расправившийся со своим ужином, пыхтя, сполз со стульчика и поплелся к гостю, уткнувшись в его бедро мордашкой.
– О господи!.. Он перепачкал вас, - спохватился Даниил, подхватываясь с места. Сожаление, вина, но ни капли раздражения. Злиться на своих детей он попросту не умел. – Простите!..
Шайн расхохотался, подхватывая мальчика на руки:
– Все съел? Тогда тебе тоже можно конфетки, - он раскрыл перед ним большой пакет.
– Выбирай.
– Поднял взгляд на Дани: - Все в порядке.
В пакет Седрик за малым не нырнул, но был вовремя извлечен оттуда отцом.
– Если бы я мог сотворить чудо для вас, я бы сделал это, - выдохнул Даниил.
Вот что он делает? Ведь это недолго. Попасть в плен взгляда. Такого теплого. Позволить себе радоваться вместе с сыновьями. А потом мучиться то ли ревностью, то ли горечью.
– Вы позволили мне почувствовать себя нужным, - Шайн отдал малышу заслуженные конфеты, выслушал его “шпашибо” и, дотянувшись
– И нас еще ждет торт.
– А вы позволяете мне чувствовать себя снова живым, - негромко ответил Даниил.
Живым. Красивым. И тешить себя иллюзией, что и желанным тоже. Но об этом он промолчал. Аккуратно вытер перепачканного сынишку и отправил в комнату, принимаясь нарезать торт. Непривычное чувство заботы. Ощущение, от которого за годы он отвык.
На это Шайн ничего не ответил. Сделал чай на две кружки, сгрузил посуду в раковину. Неуютная тишина начала давить, но разбилась от звонкого детского смеха. И Шайн улыбнулся, расслабился.
– Я знаю, что помощь себе вы не примете. Но, может, вы позволите мне помочь вашим детям?
Дани вслушивался в его голос, звучащий на фоне этого самого родного смеха и… сдавался. Сдавал позиции, проигрывал войну, позволял себе снова довериться. И молился, чтобы хоть в этот раз, хоть теперь все получилось. Потому что неожиданно для него самого Шайн Вествуд ему НРАВИЛСЯ. Как человек, как мужчина, как альфа. Спокойный, уверенный, сильный. И надежный. Как та самая стена, которой у него самого никогда не было.
– Хорошо, - наконец, кивнул он.
– Отлично, - Шайн просиял.
– Тогда как на счёт того, чтобы позволить мне занять вас и малышей в ближайший выходной? Ну или только вас, если идея ходить по магазинам со всеми нами вас пугает.
– Мальчишки будут в шоке, а я заранее в ужасе, - улыбнулся Дани. Напряжение стекло с лица Шайна, едва только он согласился. Неужели для блестящего молодого альфы настолько важно, чтобы он сказал “да”?
– Они никогда по магазинам не ходили. Обычно я… сам… да и Шон понимает, в общем-то…
Мальчишек он одевал в новое. Старался. Во всяком случае, Шона точно. Школа не самое приятное место. А дети - жестоки. И, наверное, куда более чем взрослые. Но вот Седу и Саше везло меньше и им выпала карма донашивать вещи за старшим братом. На себя Даниил давно забил и иногда, если рубашка после многочисленных стирок начинала расползаться в руках, не задуряясь, отправлялся прямиком в секонд-хенд.
– Это будет шумно, но весело, - Шайн прислушался к звукам и нахмурился. В соседней комнате стояла тишина. Так увлеклись сладким или шкодничают?
– Я хотел бы знать, во сколько можно завтра заехать за вами с учетом того, что малышей можно развезти на машине. И как вы справляетесь, когда ваш отец на дневном дежурстве?
– Приезжайте к восьми, - предложил Дани.
– И я даже успею напоить вас чаем. Или кофе.
– Перехватив его взгляд, омега тихонько фыркнул.
– Шон укладывает Сашу спать. Сед прибирает игрушки. Через полчаса можно будет зайти и собрать оставшиеся.
– Они у вас самостоятельные, - Шайн улыбнулся.
– А купаете потом вы их спящих? Вы… отличный отец. И я не понимаю, как ваш альфа мог решиться на такое. Он совсем забыл про своих детей?
– Его только Саша, - отведя взгляд, ответил Дани.
– У Шона и Седа - другой отец. Мы были парой с колледжа, но потом он решил, что нашел своего истинного и оставил нас. Через пару лет я встретил Брента, но, наверное, со мной все-таки что-то не так. Выбраковка.
– Он судорожно выдохнул и тряхнул головой.
– Но у меня есть малыши и мне есть ради чего жить и рвать жилы.