Сирота

Шмаков Алексей Семенович

Понятия не имею, где это я услышал или прочитал, но слова очень правильные. Всегда стараюсь их придерживаться. Поэтому все мои знакомые знают, что вести дела со мной очень выгодно. А вот враждовать, очень и очень накладно.

Снова появился свет, и я поспешил в ту сторону. Чем ближе подходил, тем сильнее были слышны стоны. Кому-то точно было очень плохо.

Странно, Волк говорил, что здесь никого нет. Должно быть, ошибся.

— Подождите немного, я уже иду. Сейчас помогу вам. — крикнул я.

Голос причудливо отразился от каменных стен, разлетевшись по всем

отноркам. Я даже не уверен, что меня услышал тот, кто попал в беду. Ответа точно не было.

Но свет промелькнул совсем рядом, и я поспешил к тому проходу. Стон уже был отлично слышен. Это точно был мужчина. И когда я повернул из центрального тоннеля, то убедился в этом. Фонарь был закреплён на голове парня, в каком-то странном комбинезоне. Он стонал и мотал головой по сторонам, поэтому толком разглядеть ничего не получалось.

В паре метров с потолка падал свет из отверстия в люке. А ещё оттуда доносились голоса, которые я едва различал.

— Я уверен, что здесь никого не осталось. После удара Абсолюта даже в МД не выжить. Пилот превращается в отлично приготовленные консервы. Довелось мне насмотреться на такие во время войны между Природниками и Водниками.

— Раз никого не осталось, то валим дальше проверять. Я тоже никого не ощущаю.

После этого послышались гулкие шаги, словно кто-то начал долбить по поверхности металлическими трубами. Звуки быстро исчезли, а вот стоны остались. Странно, что люди с поверхности их не слышали.

— Похоже, что они искали тебя. — произнёс я, глядя на стонущего человека, который не обращал на меня никакокго внимания. А затем наклонился, чтобы снять с него фонарь. Вот так гораздо лучше. Хоть могу теперь рассмотреть свою находку и понять, отчего он стонет.

Это был молодой парень. Буквально лет шестнадцать. О чём свидетельствовал пушок под носом. Я видел такой же у старших ребят в приюте. Отчего-то они очень гордятся им. А как по мне, то выглядят глупо.

Одет парень был в тёмный комбинезон, с металлическими вставками и какими-то креплениями по всему телу. А из-под высокого воротника торчали две трубки. Открытым оставалась только голова. Но волосы были примяты таким образом, словно он очень долго носил на голове плотный шлем.

А ещё я увидел, что на груди с левой стороны у парня дыра. И из этой дыры течёт тёмная кровь. Вот поэтому он и стонет. Ему, должно быть, очень больно. Как помочь в такой ситуации, я понятия не имею. Была бы у меня аптечка под рукой, тогда другое дело. Я точно знаю, что рану сперва нужно продезинфицировать и сделать это с помощью перекиси водорода, или крепкого алкоголя.

Это нам рассказывал завхоз, когда Димка Стрелков наступил на грабли и проколол ногу. Идти к медсестре было нельзя. Тогда бы пришлось рассказывать, как это произошло, и существовал вероятность, что в этом случае нам пришлось бы на некоторое время залечь на дно. Оставаться в приюте. Этого делать было нельзя. Мойка машин — прибыльный бизнес и наше место обязательно кто-нибудь занял бы. Да и сам завхоз понимал, что в первую очередь достанется ему. Ведь это он снабжал нас инвентарём и помогал выбраться за территорию детского дома.

Он

тогда сильно ругался, но всё же притащил раненного в свою каморку и рассказал нам о том, что раны нужно обрабатывать. Иначе туда может попасть грязь, от неё рана начнёт нарывать, загноится, и вообще можно умереть. Перекиси водорода у него не было, зато был спирт. Говорил, что чистый, медицинский.

Оно и понятно: грязным, точно рану не промыть. Только испачкаешь её сильнее.

Так вот, тогда он обработал рану Димки спиртом, и уже через пару дней он практически перестал хромать. Никто так и не узнал об этом. Только обувь ему пришлось новую доставать. Эта сильно мокла в дождливую погоду.

В кармане у меня была припрятанная бутылка с алкоголем. Вот его я и использую, чтобы промыть рану этого парня. Хоть чем-то ему помогу. Всё равно делать здесь больше нечего.

Конечно, я хотел использовать эту бутылку для обмена. Может, чего-нибудь хорошее попалось, но совершить доброе дело — оно важнее.

Да и не боялся я абсолютно этого бедолаги. Уверен, что смогу позаботиться о себе в любой ситуации. А для подстраховки у меня был тот камень. Волк говорил, что он сможет меня защитить.

Достал бутылку. Долго думал, как её открывать. Просто сверху была какая-то плёнка, которая непонятно, как снималась. Красивая, портить такую не хотелось. Но пришлось. Решил просто порвать её зубами. Получилось. Только под плёнкой ещё оказалась и тугая пробка. Вытащил её с большим трудом.

Понюхал содержимое и скривился от противного запаха. Но он был явно лучше тех, что витали в канализации. Это точно был алкоголь. Теперь дело осталось за малым. Присел рядом со стонущим парнем и вылил половину бутылки на его рану.

— А-а-а! — заорал он, распахнув глаза, и попытался встать, только не смог. Рухнул обратно, застонал с новой силой и выдал. — Мать вашу! Садисты!

— Да успокойся ты. Сейчас всё пройдёт. — сказал я, вытирая испачканную в крови руку о его комбинезон. Ткань оказалась очень странной, словно это и не ткань была, а какой-то пластик. Но кровь всё равно с руки стёрлась хорошо.

А ещё я немного воздействовал на него своей силой, чтобы послушался.

— Ты, как говорить можешь? Рану я тебе уже обработал, больше ничем помочь не могу. Здесь трудно найти аптечку. А вообще, тебе бы к врачу. Подожди немного. Скоро за мной придут, и тогда мы тебя отвезём.

— На левом бедре находится аптечка. Возьми оттуда шприц и вколи его мне в ногу. Это поможет. — сказав это, парень снова застонал и закусил губу до крови. Наверное, очень сильно болит.

Я лишь пожал плечами и принялся за поиски аптечки, которая нашлась сразу. Это была небольшая коробочка, закреплённая на бедре ремнями. Очень странная аптечка. Всего содержимого один лишь шприц. И тот странный. Совсем не похож на те, которыми нам прививки и уколы делали. Сделан из тёмного, непрозрачного метала. Примерно по центру шприца светился небольшой экранчик. Сейчас показывал цифру 96. С одной стороны была зелёная кнопка, едва вылезающая из шприца. Ещё иголка была какой-то совсем маленькой. Такой точно будет не больно.