Сирены Титана
Шрифт:
— Вы все-таки хотите доставить послание? — спросил Констант.
— Всякий, кто дал себя загнать в такую даль с дурацким поручением, — сказал Сэло, — должен хотя бы поддержать честь всех дураков и выполнить поручение до конца.
— Моя жена умерла сегодня, — сказал Констант.
— Очень жаль, — сказал Сэло. — Я бы еще сказал: «Чем я могу помочь?» — но Скип как-то заметил, что это самое идиотское и отвратительное выражение в английском языке.
Констант потер руки. Да, на Титане у него друзей не оставалось — разве
— Плохо без нее, — сказал Констант.
— Значат, вы все же полюбили друг друга, — сказал Сэло.
— Всего год назад по земному счету, — сказал Констант. — Сколько лет прошло, пока мы поняли, что смысл человеческой жизни — кто бы человеком ни управлял, — только в том, чтобы любить тех, кто рядом с тобой, кто нуждается в твоей любви.
— Если вы сами или ваш сын захотите вернуться на Землю, — сказал Сэло, — я вас подброшу по дороге.
— Мальчик ушел к синим птицам, — сказал Констант.
— Молодец! — сказал Сэло. — Я бы и сам к ним ушел, если бы они согласились меня принять.
— Земля… — задумчиво сказал Констант.
— Мы будем там через несколько часов, — сказал Сэло. — Корабль в полной исправности.
— Здесь очень одиноко, — сказал Констант. — Особенно теперь, когда… — И он покачал головой.
Еще дорогой Сэло испугался, что совершил роковую ошибку, предложив Константу вернуться на Землю. Эта мысль у него появилась, когда Констант потребовал, чтобы Сэло доставил его в Индианаполис, штат Индиана, США.
Это неожиданное требование испугало Сэло: Индианаполис — далеко не лучшее место для бездомного старика.
Сам Сэло собирался высадить его возле шахматного клуба в Санкт-Петербурге, штат Флорида, США. Но Констант уперся на своем, как это свойственно старикам. Он хотел в Индианаполис, и все тут.
Сэло подумал, что у него в Индианаполисе родственники или старые деловые связи, но оказалось, что ничего подобного нет.
— Я никого в Индианаполисе не знаю, да и про сам город знаю только то, — сказал Констант, — что прочел в книжке.
— А что вы прочли в книжке? — спросил Сэло. Ему было очень не по себе.
— Индианаполис, в Индиане, — сказал Констант, — был первым американским городом, где белого повесили за то, что он убил индейца. Если там живут люди, которые способны повесить белого за убийство индейца, — сказал Констант, — этот город мне подходит.
Голова Сэло сделала сальто в кардановом подвесе. Ноги Сэло горестно зачмокали, переминаясь присосками по железному полу. Он отчетливо сознавал, что его пассажир практически ничего не знает о планете, к которой летит со скоростью, приближающейся к скорости света.
Но Констант, по крайней мере, имел при себе деньги. Это все же облегчало положение. У него было около трех тысяч долларов в самой разнообразной земной валюте — он их обнаружил в карманах костюмов Румфорда.
По крайней мере, он был
Одет он был в сидевший на нем мешком, но добротный твидовый костюм с плеча Румфорда, а вместе с костюмом захватил и ключ Фи Бета Каппа — он болтался на цепочке от часов, пущенной поперек жилета.
Сэло уговорил Константа взять ключ вместе с костюмом.
Констант был одет в хорошее пальто, он был в шляпе и даже в галошах.
До Земли оставалось не больше часа пути, и Сэло торопился придумать что-нибудь, чтобы у Константа была сносная жизнь, пусть даже в Индианаполисе.
И он задумал загипнотизировать Константа: пусть хоть самые последние секунды жизни Константа принесут старику несказанную радость. Жизнь Константа кончится хорошо.
Констант и без того находился почти в гипнотическом трансе — он, как завороженный, смотрел сквозь иллюминатор в открытый космос.
Сэло подошел к нему сзади и заговорил ласково и утешительно:
— Ты устал, ты смертельно устал, Звездный Странник, Малаки, Дядек, — сказал Сэло. — Отыщи самую дальнюю звезду, сын Земли, и думай, глядя на нее, как тяжелеют твои руки и ноги.
— Тяжелеют, — повторил Констант.
— Когда-нибудь ты умрешь, Дядек, — сказал Сэло. — Это жаль, но это правда.
— Правда, — сказал Констант. — А жалеть меня не надо.
— Когда ты поймешь, что умираешь, Звездный Странник, — сказал Сэло ровным голосом гипнотизера, — с тобой случится чудо. — И он рассказал Константу про те чудесные вещи, которые он увидит в своем воображении перед самой смертью.
Это будет постгипнотическое внушение.
— Проснитесь! — сказал Сэло.
Констант передернул плечами, отвернулся от иллюминатора.
— Где я? — спросил он.
— На тральфамадорском космическом корабле, летящем с Титана на Землю, — сказал Сэло.
— А, — сказал Констант. — Ну да, — сказал он минуту спустя. — Кажется, я заснул.
— Вздремните немного, — сказал Сэло.
— Пожалуй, надо поспать, — сказал Констант. Он лег на койку. И быстро заснул.
Сэло пристегнул спящего Звездного Странника к койке. Потом он сам пристегнулся ремнями к своему креслу у пульта управления. Он поставил указатели на трех датчиках, несколько раз проверил цифры на каждом из них. Потом нажал ярко-красную кнопку.
Он откинулся в кресле. Больше делать было нечего. С этой минуты все взяла на себя автоматика. Через тридцать шесть минут корабль приземлится возле конечной остановки автобуса в пригороде Индианаполиса, Индиана, США, Земля, Солнечная система, Млечный Путь.
В это время там будет три часа утра.
И там будет зима.
Космический корабль опустился на четырехдюймовый слой только что выпавшего снега на пустыре, в южном предместье Индианаполиса. Все спали, и никто не видел, как села летающая тарелка.