Сирена

Шефф Вийя

— Левашевский! Ничего, Антоша с ним поговорит.

— Я сам с ним поговорю,- твердо.

— Спасибо! Но забыл? Ты почти никто. Как только я выйду за дверь твоей квартиры — мы чужие люди.

— Ты хочешь этого?- в глазах тоска и разочарование.

Трудно принимать поражение?

— Хочу,- откусываю бутерброд с сыром.

— И что ты будешь делать? Поедешь к своему бриташке?

— И что? Поеду!- вздергиваю нос.

— Тебе с ним хорошо?

— Очень. Он меня любит.

— А ты?

Смотрю

на него. Не хочется обманывать.

— Наверное… Мне с ним интересно…

— Интересно,- скептично фыркает.- Это не главное. Вы разные… Менталитет, воспитание…

— Ой, не надо мне про неравенство! Я училась в Лондоне. С тобой мы тоже разные. Вообще не стыкуемся.

— У нас с тобой другое. При каждой встрече — короткое замыкание. И искрим. Это страсть.

— Я тебя умоляю!- закатываю глаза.- Страсть?! Я тебя терпеть не могу!

— А я тебя готов всю жизнь. Но уйду, и не буду мешать. Всё равно рано или поздно поймёшь… Главное, чтобы не сильно поздно…

— Гроу, не забивай себе этой романтической херней голову. Ты прав, нас коротит, только потому, что мы однополярные. Притягиваются противоположности. А мы не привыкли уступать. Если бы мы стали парой, то поубивали друг друга.

— Ты же не пробовала. И ещё… Заметила, у тебя опять нет истерики,- открыто улыбается мне.

— Я на чужой территории.

— Дело не в этом. Просто есть что-то, что нас связывает.

— То, что ты мне волосы держал, пока я блевала,- язвительно.

— Это такая интимная вещь,- посмеивается с ухмылочкой.- Некоторые пары, прожив много лет вместе, не могут этим похвастаться.

— Позорище!

— Твой позор останется моим секретом.

— Мда… Не самый приятный.

— Какой есть,- улыбается одними глазами.

Губ не вижу, спрятал за кружку.

— Тебе идёт моя одежда,- кивает на свой костюм на мне.

— Шуба где?

— В прихожей. Но ей химчистка нужна.

Брезгливо морщу нос. Угораздило же так вляпаться. Ещё и с ним. Стрёмно-то как!

— Спасибо за гостеприимство!- отодвигаю от себя пустую кружку.- Но мне домой пора.

— Может, останешься? Кино посмотрим…- с надеждой в голосе.

— Нет… Родители, наверное, волнуются. Телефон мой где?

— В машине остался. Я не стал брать.

— Правильно. Я пошла.

— Держи,- протянул мне в прихожей свою куртку.- Приходи в новогоднюю ночь на Красную площадь, я там выступать буду,- помогает мне застегнуть молнию.

— Я в Лондоне буду Новый год встречать.

— Понятно,- с грустью.- Вещи можешь не возвращать, чтобы не было повода лишний раз увидеться.

— Пока!- выхожу из его квартиры, сжимая в одной руке ключи от машины, в другой шубу.

Припадаю спиной к двери и свободно выдыхаю, словно мне до этого не давали возможности дышать.

Из

квартиры дважды раздаётся грохот разбиваемого об стену стекла. Передёргивает.

— Псих!

Глава 29

Саунд: Carla’s Dreams- Seara de seara

Открываю дверь в квартиру Рона. Его нет, он ещё не вернулся от родителей. Будет только часа через три-четыре. Предусмотрительно оставил для меня ключи у консьержа. Скидываю обувь и пуховик.

В гостиной наряжена живая ёлка, а в квартире пахнет хвоей. Провожу рукой по шарам на ней. Когда была маленькая, то любила рассказывать новогодней красавице свои маленькие секретки.

Где-то должна включаться гирлянда.

Через пару минут сумрачную гостиную освещают разноцветные мигающие лампочки. На улице тихо большими хлопьями идёт снег. Завтра на дорогах будет каша и по традиции объявлен день жестянщика, но настроение уже новогоднее, а сегодня только тридцатое. После праздника эта вся красота растает, снег здесь не задерживается.

Рон попросил заказать что-нибудь на ужин. Перебираю стикеры с номерами доставки на холодильнике. Потом плюю на это и иду в поисках супермаркета.

— Извините, вы не подскажете, где здесь ближайший супермаркет?- обращаюсь к миловидному пожилому консьержу.

— Ой, это тут совсем рядом. Когда выйдете, поверните направо, пройдёте один квартал и налево, там за углом и будет магазин. Только людей сейчас там пруд пруди,- объясняет мне мужчина.

— Ничего страшного… Спасибо!- натягиваю шапку и выхожу на улицу.

Снег хлюпает под ногами. Но всё равно очень красиво. Достаю телефон и делаю пару снимков, чтобы сбросить Стаське.

Надеваю капюшон, пряча лицо, и иду в сторону, которую указал консьерж. Закупаюсь всем необходимым. На кассе действительно приходится проторчать почти полчаса. И это мне ещё мужчина свою очередь уступил. Для консьержа покупаю стакан горячего чая и пончики. Он радостно благодарит.

Дома снимаю мокрую одежду, надеваю длинный вязаный джемпер и такие же носки. Если играть в романтику, то по полной. Пусть увидит и обалдеет.

Кручусь на кухне и пропускаю момент, когда Рон заходит домой. У меня просто весело — музыка орёт и танцы с лопаткой, которая ещё и микрофон заменяет.

Он тихонько прокрадывается на кухню и обнимает меня. Я вскрикиваю от испуга и поворачиваюсь к нему, наготове держа руки для удара.

— Не делай так больше! Я ж тебе врезать могла!- пытаюсь глубоким вдохом успокоить испуганное сердце.

— Я не хотел напугать.

— С ума сошёл?! Тут и инфаркт можно заработать.

Рон присасывается к моим губам. Руки жадно бродят по телу.