Сипстрасси
Шрифт:
– Это просто вода! – успокоил он ее. – Подними руку выше, раскрой пальцы, схвати то, что там, и опусти вниз.
Внезапно раздался оглушительный рев, боевой клич, от которого кровь стыла в жилах, и воины Горойен ринулись вверх по склонам. Навстречу им засвистели стрелы – одни отскакивали от нагрудников и шлемов, другие впивались в незащищенные мышцы рук и ног.
– Хватай же! – приказал высокий незнакомец. – Быстрей, если тебе дорога жизнь!
Лейта всунула руку в невидимую преграду воды и раскрыла пальцы. Почувствовала холодное прикосновение
– Иди за мной, – сказал незнакомец, пустившись бегом к камням, рядом с которыми в последний раз видели Утера. Остановившись, он толкнул Лейту вперед. – Когда я умолкну, разруби воздух перед собой.
Слова, которые он начал произносить потом, Лейта не понимала, но воздух вокруг него зашипел, наполнился треском, словно приближалась гроза.
– Бей! – закричал он.
Меч вскинулся, опустился, и налетел бешеный порыв ветра. В небо взвилась молния, и туман заклубился там, куда она нанесла удар. Лейту отшвырнуло назад, бросило на камни.
Из тумана выпрыгнул Утер, озираясь по сторонам. У дальнего края вершины мятежники быстро отступали, и принц увидел шлемы с перьями воинов Горойен. Тут на солнце вышел Северин Альбин, а за ним весь Девятый легион. Некоторые легионеры, едва их коснулись солнечные лучи, попадали на колени, другие заплакали от радости и облегчения.
Северин, несмотря на молодость, на опыте научился искусству войны и сразу оценил положение вещей.
– Строй альба! – загремел он, и римская дисциплина сделала свое. Легионеры, выставив пред собой прямоугольные выпуклые щиты из бронзы с выпуклым узором, вытащили мечи, сомкнулись в боевом строю и двинулись вперед, разворачиваясь так, чтобы пропустить копьеносцев. За стену из щитов они пропустили и мятежников.
В тот момент у воинов Горойен появилась возможность сломить строй, но они ее не использовали. Почти все они были пинрэйцами и знали легенду о войске духов. Они стояли как истуканы, а легион построился в каре, сомкнул щиты и двинулся вперед, выставив длинные копья. Воины Пинрэ не были трусами, они могли сразиться с противником, далеко превосходившим их численностью – и сражались, – но они уже стали свидетелями явления бога Берека. А теперь из Тумана появлялись все новые и новые мертвецы, и вот этого они выдержать не могли. Медленно они пятились, пятились, возвращаясь к подножию холма. Легионеры остановились у кольца камней, ожидая приказа.
Внутри каре Утер помог Лейте подняться с земли.
– Как ты это сделала? Я уже думал, что мне ко… – Он споткнулся на полуслове, увидев у ног Лейты огромный меч, упал на колени, его пальцы обхватили рукоять. – Меч моего отца! – прошептал он. – Меч Кунобелина… – Он встал. – Но как?
Лейта обернулась, ища взглядом незнакомца с золотистой бородой, но его нигде не было видно. Она быстро объяснила, потому что к ним уже подходил
– Твои приказания, принц Утер? Нам атаковать?
Утер мотнул головой и с мечом в руке прошел между расступившимися легионерами, спустился с холма и остановился в тридцати шагах от переднего ряда врагов. Лучник оттянул тетиву.
– Пусти стрелу, и я превращу твои глаза в клубки червей, – сказал принц, и лучник поспешно бросил свое оружие на землю.
– Пусть вперед выйдет ваш главный!
Из рядов вышел невысокий пожилой человек в серебряном нагруднике. Он нервно облизнул губы, но держался прямо, стараясь из гордости подавить страх.
– Ты знаешь, кто я, – сказал Утер, – и ты видишь, что духи вернулись сюда. Теперь ваши силы вдвое меньше, чем у ваших противников, а люди, как вижу, не готовы сражаться.
– Сдаться я не могу.
– Понимаю, но царица вряд ли пожелает, чтобы ты бессмысленно обрек своих людей на гибель. Уйди со своим войском из Марин-са и сообщи обо всем Астарте.
Тот кивнул.
– В твоих словах есть смысл. Но позволено ли мне спросить, почему ты нас щадишь.
– Я здесь не для того, чтобы смотреть, как люди Пинрэ убивают друг друга. Я здесь, чтобы низвергнуть Царицу-Ведьму. Не заблуждайся относительно моего милосердия. Если мы снова встретимся на поле боя, я уничтожу вас и всех, кто встанет на моем пути.
Начальник сдержанно поклонился.
– Мое имя Агарин Пиндер, и если мне прикажут встать у тебя на пути, я встану.
– Другого от человека, верного долгу, я и не ожидаю. А теперь – уходи!
Утер повернулся на пятках и вернулся на вершину, где подозвал к себе Северина. Молодой римлянин последовал за ним в большую постройку.
– Боги, до чего же я голоден! – сказал Северин. – И какое это дивное чувство!
На столе стоял кувшин с вином, Утер налил его в два кубка, один пододвинул римлянину и сказал:
– Мы должны оставить лес и двинуться к Кальи, ближайшему городу. Здесь нет запасов, чтобы накормить легион.
Северин кивнул.
– Ты предпочел избежать битвы. Почему?
– Некогда римское войско было лучшим из всех, какие видел мир. Несравненная дисциплина решала исход многих сражений. Но твои люди пока не готовы.
Слишком свежи страшные испытания в Пустоте. Им нужно время, чтобы привыкнуть к солнечному теплу на их лицах. Вот тогда они вновь станут Легио IX.
– Ты осмотрительный полководец, принц Утер. Мне это по душе.
– Кстати об осмотрительности. Забери своих людей с вершины, и воздвигните свой лагерь у подножия холма. Там течет ручей. Не позволяй своим людям вступать в разговоры с пинрэйцами. Вы сотни лет были для них легендой, и в некоторые ночи они даже видели вас на марше. Это свойство Тумана. Но важно, что они считают, что вы пинрэйцы и часть их истории.
Поэтому весь край будет нас поддерживать. Пусть никто не заподозрит, что вы – пришельцы из другого мира.
– Я понял. Но почему эти люди говорят по-латыни?