Синтез
Шрифт:
— Ионизированный азот, кислород, немного углерода. Что у тебя?
— То же самое, — ответил Линкен. — И количество одно и то же. Ну, в таком объёме и за такое время меняться-то нечему…
— Ткнули куда-то в туманность, — предположил Гедимин. — Подумал бы на атмосферу, но степень ионизации не та.
«Во что только ни поверишь,» — криво усмехнулся он, повернувшись к Линкену боком. «Живое излучение. Микропроколы в пространстве. А ведь Константину за всё это отчитываться…»
— Ещё два захода! — крикнул, обернувшись, Хольгер. — Ну что, Гедимин? Всё ещё «сбой
…Из-за леса вылетела тройка дронов, сделала над полигоном круг, ненадолго задержалась над свежими воронками — видимо, матовая плёнка защитного поля слишком ярко выделялась на серо-красной скале — и скрылась за деревьями. Гедимин вылез из укрытия между поваленными деревьями и снова достал сканер.
— Петарды им в сопла! — скривился Линкен вслед улетающим дронам. — Ну что там, атомщик?
— Мы снова попали в металлический водород, — отозвался Гедимин. — Та же планета?
— Нет, не может быть, — помотал головой Хольгер, выползая из-под сосновой кроны и вынимая из-за шиворота пригоршню иголок. — Тот опыт я ставил на двести метров северо-западнее. Мало ли в нормальной галактике планет-гигантов…
— Думаешь, точки там привязаны к точкам тут? Я вот не уверен, — Гедимин достал ежедневник и попытался набросать карту, но по пяти точкам она строилась плохо.
— А если снова взорвать на старом месте? — Линкен посмотрел на небо — не возвращаются ли дроны? — и махнул рукой в сторону воронок. — Можно снова попасть в ту же точку… на той стороне?
— Пробовать надо, — отозвался Гедимин. Он с сомнением смотрел на карту. «Сигма-излучение плохо влияет на мозг,» — думал он. «Ещё ничего непонятно про эти микропроколы, а мы уже чуть ли не маршруты прокладываем. Другая галактика… Чушь какая-то.»
— А ты сможешь второй раз прицелиться в тот же пикометр? Я вот в сантиметр не всегда попадаю, — признался Линкен. Хольгер хмыкнул.
— Ты бьёшь по площадям. А тут нужен точный расчёт. Константина, что ли, попросить…
Дроны снова появились над деревьями. В этот раз их было шесть — первый отряд привёл подкрепление.
— Пора валить, — прошептал Линкен, пригибаясь к земле и выкапывая из-под веток миниглайд. — Сейчас свернут — взлетаем и врассыпную…
… Прицеливаться в область диаметром в один пикометр было сложно, и Гедимин сильно сомневался, что на местности у него что-то получится, — но на всякий случай довёл расчёты до конца и, отложив их, задумался над ежедневником. Линкен и Хольгер терпеливо смотрели на него; Иджес, пропахший сернистым шлаком, вошёл в комнату и остановился у порога.
— Что у вас там? Планируете, что взорвать?
— Гедимин, так что ты скажешь? — спросил Хольгер, потеряв терпение. Ремонтник пожал плечами.
— Настройки в порядке. Ты нашёл что-то странное, но существующее. Надо собрать больше данных. Лиск, за три взрыва в день тебя не сгонят с полигона?
Линкен озадаченно хмыкнул.
— Я не знаю, атомщик. «Вестингауз» дал мне полигон, но сейчас-то макаки улетают. А что Арбогаст думает о наших опытах — понятия не имею. Может, нас оттуда сгонят безо всяких взрывов. А может, пустят на всю неделю.
—
— Не светись, — буркнул Гедимин. — Сгонят. Арбогаст в науке — хуже любой макаки.
— Будем взрывать, пока не пришлют патруль, — решил Линкен. — Пока — по воскресеньям, чтобы не дразнить Арбогаста. Много данных тебе нужно?
— Надо посмотреть, что от чего зависит, — сказал Гедимин. — Время, место, образец под облучением, интенсивность омикрон-пучков… Сейчас мы ничего толком не знаем.
— Почему? Уже кое-что есть, — сказал Хольгер. — Такой прокол один на каждое перекрестье, обычно в центре, очень редко — чуть выше. Существует одну микросекунду. И ещё… мы ни разу не попали в вакуум. Всегда на той стороне была высокая плотность вещества.
— Если попадём в вакуум — может быть, взрыва вообще не будет? — задумался Гедимин. «И взрывной реактор наконец заработает,» — мелькнуло в голове.
— А если сделать прокол в воздухе, его затянет туда, и взрыв будет на той стороне? — подумал вслух Линкен. Хольгер ткнул его кулаком в плечо.
— Тогда точно пришлют крейсер! Мы даже не знаем, куда ведут проколы.
— Через пикометровую дырку много не рассмотришь, — кивнул Гедимин.
«Сообщать Конару или нет?» — думал он. «Это, кажется, серьёзно. И никак не связано с реактором. Надо сообщить. Он обидится, если такое упустит.»
— Я напишу Герберту, — сказал он вслух. — Тут надо думать вместе.
Пальцы Линкена крепко вцепились в его плечо — Гедимин от неожиданности и боли даже ударил сармата по запястью и сам подался в сторону.
— Ты чего?!
— На орбиту Седны всех макак, — Линкен смотрел ему в глаза, недобро щурясь. — Хватит им красть наши открытия. Сами пусть думают. Учёные, tzaat hasulesh…
«Довольно интересная идея, коллега Гедимин. Но особенно мне понравились ваши замечания насчёт техники безопасности. Очень трогательно, в вашем-то исполнении…»
Гедимин сердито фыркнул и затолкал смарт в карман. «Дошутится он там…»
Ливень прошёл над лесом вчера, вода из гранитных воронок не уходила подолгу, — сармату было всё равно, где ставить опыты, но вот Хольгер не хотел вылавливать ценные реагенты из жижи пополам с песком и сосновыми иглами и требовал чистую «ёмкость». Наконец удалось приспособить к делу неглубокую воронку с узкими трещинами на дне — вода ушла в них, сами трещины быстро замазали расплавленным фрилом.
— Два взрыва в одной и той же точке, — пояснял на ходу Гедимин, расставляя излучатели. Хольгер уступил их ему без звука, взяв на себя установку трёх анализаторов. Линкен в сотне метров от места предстоящего взрыва готовил «бункер» — вычёрпывал воду из ямы. Защитные поля над ней собирался ставить Гедимин.
— Жаль, мало времени. Интересно было бы пошарить лучом в проколе, — сказал Хольгер. — Возможно, там такое, что вся наша возня с ирренцием — просто пустяк. Прямой путь в другую галактику прямо из окрестностей Ураниума…