Синтез

Токацин Аноним

— Здесь осторожно, — прошептал Линкен, перешагивая с балки на балку. Лестница вела на два с половиной метра вниз — Гедимину пришлось пригнуться, когда он ступил на чердачные перекрытия. Впереди что-то расплывчато мерцало, и на фоне свечения темнели две тени.

— Tza atesqa! — прошептал Линкен, ощупывая одной рукой потолок. Ему тоже пришлось пригнуться, и тем, кто сидел на перекрытиях у монитора, явно не хотелось вставать. Один развернулся к пришельцам и вскинул руки, второй, не оборачиваясь, кивнул.

— Гедимин, иди сюда, — прошептал Хольгер. Сармат узнал

его только по голосу — в темноте, похоже, зрительные центры отключались окончательно и показывали только размытые световые пятна. Хольгер сидел у монитора, поделенного на четыре части, и следил за движением теней и огоньков. Приглядевшись, Гедимин увидел кусок леса за бараком, часть ограды соседнего завода и главную улицу с четыремя цепочками глайдеров, бегущими по ней в двух направлениях.

— Освещения хватает? — спросил, тронув Гедимина за плечо, Иджес. — Там много фонарей, мы решили, что будет достаточно.

— Всё видно, — отозвался ремонтник, вглядываясь в экран. «Вот эта крыша,» — он прищурился, слабо надеясь, что чёткость зрения немного повысится. «Удобная точка. Можно выстрелить прямо в ворота. И стена не закроет.»

— Это тебе от Кенена, — прошептал Хольгер, вкладывая в руку сармата небольшой тюбик. — Вчера забыл отдать.

Гедимин удивлённо мигнул, разглядывая непонятную вещь. Опознать её удалось через полминуты.

— Васаби? Кто покупал? — шёпотом спросил он.

— Кенен, — ответил Хольгер. — Я сам удивился. Ладно, тише…

Свет бортовых огней глайдеров, проносящихся по главной улице, дрожал на блестящих скатах крыш, отчищенных от наледи роботами-уборщиками; снежная крупа, не задерживаясь, ссыпалась по ним вниз, на обочину дороги. Странный блик на краю крыши сначала показался Гедимину отсветом от падающего снега, но через сотую долю секунды он вздрогнул и ткнул в экран.

— Heta!

Изображение растянулось на весь монитор, и сарматы, ошалело мигая, увидели перчатку от чёрно-белого комбинезона и световую полосу на плече и на прижатой к плечу металлической трубе немаленького диаметра. Хольгер приблизил картинку и резко выдохнул.

— Fauw!

— Вниз! — Линкен сцапал Гедимина за плечо и вместе с ним рванулся к лестнице.

— Диск! — успел крикнуть, обернувшись, ремонтник; он ткнул пальцем туда, где только что был монитор, но там уже была чёрная дыра со свисающим вниз проводом, а с нижнего яруса доносился быстрый шорох и приглушённая ругань.

— Возьмём на месте, — азартно прошептал Линкен, ныряя под козырёк. Гедимин на секунду отстал, но догонять взрывника уже не было нужды — он вылетел наружу сам, за штурвалом глайдера.

— Охрану надо звать, — Гедимин свалился на переднее сидение и запоздало вспомнил о ремне безопасности — глайдер уже взлетал, заваливаясь на правый борт, и выписывал в небе дугу. Мимо просвистело что-то тускло поблескивающее, Гедимин мигнул — «снег бликует?» — но секундой позднее с соседней крыши донёсся приглушённый и тут же оборвавшийся вопль. Выглянув из-за борта, сармат увидел, что труба, зацепившись штативом, свисает с края крыши, и за неё уже никто не держится.

— Tza! — Линкен дёрнул какой-то рычажок, и сквозь свист ветра Гедимин

услышал частые щелчки металла о металл и топот нескольких пар ног, перемежающийся стонами. Заметив быстрое движение, он склонился за борт, — труба исчезла с края крыши, но на другом краю, с торца, на свету появился край чьего-то пятнистого комбинезона.

— Куд-да? — Линкен широко оскалился, заводя глайдер на вираж. Гедимин толкнул его в плечо.

— Пусти, я за первым!

— Чего? — ошалело замигал взрывник, но Гедимин, распоров защитное поле, уже перемахнул через борт и летел к тёмной ложбине между двумя разведёнными скатами на крыше барака. Что-то блеснуло в отражённом свете фар, и сармат распластался на холодном фриле, выбросив вперёд руку с генератором Арктуса. Излучатели тихо фыркнули, выплюнув прозрачный сгусток. Гедимин откатился в сторону, ожидая выстрела в лоб или удара со спины — но ничего, кроме хрипа и надсадного скрежета, не услышал. Снизу доносился хруст и сдавленные стоны, слегка заглушаемые шумом двигателя.

Уже не скрываясь, Гедимин зажёг фонарь. Свет отразился от полупрозрачного шара, по внутренней стенке которого безуспешно бил кулаком сармат в пятнистом комбинезоне. Увидев Гедимина, он сплюнул и, с трудом развернув трубу самодельного гранатомёта — сармат еле удерживал её, положив на плечо — навёл её на ремонтника. Гедимин стиснул в пальцах излучатели «арктуса», и второй прозрачный шар лёг поверх первого, стремительно расползаясь по нему и окутывая его со всех сторон.

— Стреляй, — сказал он, пристёгивая фонарь к руке. Из шара донеслась неразборчивая ругань. Пойманный сармат, сунув гранатомёт под мышку, шагнул к краю крыши, шар качнулся, но не двинулся с места. Его стенка удержала диверсанта и не дала ему упасть — после первого же шага он, зашипев от боли, припал на одно колено. Гедимин увидел пятна крови на его комбинезоне — левая нога чуть ниже колена была пробита металлическим штырём.

— Так вот что, — протянул ремонтник, глядя на раненого. — Тебя подстрелили, и те двое бросили тебя здесь. Вы вместе поджигали дома, а теперь ты им мешаешь. Наверное, из тебя плохой поджигатель.

— Hasukemu! — раненый плюнул в Гедимина, но попал только в защитное поле. Внизу уже ничего не хрустело, но шум двигателя стал громче.

— Не я, — сузил глаза ремонтник. — Я не убивал сарматов за деньги макак. Сколько тебе заплатили?

Диверсант вздрогнул всем телом и растерянно замигал. Он попытался подняться, но боль в ноге помешала ему, и он снова сел на крышу, затравленно глядя на Гедимина.

— Что ты врёшь?! Мы стреляли в макак! Это их завод!

— В подожжённом бараке тоже были они? — Гедимин смотрел на гранатомёт, прикидывая пригодность такой штуки для использования, — смотреть на диверсанта ему не хотелось.

— Я ничего не поджигал! Это они… — сармат кивнул на край крыши и вдруг осёкся и прикрыл себе рот ладонью. Гедимин хмыкнул.

— Эти двое? А ты стреляешь по заводу? Ты подорвал погрузчик? Рабочим будет интересно с тобой поговорить.

— Я не… — сармат вздрогнул и расширенными глазами уставился на нашивки Гедимина — теперь, в свете наручного фонаря, их было хорошо видно. — Инженер? Гедимин Кет?! Я не бил тебя! Я только держал желез…