Синтез
Шрифт:
— Эй! — Инес едва не налетела на него. — Ты чего?
— Криво, — отозвался он, приподнимая угол крыши. «Вот так… Должна сесть на крепления… А, их уже нет? Ладно, сразу не упадёт,» — он поправил трубу, загнав болты поглубже в податливый фрил. Крыша выровнялась, но было заметно, что следующего пинка или петарды она не переживёт.
— Это всё строили наспех, — вздохнула Инес. — Когда настоящий город разбомбили… Тут были другие дома, Джед. Не эти халупы.
Кто-то смотрел на них из переулка, но на глаза не показывался — а когда они пошли дальше, Гедимин услышал быстрые удаляющиеся шаги. «Двое или трое,» — прикинул он по звуку.
Они свернули в переулок, куда не выходила ни одна дверь, — похоже, в Нью-Кетцале их было много.
— Постой, Джед, — где-то на середине пути Инес остановилась. Гедимин удивлённо мигнул.
— Райан говорит, что ты можешь зайти мне за спину так, что я не замечу, — она понизила голос. — Но как такое возможно? Вот я, вот ты, вот мои глаза, а вот улица, — что тут можно не заметить? Покажешь, как тески это делают?
— Нет, — отозвался тридцать пятый, разглядывая края крыш над головой «мартышки». Прочными они не выглядели, но от них и не требовалось держаться долго…
— Почему?
— Ты пристрелишь меня, — он кивнул на открытую кобуру.
— Ты чего?! Я вовсе не собираюсь… — Инес перевела взгляд на бластер — не более чем на секунду, но этого было достаточно.
Крыши выдержали его вес, и он оттолкнулся от них, чтобы развернуться в воздухе и мягко приземлиться за спиной «мартышки». Теперь он сидел на мостовой, потирая разболевшуюся голень. Нога, скреплённая кусками металла, ещё не была готова к подобным прыжкам. Гедимин сердито щурился, гладил повязку и ждал, пока боль утихнет.
— Джед?! — Инес, обнаружив перед собой пустой переулок, вздрогнула и завертела головой. — Эй! Ты где?!
— Сзади, — негромко ответил eateske.
— Чёрт! — «мартышка» развернулась, машинально хватаясь за бластер. — Джед! Как ты… где ты был?!
— Здесь, — Гедимин кивнул на крыши. — Удобная опора.
— А где были мои глаза?! Как ты мог залезть туда незаметно? И… что с ногой?!
— Ушибся, — тридцать пятый неохотно выпрямился. — Идём.
В ремонте погрузчика ничего сложного не было, но четверо охранников в экзоскелетах каждую минуту держали Гедимина на прицеле, и под конец это стало его раздражать. Инес, оттеснённая к стене, за их спины, тоже была не рада. Рабочие — им не досталось ни экзоскелетов, ни бластеров — опасливо обходили это сборище по широкой дуге. За стеной чавкала и плескалась в огромных чанах Би-плазма, со всех сторон пахло разными веществами, имеющими отношение к человеческой пище. Гедимин не мог опознать их — кроме, возможно, этилового спирта — но навряд ли они были основными компонентами того, что производил этот пищеблок.
На крышу «броненосцы» не полезли. Инес села на балку, нагретую солнцем, вдохнула пыльный ветер и надела респиратор. Гедимин закрыл прореху листом гладкого фрила, сверху положил ребристый и, укрепив их и убедившись, что все оплавленные края обрезаны и больше не раскрошатся, выпрямился и повернулся к энергостанции.
Сверху огромная градирня выглядела ещё более внушительно. Над ней клубился белесый пар, постоянно сносимый ветром. Почти вровень с ней поднималась из-за длинного здания полосатая труба в решётчатом каркасе. Здание было выкрашено в цвет местной пыли и накрыто двумя слоями защитного поля — один охватывал и трубу, и градирню, второй распространялся только на здание. За ним поблескивали мачты и трансформаторы — почти вплотную к стене примыкала подстанция. Опоры, выстроенные в шеренгу, тянулись
— На что смотришь? — Инес подошла к Гедимину. — А, на водокачку Винстонов… Отсюда видно, где он растит табак? Всегда хотела посмотреть.
«Водокачка?» — Гедимин удивлённо мигнул. Сооружение перед ним определённо не являлось насосной станцией, хотя воду употребляло в огромных количествах. Ничего, похожего на зеркала-поглотители, вокруг тоже не было, и навряд ли это сооружение сжигало углеводороды — насколько Гедимин знал, таким станциям полагалось дымить гораздо сильнее.
— Она пьёт воды больше, чем весь Нью-Кетцаль, — сказала Инес и осторожно ткнула Гедимина пальцем в спину — ей не нравилась его неподвижность. — Хватит глазеть, Джед. Идём.
— На чём работает эта энергостанция? — тридцать пятый неохотно отвернулся от странного сооружения.
— На уране. Это атомная станция, Джед. Спускайся!
«Атомная? Здесь?!» — видимо, изумление отразилось на его лице. «Мартышка» хмыкнула.
— Чего удивляешься? До войны тут был огромный завод. Теперь его перестроили под верфи.
Обратно они возвращались тем же путём, чуть раньше, чем обычно, — Гедимин быстро справился с работой на пищеблоке. Посмотреть, как макаки выращивают Би-плазму, ему не удалось — они были рады быстро его выпроводить. Двое охранников провожали его и Инес до угла и только там отстали.
Дома на пыльной улице мало отличались друг от друга, но Гедимин запомнил их расположение и издалека узнал ту халупу, крышу которой он поправлял с утра. Она снова перекосилась, ещё сильнее, чем утром, и немного под другим углом; а одно из креплений трубы вырвалось из стены и висело на последнем болте. Болт валялся тут же — кто-то выцарапал его из фрила и бросил в пыль.
Выровнять крышу было несложно, как и вкрутить болт на прежнее место и выправить слегка погнувшееся крепление. Но Гедимин не спешил — из соседнего переулка за ним снова наблюдали.
— Вот, я ж говорил — это у них инстинкт. Как у муравьёв, — шептал кто-то.
— Ага, — поддакнул другой. — Он щас пройдёт, а мы ещё раз?
— Только тихо!
Двое шли босиком или в мягкой обуви, но на тихой улице их быстрые шаги всё равно были слышны. Гедимин прошёл мимо переулка и приостановился на углу — там, где всё ещё стояла забытая палка с жестянками. Обернувшись на скрежет, он увидел, как крыша медленно сползает набок, натыкается на трубу и замирает.
Угол дома выдержал. Можно было и без прыжков, но так получалось быстрее — и две «макаки» не успели ни отойти от дома, ни отложить шест, которым поддевали крышу. Один отшатнулся, и Гедимин схватил его за плечо, второй был пойман за шиворот. Взлетев в воздух, они с треском соприкоснулись лбами и взвыли. Тридцать пятый бросил их обратно к стене, куда они и вжались.
— Hasulesh! — сплюнул Гедимин, рывком затаскивая крышу на место.
— Стоять! — закричала Инес, врываясь во двор. В её руке был бластер, и приоткрывшиеся было двери за спиной тридцать пятого тут же захлопнулись.
— Вы, двое, — а ну свалили отсюда! — рявкнула она на перепуганных «макак». — Ты, урод, — встал смирно, руки за голову!
Двое «экспериментаторов» на четвереньках отползли в сторону и только в переулке решились встать на ноги и, пошатываясь, убежать. Они были меньше ростом, чем Инес, — даже меньше щуплого Хосе, и Гедимин не удивлялся их реакции на довольно слабый удар.