Синтез
Шрифт:
— Ты помнишь уговор? — не открывая глаз, спросил комендант.
— Помню, — кивнул ремонтник. — Дай нам пять минут.
— И полминуты после сигнала тревоги, — прошептал eateske. — Ни секундой больше.
Лилит приникла к двери.
— Полторы минуты, — тихо сказал Гедимин, прикручивая магнетрон к каркасу. — У меня всё готово.
— Он приближается, — кивнула самка. — Он у душевой.
— Теперь отойди, — ремонтник встал напротив двери. Она была приоткрыта на пять сантиметров — достаточно для сконцентрированной волны, в точности по диаметру
«Наискось и немного вверх,» — Гедимин опустился на одно колено; теперь антенна выжигателя смотрела в небо над крышей барака на противоположной стороне. «И не зацепить строения…»
«Джунг» шагал тяжело, и дорожное покрытие похрустывало под его конечностями. У каждой пары бараков он на полсекунды приостанавливался.
«Двадцать три, двадцать четыре… Есть!» — горбатый силуэт «джунга» показался в дверном проёме, перекрыв световой луч. Гедимину показалось, что переключатель щёлкнул слишком громко, но робот ничего не заметил. Невидимые волны прошили его корпус насквозь, от «пояса» к «плечу». Он приостановился, медленно повернул голову направо, потом налево. «Не сработало,» — Гедимин досадливо сузил глаза. «Экраны…»
Робот шагнул вперёд, и eateske услышал тихое потрескивание. Горбатый силуэт дрогнул, голова повернулась. Треск стал громче, перешёл в шкворчание — и под бронёй «джунга» что-то громко хлопнуло. Из-под приподнятых пластин обшивки потянулся белый дым. Робот сделал ещё шаг, разворачиваясь корпусом в сторону Гедимина и медленно, с видимым трудом поднимая конечности.
— Тре… во… — проскрежетало внутри. Ремонтник щёлкнул переключателем, вырвал из стены провод и сломал каркас о колено — о шуме можно было не беспокоиться. Три громких хлопка в «груди» «джунга» заглушили все звуки, а потом робот с грохотом рухнул на дорогу.
— Время пошло, — комендант открыл глаза и сел на матрасе, прикрыв ладонью тревожную кнопку.
— Беги! — Гедимин протянул Лилит магнетрон и трансформатор, схватил обломки каркаса и моток проводов и выскочил на улицу, ныряя в тень барака. Белый дым клубился над вздувшимся корпусом «джунга». В дыму, с мостовой перебираясь на крышу, мелькнула светлая тень. Долю секунды Гедимин следил за ней, а потом затолкал обломки под ближайший фундамент и нырнул в туман.
Над вентиляционными шахтами ещё не установили воздушные насосы, но свежий воздух уже проникал под землю — Гедимин чувствовал лёгкий сквозняк. Последние три дня на небе не было облаков, атмосфера заметно прогрелась, — охлаждение было очень кстати для перегревшегося eateske. Устроившись у подъёмника, он поглощал Би-плазму и вполуха слушал чужие разговоры. Он нашёл бы себе более интересное занятие, но Эзра Юнь в очередной раз отогнал его от бронехода и не дал заглянуть под обшивку. «Какой-то странный скрежет он издаёт сегодня,» — думал Гедимин, вспоминая, с какими звуками бронеход прорубался сквозь пласты пустой породы. Рёв и грохот
Загрохотал пневмомолот, и Гедимин развернулся на звук. Один из шахтёров принёс инструмент в зал у подъёмника, пробурил в полу небольшое углубление и теперь, отложив агрегат, растерянно его разглядывал.
— Заедает, — сказал рабочий, оглянувшись на тех, кто сидел неподалёку с контейнерами Би-плазмы. — Чуть-чуть, но заедает.
— Значит, скоро доломается, — пожал плечами один из Eatesqa. — Плюнь. До вечера дотянет.
— Эй! — Гедимин, отложив пустой контейнер, подошёл к механизму и, подняв его, тщательно осмотрел.
— Чего тебе? — шахтёр удивлённо мигнул.
— Когда ты в последний раз продувал воздуховоды? — ремонтник, держа агрегат на весу, включил его и прислушался к рокоту.
— Чего?! — двое, оставив недоеденный обед, подошли к нему. — Это как? Мы ничего не делаем с этими штуками. Этот хлам выдают нам макаки. Это они должны следить, чтобы он не ломался!
— Они не следят, — сказал Гедимин, высматривая на полу ровное место. — Я покажу, как разбирать такие механизмы, и что с ними делать потом. Сейчас он исправен, но если так обращаться с ним дальше, он выйдет из строя задолго до конца смены.
Он снял верхнюю часть комбинезона, оставив только капюшон — шлем и защитная маска могли пригодиться — и расстелил её на земле. Детали, тёмные от каменной пыли и засохшей смазки, разделялись с трудом. Подцепляя корку обломком фрила, Гедимин досадливо сузил глаза — похоже, прочисткой было не обойтись.
— Каменная крошка попала под поршень, — он поднял на ладони поцарапанную деталь. — И лежала там не меньше часа. Не пройдёт и недели, как это придётся заменить.
— Что тут происходит?
Гедимин не заметил, как вокруг собралась вся смена, — зато это заметил Эзра Юнь, и сейчас он и двое его охранников растолкали шахтёров и встали в центре круга.
— Опять ты! — сузил глаза Эзра.
— Ты вовремя пришёл, — Гедимин ссыпал детали на расстеленную ткань и поднялся на ноги. — Найди смазку для этого механизма.
Один из охранников подался в сторону, Гедимин проследил за его взглядом и увидел пустой прицеп, прикрытый брезентом. Под полотнищем угадывалась какая-то ёмкость.
— А больше тебе ничего не надо? — поморщился Эзра. — Опять лезешь, куда не просят? Хочешь выслужиться перед макаками?
— Принеси смазку, — Гедимин посмотрел на охранника. — Болтать некогда.
Тот подался назад, в сторону пустого прицепа, но Эзра схватил его за руку.
— Стоять! Теперь ты, теск, отдаёшь тут приказы?
— Ещё подеритесь, — буркнул один из шахтёров. Его вытеснили из круга, и он теперь протискивался обратно и нёс в руке большую тубу. Гедимин взял её, благодарно кивнул и снова опустился на землю. Обеденный перерыв заканчивался, а пневмомолот всё ещё лежал разобранным, и это нужно было как можно скорее исправить.