Синий георгин
Шрифт:
—Я знаю. Нарциссы вот-вот проклюнутся. Намного раньше, чем я привыкла. Мы продали очень много луковиц. В Мичигане большая часть луковиц продавалась в конце лета или осенью...
—Тоскуете?
—Иногда, но все реже и реже. В феврале в Мичигане слякотно, так что по слякоти я точно не тоскую. Вчера там выпал снег, а я смотрю на прорастающие нарциссы.
Роз откинулась на спинку кресла и скрестила ноги. Она по обыкновению была в толстых носках.
—У нас проблемы?
—А я-то думала, что умею скрывать эмоции... Проблем нет, просто я недавно разговаривала с матерью — обязательный
—А-а...
Этот нейтральный звук можно было интерпретировать и как полное отсутствие интереса, и как не выраженное словами приглашение выговориться. Поскольку внутри все кипело, Стелла выбрала второй вариант.
—Она выкроила для меня пятнадцать минут своего бесценного времени, и в благодарность я должна была слушать жалобы на нынешнего бойфренда. Она действительно называет мужчин, с которыми встречается, бойфрендами. Моей матери пятьдесят восемь лет, и два месяца назад она развелась в четвертый раз. Сегодня она то ныла, что этот Рокки — поверьте, она на самом деле называла его Рокки — не уделяет ей достаточно внимания и не везет ее на Багамы понежиться на солнце посреди зимы, то лепетала о следующем химическом пилинге и последней болезненной инъекции ботокса. Она никогда не спрашивает о мальчиках... Единственное упоминание о моей жизни и работе здесь — дежурный вопрос, не устала ли я от общения с подонком и его шлюхой. Так она обычно называет отца и Джолин.
Стелла выпустила пар и замолчала.
—Втиснуть столько нытья, злобы и ненависти в четверть часа... Похоже, талантливая дамочка.
Минуту, целую минуту, опустив руки на колени, Стелла вглядывалась в лицо Роз, затем откинула голову и расхохоталась.
—О да! О да! У нее куча талантов! Спасибо.
—Не стоит благодарности. Моя мама большую часть времени — во всяком случае, того времени, что мы одновременно провели в этом мире, — оплакивала свое слабое здоровье и при этом говорила: «Не то чтобы я жаловалась...» Я едва удержалась от того, чтобы выбить на ее могильной плите: «НЕ ТО ЧТОБЫ Я ЖАЛОВАЛАСЬ».
—А я бы своей написала: «Я ЖЕ НЕ ПРОШУ МНОГОГО».
—Вот это другой разговор! Моя матушка внушила мне такое отвращение к нытью, что я впала в другую крайность. Боюсь, что если бы мне отрезали, скажем ногу, я бы даже не всхлипнула.
—Господи, кажется, моя то же самое сотворила со мной. Я как-нибудь подумаю об этом, а теперь к делу. Мы распродали луковичные смеси нарциссов, гиацинтов и тюльпанов. Не знаю, хотите ли вы делать новую выгонку [22] в конце зимы.
22
«Обман» луковиц, когда в ускоренном режиме имитируют зиму и весну, чтобы стимулировать цветение на ранних сроках.
—Может быть, немного. Некоторые люди любят покупать готовые луковицы, как подарки на Пасху, например.
—Хорошо. Не возражаете, если я покажу Хейли, как это делается? Я знаю, обычно вы делаете выгонку сами, но...
—Нет, нет. Ей понравится. Я за ней наблюдала. Не возмущайтесь! Я стараюсь наблюдать незаметно, но наблюдаю. Стелла, я в курсе всего, что происходит на моей
—Для этого есть я, так что все в порядке.
—Вот именно. И все же я взяла Хейли в основном для помощи вам. Она справляется?
—Более чем. Два раза повторять ей не приходится. Хейли не шутила, когда говорила, что быстро учится. Она просто жаждет знаний.
—Мы легко утолим ее жажду.
—Она прекрасно общается с покупателями — дружелюбна, ненавязчива. Не боится сказать, что чего-то не знает, просто старается узнать. Сейчас Хейли в саду. Рассматривает ваши клумбы и кустарники, знакомится с тем, что продает. — Стелла подошла к окну и выглянула в сад. В сгущающихся сумерках Хейли выгуливала собаку и изучала многолетники. В ее возрасте я готовилась к свадьбе... Кажется, что это было миллион лет назад.
В ее возрасте я растила двух малышей и была беременна Мейсоном. Вот это точно было миллион лет назад. И словно вчера...
—Опять не по теме, но я хотела уточнить, что вы собираетесь делать в мае.
—Май для нас разгар сезона, многие спешат освежить летний сад. Мы продаем...
—Нет, я имела в виду Хейли. Будет ребенок...
—А... Ну, это ей решать, однако, если, как я думаю, она захочет остаться в питомнике, найдем ей подходящую работу.
—Когда она будет готова вернуться на работу после родов, ей придется найти ясли или няню. И говоря о яслях...
—Хм-м. Пожалуй, слишком рано об этом думать.
—Время летит быстро.
—Мы что-нибудь придумаем.
Роз поднялась, подошла к Стелле и тоже стала смотреть в окно.
«Милое зрелище», — решила она, наблюдая за юной женщиной, гуляющей по зимнему саду. Когда-то она сама, молодая, беременная, бродила по этому саду, дремлющему в ожидании весны.
Время не просто летит, оно словно растворяется.
—Кажется, Хейли счастлива здесь и уверена в себе. Но, может быть, после родов она передумает и решит известить отца ребенка. — Роз увидела, как Хейли складывает руки на животе и смотрит на запад, на скользящее за деревья в реку солнце. — Ребенок на руках и перспектива растить его в одиночку отрезвляют. Поживем — увидим.
—Вы правы. И мы с вами не настолько хорошо знаем Хейли, чтобы понять, что для нее лучше. Ой, мне пора купать детей! Я оставлю вам отчет за эту неделю.
—Хорошо. Я посмотрю. Знаете, Стелла, мне нравится то, что вы сделали. И работа с покупателями, что бросается в глаза, и то, что вроде бы незаметно. Я имею в виду делопроизводство. Впервые за долгие годы я к весне не вымотана и не нервничаю. И хотя я никогда не боялась перетрудиться, не могу сказать, что недовольна.
—Даже тогда, когда я извожу вас мелочами?
—Даже тогда. Кстати, в последние дни я что-то не слышала жалоб на Логана. И он на вас не жаловался. Я пребываю в блаженном неведении или вы нашли общий язык?
—У нас еще случаются трудности, и, как я подозреваю, не последние, но вам не о чем беспокоиться. На самом деле он сменил гнев на милость и пригласил меня в «Грейсленд».
—Да что вы? — изумилась Роз. — Логан?
—Это не в его стиле?
—Ну, я бы так не сказала... Разве что раньше он никогда не назначал свидания коллегам.