Синий бриз
Шрифт:
Она вздохнула. Надо было отступать.
– Между прочим, сегодня у моего… мужчины день рождения. А я даже не смогла его предупредить, что жива.
– Мне очень жаль. Жозе. Но с телефоном и вправду ничего нельзя было сделать. Я сам не смог дозвониться. Сегодня утром я должен был быть в Нью-Йорке.
– Вы американец?
– Почему вы решили?
– У вас акцент.
– Я там работаю, но часто приезжаю сюда. Я переехал в Штаты восемь лет назад.
– Сколько же вам?
– Тридцать.
– О
– Не переживайте, Жозе. Завтра все мы уедем отсюда. И вы отпразднуете его день рождения. Он должен понять вас и простить. Вы же не виноваты.
Она вздохнула:
– У меня такой потрясающий подарок для него! Он только об этом и мечтал. Я специально поехала сюда, чтобы…
– Чтобы встретить меня, – вырвалось у Шарля. Но, спохватившись, он испуганно добавил: – и не поддаться искушению. Правда?
Жозе молчала. Кое в чем Себастьян, конечно, прав, размышляла она. Марк заковал ее в латы и заставил бегать по офлажкованным дорожкам. И теперь она боится ступить шаг в сторону.
– Шарль, вы никогда не чувствовали себя куском пластилина в чьих-нибудь руках?
– Нет. Зато я чувствую себя идолом, которому поклоняются, но совсем не… Давайте лучше поговорим о вас, Жозе.
– Нет. Лучше – о вас. Вы чем занимаетесь в Штатах?
– Ну что ж. Я состою в одной компьютерной корпорации. А еще у меня там невеста.
– Вот как!
– Да, через полгода мы должны пожениться.
– Тогда зачем же вы…
– Пытаюсь вас соблазнить?
– Ну… я бы так не сказала…
– Интересно. – Шарль вдруг потянул ее к себе за руку, и Жозе была вынуждена встать со спасительного стула. – А что я должен был сделать, чтобы вы так сказали? Может быть – вот это? – Он начал целовать ее жадно, ненасытно, не только губы, но и шею, хотя ему сильно мешал высокий ворот ее свитера.
– Господи! И зачем я только переодел вас!
– Шарль, прекратите!
– Ну как? Теперь вы можете сказать, что я пытался вас соблазнить?
– Могу! – Она забилась на свой стул. – Но никогда больше этого не делайте! У вас – невеста в Нью-Йорке.
– Да. И прехорошенькая, между прочим. – Он был, кажется, зол.
– Вы любите ее?
– А что такое любовь? Вы считаете, она есть?
Жозе окаменела. Неужели – это рок? Встречать на своем пути мужчин, проповедующих это дикое, чудовищное, дикарское убеждение.
– А вы не верите?
– Видите ли, когда я был маленьким… Впрочем, я считаю, это химия мозга. Мы же не можем дать точное определение этому состоянию. У всех оно разное.
– Шарль, я тоже раньше так думала. Вернее, меня убедили в этом.
– Марк?
– Не важно. Но теперь я могу сказать точно: когда люди говорят, что не верят в любовь, значит, у них болит в этой точке.
– А у вас – нет?
– Мы так можем поссориться.
– Давайте не будем. Только… – Он серьезно смотрел на нее. – Как же слова Себастьяна?
– А он вообще не говорил о любви! Он говорил о молнии.
– Жозе, по-моему, мы оба валяем дурака.
– Вы хотите сказать – у нас с вами наступила любовь с первого взгляда, и мы не хотим в это верить?
– Я никогда такого не скажу. И особенно – вам.
– И слава богу!
– У нас с вами есть люди, с которыми мы так или иначе собираемся связать судьбу.
– Да.
– Мы не можем просто так вот броситься в объятия друг друга.
– Да.
– И весь этот разговор между нами – бессмыслен.
– Тогда какого черта вам надо в моей комнате?
– Вы сами меня не отпускаете.
– Да убирайтесь отсюда!
– С удовольствием! Только… Жозе, если честно, вы способны свести с ума. Вся ваша натура создана для того, чтобы соблазнять мужчин. От макушки до пят! И в то же время вы – умница! Вот парадокс.
– Давайте не будем отвлекаться. Уходите!
– Я уйду. Но сначала предлагаю эксперимент. Сейчас я докажу вам, что Себастьян был не прав. Никакого электричества между нами нет! – Он с совершенно невинным видом поднял ее со стула и снова начал целовать. Теперь он делал это не спеша, основательно, заставляя Жозе обливаться то холодным, то горячим потом. Через несколько минут, которые пролетели гораздо быстрее, чем положено, он отстранился. – Вы что-нибудь почувствовали? – стараясь справиться с дыханием, произнес он тоном хирурга.
– Нет! – храбро ответила она.
– Я же говорил, никакого электричества. Никакой молнии! А ну-ка, попробуйте теперь вы.
Жозе медлила. Если она сейчас попробует, эксперимент вполне вероятно продолжится в другой части комнаты, где стоит широкая постель. Отказаться? Характер не позволял ей отступать. Ладно, будь что будет! Она осторожно обвила руками его шею и тоже прильнула к его губам… Они стояли так очень долго, покачиваясь совсем не по экспериментальному. Ситуация выходила из-под контроля.
– Я ничего… Я ничего не чувствую, – прошептала она, расстегивая верхнюю пуговицу на его рубашке и обжигая его шею своим горячим дыханием.
– Вот и хорошо. – Его чуть дрогнувший голос отрезвил ее. – Значит, этот старичок просто развлекался на свой лад.
– Совершенно верно! – Она никак не могла попасть в рукав свитера, который Шарль только что пытался стащить с нее. Руки предательски дрожали.
Голос Шарля звучал спокойно и буднично, может быть чуть ниже, чем всегда, словно откуда-то изнутри души, но, в общем, вполне обыкновенно.