Синица в руке
Шрифт:
– Верно. Я об этом как-то не думал. И все же нужно что-то делать.
– У машины времени масса возможностей.
Чтобы попасть в Институт, достаточно было ступить на телепортационную площадку, но Ра Чен предпочел идти пешком. Он хотел поразмыслить.
Светц шел рядом с шефом, опустив голову и глядя невидящим взглядом себе под ноги. В подобные моменты к нему приходило вдохновение. Но вот перед ними Институт - огромный куб из красного песчаника, а озарения все нет.
Сильная рука легла Светцу на плечо.
– Минутку, - тихо сказал
– У нас в гостях Генеральный Секретарь.
– Откуда вы знаете?
– Светц втянул голову в плечи.
– На въезде в город стоит его машина, не заметил? Ее привезли в прошлом месяце из Лос-Анджелеса времен Великого Калифорнийского землетрясения. Автомобиль с двигателем внутреннего сгорания.
– Что будем делать?
– Сопровождать Генерального Секретаря по Институту и уповать на то, что он не станет настаивать, чтобы его отправили в Лос-Анджелес двадцатого года постатомной эры взглянуть на погром Уоттса.
– А если станет?
Если Ра Чена обвинят в измене, Светца - тоже.
– Придется отправить. Нет, не с тобой, Светц. С Зирой. Она чернокожая и говорит на языке американских негров. Это может пригодиться.
– Этого мало, - возразил Светц, скрывая облегчение. Пусть рискует Зира.
Они подошли к автомобилю Генерального Секретаря. Светца поразила странная, угловатая форма машины, сложность приборов управления, блеск металлических украшений. С машины сняли капот, открыв для всеобщего обозрения хитросплетения деталей двигателя.
– Погодите!
– воскликнул Светц.
– Ему нравится?
– Что нравится и кому?
– Генеральному Секретарю нравится автомобиль?
– Конечно, Светц! Он без ума от своей машины.
– Давайте достанем ему еще одну. Перед Великим землетрясением в Калифорнии было полно автомобилей.
– Неплохая мысль.
– Ра Чен даже остановился.
– Это на какое-то время займет Генерального Секретаря, а мы подумаем...
– О чем?
Ра Чен не слышал его.
– Гоночную? Нет, он разобьется... Советники заставят сделать приоритетное ручное управление. Вездеход?
– Давайте спросим его самого.
– Стоит попробовать, - согласился Ра Чен. Они двинулись вверх по лестнице.
В Институте было три машины, включая машину с грузовой камерой расширения, плюс общий управляющий блок. Генеральному Секретарю очень понравились пульты управления, на которых мигали разноцветные лампочки. Он хихикал и хлопал в ладоши. Барабаня пальцами по прикладам автоматов, за ним неотступно следовали телохранители с каменными лицами.
Ра Чен представил Светца как лучшего агента. Столь высокая оценка ошеломила Светца, и он не мог связать двух слов. Генеральный Секретарь этого не заметил.
Непонятно было, помнит ли он еще о том, что хотел увидеть погром Уоттса: спросить об этом он позабыл.
Когда Ра Чен заговорил об автомобилях, Генеральный Секретарь заулыбался во весь рот и так энергично закивал, что Светц стал опасаться, как бы он не сломал себе шею.
Генеральному Секретарю
– Спросим его самого, спросим его самого, - сердито передразнил Ра Чен. Знаешь, чего он хочет? Он пожелал иметь первый в мире автомобиль. Самый первый!
– Я думал, он попросит любую машину какой-то определенной марки, - Светц растирал виски.
– Где же ее отыскать? Нужно прочесать всю Северную Америку и Европу на протяжении двух десятилетий.
– Ну, это слишком. Достаточно наведаться в библиотеку Бэверли-Хиллз. И все же задача сложная.
Рейд в библиотеку Бэверли-Хиллз назначили на третье июня двадцать шестого года постатомной эры. В экспедицию отправили отряд вооруженных анестезирующими иглами агентов в грузовой камере расширения. Гигантская машина времени, странные люди в воздухоплавательных жилетах в любой другой день стали бы всемирной сенсацией, но третье июня было для Института Времени Днем Счастливой Охоты. Весть о пришельцах не могла распространиться за пределы Калифорнии, да если бы и распространилась, ее не заметили бы в потоке более важных новостей. Вечером начнутся подземные толчки, океан вздыбит огромные зеленые волны.
Светц, Ра Чен и Зира Саутворт провели в историческом отделе библиотеки почти всю ночь. Ра Чен знал язык белой Америки ровно настолько, чтобы переводить заголовки. Зира просматривала отобранные им книги.
Она была высокая, тонкая и очень темнокожая, с шевелюрой, похожей на черный костер. Зира сидела на полу, по-турецки скрестив ноги, худая и угловатая, читая отрывки из книг, а мужчины расхаживали по библиотеке, отыскивая книги, упомянутые в ссылках. К двум часам утра все взмокли и потеряли терпение.
– Никто даже не собирался изобретать автомобиль!
– взорвался Ра Чен.
– Это получилось само собой!
– Да, вариантов множество, - согласилась Зира, - но мне кажется, не стоит принимать во внимание паровые автомобили. Таким образом, можно исключить "Гюньо-Треветик" и более поздние британские модели парового транспорта.
– Ограничимся двигателями внутреннего сгорания.
– Здесь самые сильные претенденты французский "ленуар" и венский "маркус", - сказал Светц.
– Помимо этого, серьезные заявки на первенство у "Даймлера-бенца". Достаточно давно запатентовал свое изобретение Селден...
– Черт возьми, выбери что-нибудь одно!
– Минутку, сэр!
– Зира оставалась хотя бы внешне спокойной.
– Пожалуй, самое лучшее, что у нас есть, - это "форд".
– Почему именно "форд"? Он изобрел всего лишь систему массового выпуска автомобилей.
– Вот!
– Зира подняла с пола книгу. Светц узнал ее: биография Форда.
– Он отец автомобильной промышленности.
– Теперь все знают, что это не так, - возразил Светц. Ра Чен сделал решительный жест: