Сингулярность
Шрифт:
А люди, как известно, далеко не одуванчики. И слова Сингулярности — тому подтверждение. В ее представлении люди желают лишь властвования над другими, желают могущества, которое позволит творить им что угодно. Разве не знакомое с пороками существо смогло бы сказать нечто подобное? Нет. Изначально оно и не являлось существом вовсе, как она и говорила, но…
Сейчас все иначе. Сейчас оно не может судить здраво, бескорыстно. Оно желает власти, и Элли — ключ к этой власти, будучи лучшим представителем человеческого рода с сильнейшим магическим потенциалом. Из сгустка энергии Сингулярность превратилась в конкретное магическое существо, сама того не осознавая,
Принцесса неидеальна. В каких-то местах даже намного не идеальнее, нежели другие люди. Тем не менее, она никогда не отрицала, что подвержена человеческим порокам — напротив, Элли наслаждалась этими пороками в свое удовольствие. Но Элли не состоит целиком из всего самого плохого, у нее есть другая сторона. Сторона, которой так сильно сейчас не хватает Сингулярности.
Возможно, люди и вправду высшие существа в нынешней цепочке… но до идеала им далеко. Люди бывают намного более опасными и разрушительными, нежели те же самые демоны или драконы, способные держать весь мир в ужасе. Человеческие пороки — не то, к чему стоит стремиться другим существам, магическим и не очень. Но без пороков люди перестанут быть людьми. И Сингулярность… приобрела человечность в самом плохом смысле.
Даже после погибели всего мира, принцесса не может допустить появление магического существа в теле человека, способного поставить на колени все сущее в пределах знакомого ей мира. Остатки морали не могут ей позволить. Это и есть обратная сторона человека, который нет у Сингулярности. Это и есть то, что по-настоящему делает человека человеком, а не желание могущества.
— Да будет так. — Согласилась Элли, подойдя к Сингулярности вплотную. — Я согласна стать твоим… сосудом? Не знаю, как правильно это назвать.
— Неужели? — ухмыльнувшись, спросила Сингулярность. — Я ошибалась, когда рассуждала о том, что убедить тебя будет сложнее. Ну что же…
Ухватив Элли за руку, Сингулярность положила ее ладонь в район своей груди, после чего сказала: — Давай же, принцесса. Обрети меня.
Вдохнув и выдохнув, Элли приступила к поглощению магической энергии, что содержала в себе Сингулярность, находившаяся прямо перед ней. Со временем принцесса почувствовала, как по ее телу проходит бесконечно большое количество магической энергии, будто ее вовсе не становится меньше.
Несмотря на то, что появившаяся «сущность» Сингулярности утонула в пороках, ее слова были мудры — Элли действительно один из лучших представителей человеческого рода, будучи обладательницей громадного магического потенциала даже в рамках человеческого рода.
И упоминание этого стало ошибкой для «центра пустоты».
— Ты упомянула, что Винтер сам по себе лишь магическое существо с физическое оболочкой, то есть, он не является человеком вовсе, лишь подобием… — сказала Элли, продолжая поглощать энергию.
— Да, так и есть. Именно поэтому он и не может использовать весь мой потенциал, но ты — сможешь. Ведь ты…
— Забавно… — усмехнувшись, прервала ее Элли. — Забавно, что ты набралась столько человеческого дерьма от того, кого ты зовешь недочеловеком!
Тело Элли покрылось бесконечно темной аурой, напоминающей по своей форме горящее пламя, а ее глаза, в свою очередь, запылали той же самой тьмой — Элли использовала накопленную энергию лишь для того, чтобы высвободить ее наружу и заковать обличие Сингулярности в «цепи», из которых она не сможет выбраться. Схватив обличие
— Нет! — послышался искаженный голос принцессы со всех сторон, принадлежавший на самом деле Сингулярности. — Что ты пытаешься сделать?! — призрак Сингулярности «потерял» глаза и губы, а через пару мгновений вместе с этим и вовсе начал терять конкретную форму, превращаясь в туман.
— Ты сказала, что хочешь подарить мне могущество, подразумевая, что я должна на это повестись и без всяких сомнений принять тебя. — Тяжело дыша от напряжения, Элли все же нашла в себе сил ответить. — Но, когда я сказала, что я согласна стать твоим сосудом, воплощением тебя — ты даже не запротестовала. Мне стало ясно изначально, что ты преследуешь лишь свои цели. Ты действительно лишь возжелала получить воплощения себя в виде меня, ни о каком «могуществе для меня» тут и речи не идет.
— Но ведь ты действительно обретешь могущество! Ты станешь моим носителем, способным воскресить мир и всех, кто был в этом мире! Разве не этого ты желаешь на самом деле? Разве не это твое настоящее желание?!
— Это уже буду не я… — разочарованно произнесла Элли, стараясь приложить еще больше усилий к поглощению энергии, переступая чрез свой собственный предел. — Это будет лишь подобие меня, скрещенное с магическим сгустком, подверженным человеческим пороком сильнее, чем любой другой человек!
— И что ты пытаешься этим доказать? Я все равно стану частью тебя!
— Ты даже не отрицаешь моих слов, тупица. Значит, так оно и есть… — глаза Элли воспылали не только черными, но и белыми оттенками, переливаясь друг с другом подобно магической сфере. — Я не позволю тебе овладеть мной.
— Ты не сможешь! Как бы ты ни старалась — моя сила слишком велика для одной лишь тебя! Ты не сможешь управлять ею в одиночку, тебе нужна я!
— Дело не в твоей силе, злосчастный ты шарик… — воплощение Сингулярности исчезло, и действительно, перед руками Элли остался лишь «шарик», магическая сфера, переливающаяся черными и белыми оттенками, подобно ее глазам. — Дело в твоем жалком сознании. Как ты и заметила, я — настоящий человек, с полноценным сознанием. А ты… — Элли ухватила сферу рукой, сжимая ее с такой силой, что она «заискрилась», словно шаровая молния. — Ты — лишь подобие человеческого сознания. Недочеловек. Убожество.
В этот момент принцесса превзошла саму себя. Она пошла против того, кого в ее мире можно было бы с легкостью назвать «богом», ведь Сингулярность способна изменять само время-пространство, что было показано на примере Винтера. И даже более того, по заявлении этой самой Сингулярности — она способна на большее, стоит только найти более подходящий сосуд.
Но этого недостаточно, чтобы остановить принцессу, потерявшую все. Элли возжелала получить силу Сингулярности не ради того, чтобы получить могущество, и даже не ради того, чтобы восстановить погибший мир — она возжелала получить ее ради того, чтобы на свет не появилось нечто ужасное.