Сингулярность
Шрифт:
— Сравнение драконов с людьми в этом плане… недопустимо…
— Жаль. Мне бы сейчас хотелось поплакать с тобой, дружище. — Роза повалилась набок, в сторону Тита, упав головой ему на плечо.
Несколько раз перезарядив оба пистоля, Маргарет все же удалось привести их в рабочее состояние. Направив один из них на Розмари, она приготовилась сделать еще один выстрел, последний для нее. Но прежде чем это произошло, Роза все же успела сказать: — Если ты дорожишь нашей дружбой… если моменты, проведенные с нами, хоть немного греют тебя, дракон…
— Я не… — только и выдавил из себя Прайд, прежде чем Роза прервала его, не давая договорить.
— Беги! — Изо всех сил схватив его за ворот кителя. — Умоляю тебя, беги! — Роза кричала и рыдала, осознавая, что ее время и вправду подошло к концу.
Выстрел. И второй. Оба попали прямо в грудь Розмари. Не найдя в себе сил даже прокашляться кровью, что прилегла к ее горлу — она умерла, упав лицом в грудь Тита. Глаза Розмари закатились, а изо рта обильно полилась кровь, стекающая вниз по кителю дракона прямиком на пол. Как только первая капля коснулась пола, Прайд будто бы родился заново, и в его глазах впервые загорелось нечто, что он не мог назвать ни удивлением, ни ненавистью, не чем-либо еще — это было ранее незнакомое ему чувство. Ментальная боль.
Горечь утраты.
Он мог бы остаться здесь и умереть ради друга, которого он только что потерял. Попытаться отомстить этим двоим за то, что они сотворили… но тогда его месть со стопроцентной вероятностью окажется провальной, и все старания будут напрасны. И даже так, познавший вкус истинной дружбы Прайд не смог бы поступить иначе. Ему бы не позволили его чувства на пару с бесконечно большой гордостью, за которую он и был наказан много лет назад. Однако… Розмари сказала, чтобы он бежал, если тот дорожит их дружбой. И он убежит.
— Офицер. — Это все, что сказал Прайд перед тем, как обвить тело Розмари руками и прижать к себе. Жест «объятий» не был для него чем-то сверхъестественным, он и до этого видел, как люди делают нечто подобное, но для него это был первый раз, когда он заключил кого-то в свои объятия. Прайд стал работать в Центре только ради того, чтобы рано или поздно найти Винтера, и образ Тита, вытекающий из этих событий, изначально ничего не значил для него, но со временем это изменилось. И совсем недавно Винтер помог понять ему, что судья Тит из Центра — это не просто образ внутри него.
Это его часть.
Прайд вспомнил день, когда он нарекал Розмари офицером Центра — тогда он даже подозревать не мог о том, как тесно они будут связаны в будущем, хоть и не на слишком большой промежуток времени, а в реалиях дракона и вовсе на совсем крошечный. Но Розмари стала для него дорогим другом, подобно Винтеру и Элли, и осознание того, что свой первый человеческий жест, связанный с чувствами, он подарил не живой Розмари, а лишь ее бездыханному телу… взбесил его так, как ничто иное. Жалкие людишки, стоящие перед ним, лишили его не только возможности дать отпор, но и новорожденного для него чувства. Они лишили его возможности получить от Розмари
— Вы, люди, поразительно тупы… — поскрипывая зубами от злости, с губ Прайда сорвался легкий смешок, что перевело внимание Маргарет и Феликса на него. — Думаете, что спасли мир? Победили злодеев? Как бы не так… вы всего лишь отняли у меня нечто, что вы, люди, называете счастьем.
Маргарет сделала выстрел по нему, но он оказался заблокирован магическим барьером. Переполненный ненавистью и пылающей гордыней Прайд поймал бывшую советницу взглядом, заставив ее по-настоящему испугаться.
— Я убегаю, поджав хвост, — вокруг Прайда закружилась пыль вперемешку с пустыми страницами книг, что валялись на полу возле стола. — Но я вернусь, и вернувшись заберу ваши души в бездну, обращая тела в пепел.
Прищурившись и оскалив зубы, Маргарет сделала еще пару выстрелов в его стороны, но в этот раз его и вовсе не оказалось на месте. Тело Розмари рухнуло на пол, так и оставшись лежать в луже собственной крови.
Прайду удалось сбежать, и только лишь он знает куда.
— Таково ваше проклятие. — Услышали они его увядающий голос со всех сторон.
Как бы им ни хотелось это отрицать — здесь они в каком-то смысле проиграли. Они испугались дракона, что проклял их перед тем, как уйти прочь. И не зря.
Драконов стоит бояться.
— Пойдем отсюда, Фели. — спрятав пистоли в кобуру, скомандовала Маргарет.
— Д-да, идем…
В их душе поселились сомнения. Но для них нет дороги назад.
Ни для кого нет дороги назад.
«…»
— Все еще дышишь, Вальтер?.. — глаза Розмари запылали тусклым фиолетовым оттенком, знаменуя собой то, что контроль над телом получила Мари.
— Дышу ли я? — перевернувшись на спину, хриплым голосом ответил Вальтер. — Я бы не стал так резко выражаться…
Мари встала на ноги, все еще придерживая место, где у нее отрублена рука, и, дойдя до Вальтера, присела на пол рядом с ним. Их взгляды пересеклись.
— Что, тебя все же не убило этой вашей… пулей? Идти сможешь?
— Мне недолго осталось, Мари… совсем недолго. Она попала прямо в катализатор, мой пистолет, но разрушил его не до конца. Тем не менее…
— Этого все равно оказалось достаточно, да?.. — окинув взглядом пистолет, обреченно сказала Мари. — Ну? И откуда у тебя взялась такая крутая штука? Колись.
Издав легкий смешок, Вальтер еле заметно улыбнулся и начал рассказ: — Еще до того, как меня прокляло бессмертием… из разлома во времени вывалилась коробочка, в которой и лежал этот пистолет. Мне бы так хотелось запустить массовое производство, но его конструкция, даже с имеющимися чертежами… оказалась слишком сложна. Хватило только на патроны.
— Из разлома во времени? Невероятно. Ты скрывал от нас такую крутую штуку! Видимо, это из далекого будущего… — осматривая то, что осталось от пистолета, говорила Мари. — Тот, кто создавал это — настоящий гений, не так ли?