Сингулярность
Шрифт:
Такое происходит с ней постоянно, и такова цена их союза. Впрочем, Винтер и Элли уже не первый день путешествуют вместе с ней, а потому такие «выходки» их совсем не удивляют. В каком-то смысле, они даже стали обыденностью для них. С таким раскладом в отряде Розмари может чувствовать себя комфортно, полностью открываясь им при общении.
— Значит, в столице нас ждет целая куча злых духов, подчиненных бессмертному королю. — Прищурившись в предполагаемую сторону столицы, Винтер продолжил разговор. — И, собственно, сам бессмертные король.
— Так ты все-таки знаешь его? — наклонив голову, спросила
— Это… довольно длинная история. — Вздохнув, ответила за Винтера Элли, упершись взглядом в землю, при этом мысленно перебирая события, связанные с королем северной столицы. Еще с тех времен, когда он не был бессмертным.
— Время есть. — Потирая доспех, Роза мило улыбнулась. — По крайней мере, я могу чистить снаряжение помедленнее. Ну… — ее щечки покрылись ярким румянцем от осознания того, что все закончили с чисткой снаряжения, кроме нее. — Еще медленнее, да. Простите… это не так уж и просто.
— Что ж… — кашлянув в кулак, Винтер перевел внимание на себя: — Расскажем же историю.
Акт 2 — Глава 10 — Расправа над королем
Представьте, что в вас летит два огненных шара: черный и оранжевый. Какой вы будете бояться больше? Черный? Оранжевый? И тот, и другой? Вне зависимости от выбора, остается один простой факт — вы будете бояться огненного шара, не важно, какого он цвета. Сейчас для нас важно лишь это.
Вы можете разжечь костер и приготовить еду, а можете поджечь лес и уничтожить все живое в нем; Вы можете дать воду нуждающемся, тем самым спасая жизни, а можете устроить потом, устроив всеобщую трагедию; Вы можете закрепить ваши заклинания тьмой, чтобы получить преимущество для защиты родных и близких, но в то же самое время вы можете использовать это преимущество для хладнокровных убийств. Это человеческий фактор, все ваши действия зависят от вас, и только от вас, а не от оттенка магической энергии.
Это цитата короля Вилмарка, взятая из его речи, произнесенной в северном королевстве южного континента. Дело в том, что в первый раз он произнес эту речь еще тогда, когда ему было всего лишь семнадцать лет… он еще даже не был связан с королевской семьей и престолом в целом. После этого его поймали и бросили в темницу на месяц, якобы за угрозу обществу. В тот раз никто не обратил внимания на мальца, желающего мира и развития темной магии. А если кто-то и обращал внимание, то все равно не верил.
Никто.
Никто, кроме девушки в той самой темнице — надзирательницы. Девушка выслушала его, они смогли найти общий язык и общую цель. В итоге, их мнения целиком и полностью совпали, им захотелось сделать хоть что-нибудь, что поможет решить проблему с темной магией. Но что они в самом деле могли сделать? Вилмарк всего лишь узник, а она надзиратель, только и способный наблюдать за преступниками, такими, как он. В ее полномочия не входил призыв к пониманию темной магии, как бы ей этого ни хотелось.
По крайней мере, так было ровно до тех пор, пока не обнаружилось, что у Вилмарка королевские корни. В последствии гражданской войны получилось так, что он оказался единственным
Он никогда не желал власти, в его голове даже не проскакивала подобная мысль. Но он понял, что с помощью власти мир можно сделать лучше, если очень хорошо постараться. И Вилмарк старался, старался так, что создал одно из сильнейших королевств, существующих в свое время. Кто-то презирал его, кто-то наоборот, поддерживал, но факт оставался фактом — Вилмарку удалось создать королевство, в котором не ненавидят темную магию, а наоборот, используют ее в свое же благо. Именно благодаря темной магии жители северного королевства стали сильнее остальных.
Но каждый человек в королевстве знал, что это заслуга не только Вилмарка: та самая девушка из темницы правила вместе с ним. Или, по крайней мере, оказывала большое влияние на принятие решений. И это вовсе не было плохо, нет, наоборот! Они вдвоем оказались прекрасными правителями, что вели северное королевство в светлое будущее.
В последствии, девушка погибла. Ее разрубило надвое темной сферой, появившейся из ниоткуда — так называемым временным разломом, как позже оказалось. Тогда Вилмарк даже не понимал, насколько сильно она дорога для него и как сильно ее смерть может подкосить его. Он даже не задумывался, что с ней могло что-то случиться. Не было причин предполагать.
Вилмарк скрыл истинную причину смерти и похоронил свою возлюбленную в одиночестве, на одном из склонов возле северной столицы, не на кладбище. Под одиноким деревом на поле. Тогда он и познакомился с Винтером. Винтер видел, как умерла та девушка. По крайней мере, самые последние моменты.
— Больно на это смотреть, не так ли? — Спросил Винтер, подобравшись за спину к Вилмарку, который был упорно занят ямой.
Он на момент перестал копать, но через секунду продолжил, словно игнорируя слова Винтера.
— Да. Я хороню в закрытом гробу единственного человека, который понимал меня. Это больно.
— Убита в своем же замке неведомой силой. Печально.
Дернувшись, Вилмарк заговорил вновь: — Как только закончу с могилой — ты окажешься на ее месте, но уже не в этом местечке, а где-нибудь в канаве.
— Мне нужно было встретиться с тобой, но вместо этого я застал ее смерть.
— Правда? Пробрался в королевский замок, минуя всех стражников? — издевательски и с долей злобы спрослил он у Витера. — Ну, раз уж ты там был, может расскажешь, кто или что сотворило с ней это?
— Я не успел разглядеть кто или что, я видел только последствия.
Закончив с раскопкой земли, Вилмарк попытался поднять гроб в одиночку, дабы положить его в яму, но Винтер тут же подоспел с другой стороны и помог.
— Мне хотелось сделать это одному. Но я не против, раз уж ты так наставиваешь.
Винтер еле заметно кивнул в ответ.
Погрузив гроб в яму, Вилмарк принялся закапывать его. Он пришел сюда еще днем, но сейчас время уже подходило ближе к вечеру, и с такого ракурса в огромном поле прекрасно было видно, как солнце медленно уползает за горизонт. Словно сам мир захотел побыть символичным специально для него.