Сингапурский Гамбит

Крокодилов Матвей

Спустя полчаса ответ был готов. Маноэла Ферраз нигде не значилась. Торговец коврами Александр Элбакян тоже.

Зато в лондонской картотеке нашлась Александра Элбакян, биолог из Советского Союза, член ВКП(б) с 1929 года.

– - Глава III. Монах, джентльмен и гражданская война в Испании

Отель Rex расположен через квартал от Бингли, с тыльной стороны чуть менее легенданой Каледонии. Он намного меньше, не попадает на открытки, и знаменитых

постояльцев тут тоже не бывает.

Так что дежурный Массимо Росси надолго запомнит тот вечер, когда дверь с золотой вязью отворилась и в отделанный серым гранитом холл вошли эти двое.

Пришельцы выглядели настолько странно, что сначала принял он их за актёров.

Один был джентльмен лет шестидесяти, обрюзгший и облысевший, с жёлтым лицом и всклокоченной бородкой. Одет в старомодный твидовом пиджак (лет десять назад он наверняка обошёлся недёшево) и брюками-гольф. Чуть ниже коленей их скрепляли серебряные застёжки. На пальце правой руки мигнул перстень с золотой пентаграммой.

А за ним тащил чемоданы светлокожий азиат в жёлтой рясе буддистского монаха. Стриженный наголо, тщательно выбритый и высокий, чуть не до потолка.

– Мне и моему консультанту нужен номер,- с ходу заявил джентльмен,- можно один на двоих. Мой консультант будет спать на полу, я прошу этому не удивляться. У него монашеский обет не пользоваться высокими кроватями

– Простите, сэр, но я должен уточнить у директора...

– Правила отеля Rex запрещают спать на полу?

– Нет, сэр. Они запрещают селить азиатов.

– Что за чушь?

– Таковы правила, сэр. Мы селим только европейцев.

– А русских?

– Согласно правилам отеля, сэр, русские считаются европейцами.

– А как насчёт португальцев из Макао?

– Разумеется, сэр, согласно правилам отеля все португальцы считаются европейцами. В том числе и уроженцы Макао.

– Я не вижу причин, почему вам тогда не поселить моего консультанта. Тибет уж точно ближе к Европе, чем Макао!

Молодой монах стоически стоял навытяжку с чемоданами и посохом на спиной. На его щеках блистели капельки пота. Ему можно было дать лет тридцать, но с таким ростом ни в чём нельзя быть уверенным.

– Правила отеля запрещают селить китайцев, японцев, ласкаров и малайцев,- повторил дежурный,- какие бы суммы они не предлагали. Я бы советовал вам обратиться в Бингли.

– Я не желаю платить деньги только за чужую славу!

– На тот случай, если вас не устроивает Бингли или Каледония, в Китайском квартале, сэр, есть несколько хороших отелей: Даменлу и Новый Маджестик. Туда пускают всех.

– Я не потерплю!- рявнул джентльмен,- Я не потерплю этих глупостей! Много лет я исследую мудрость Востока, которая многократно превосходит то, что вдолбили вам в голову бездарные учителя - и вы собираетесь селить меня в Китайском Квартале? Это несылахно!

Вам известно тибетское слово "лама"?

– Да, сэр.

– А вам известно его происхождение?

– Нет, сэр.

– "Лам" по-тибетски означает Путь или Дорогу, а Лама - это Идущий, особый титул Богов Египта. Следующий Путём, если пользоваться буддистской фразеологией. Его нумерологическое значение - 71. Вы понимаете?

Монах приотрыл рот, чтобы что-то сказать. Но сдержался и промолчал.

– Не совсем, сэр.

– Хорошо, зайдём с другой стороны. Посмотрите внимательно на моего консультанта. Скажите, он китаец?

– Нет, сэр.

– Малаец?

– Нет, сэр.

– А может быть, он ласкар из Индии?

– В этом я не могу быть уверен, сэр.

– Зато я уверен! Да будет вам известно, что граница между Индией и Тибетом пролегает по водоразделу Тибетского Нагорья. И Тибет - это всё, что севернее великого хребта! Так понятно?

– Не совсем, сэр.

– Ласкары - это индусы. А мой консультант родился намного севернее. Почтенный Лобсан, где вы родились?

– В Бурятии,- сказал монах,- Это возле Байкала.

– Вот видите! Взгляните на карту, взгляните. Вот она, на стене висит. Вот Индия, где ласкары. А вот Тибет. Что вам непонятно?

– Простите, сэр, но разве озеро Байкал расположено в Тибете?- дежурный уже ничего не понимал.

– Разумеется, нет. Но это и не важно. Главное, что мой консультант - тибетский монах. Вы же не Байкал селите, а моего консультанта! Давайте, записывайте.

– Мне надо уточнить, сэр.

– Валяйте. Покажите мне место в ваших правилах, где запрещено селиться тибетским монахам.

Дежурный достал книжечку в кожаном переплёте и посмотрел на неё. Махнул рукой и спрятал обратно. Даже не открыл.

Потом развернул регистрационную книгу.

– Пожалуйста, господа. Ваш номер - четвёртый.

Джентльмен записался, как "сэр Саймон Алистер Кроу, литератор". А его спутник (как оказалось, он умел по-английски и писать) - как "Лобсан Сэнгэ Сумати, монах (будд.)"

Оказавшись в номере, джентльмен снял пиджак, старательно расправил его на вешелке, а потом с облегчением рухнул на кровать.

– Что за проклятый город!- пробурчал он, глядя в потолок.- И как тут душно. Лобсан, откройте окно! Хотя нет, не открывайте. Там тоже душно.

– Я хотел бы уточнить,- заговорил монах,- что вы неверно перевели тибетское слово "лама". Дословно оно означает "выше нет". Это титул духовного учителя, а не просто йогина-последователя Дхармы.

– Воздух спёртый, архитектура уродлива, люди с печатью вырождения на лицах,- бормотал Кроу,- Нет, англичанину здесь жить положительно невозможно! И зачем тащиться в такую даль? Не проще ли умереть на родине?