Синестет
Шрифт:
– Не люблю эти самоиграйки. Мы стараемся профессионально играть, пусть и выступаем в кафешках. На днях я зашёл в музыкальный магазин и увидел интересный аппарат.
Nord Lead Electro 3, шесть октав, красно-чёрный. Пощупал его, клавиатура хорошая, звуки. Синтетика ощущается, конечно. В акустических фортепиано и органе. Зато синтезаторная секция шикарна. Вот это тембры! И эффекты! Плюс можно самому накрутить интересные вещи!
– Тоже зайду потрогаю клавиши. Хотя мне, как бас-гитаристу, мечтается о новом Fender’e, как у Эрика Клэптона. Попрошу отца купить на день рождения или по окончании школы. На синтезатор займём у Олафа. У него отец –
Кристиан хотел было сказать, что и его семья обеспеченная, но прикусил язык, здраво рассудив, что отец, высокооплачиваемый нейрохирург с хорошей частной практикой (не считая работы в государственной клинике), вряд ли расщедрится на дорогой синтезатор, который будет использоваться даже не дома, а в каком-то клубе. Мама ничего не скажет, но взгляд отразит согласие с отцом. К тому же у него есть пианино, РРТ 2.3 (весьма мощный, богатый синтетическими тембрами синтезатор) и драм-машина. По сути, профессиональная мини-студия для школьника, – подумал юноша, в глубине души лелея мечту собрать «оркестр» синтезаторов и разных акустических клавишных инструментов для сочинения принципиально новых мелодий.
– Итак, решено! – он подвёл итог размышлениям о предстоящих выступлениях. – Завтра мне нужно разучить пару вещей Листа и Бетховена, поскольку контрольная в музыкальной школе. Послезавтра займём деньги и купим синтезатор. Если, конечно, Олаф нам даст взаймы.
– Не даст – займем у других. Анна одолжит… – при этом имени Кристиан покраснел. – Ты так и не пригласил её на свидание? Не теряйся! Она не фея, а вполне земная девушка. Полагаю, отлично играет на флейте, – заметив смущение друга, усмехнулся Маттиас.
– На флейте? Она ведь учится на дизайнера, и… – запнувшись, Кристиан понял, о какой флейте идёт речь. – Ты пошляк, – смутился он.
– Не обижайся! Мы вступили во взрослую жизнь, начав зарабатывать. Если надумаешь встретиться с ней, лучше не веди в кафе, а приходи ко мне. Родители на выходные уедут, как обычно, плавать на яхте, и мы отлично повеселимся. Я приглашу Эльзу… Весёлая девчонка и любит рок.
– А также выпить, покурить и побаловаться травкой, – засмеявшись, добавил Кристиан.
– Нормально. Не будь ханжой, – друг шутливо толкнул его и побежал. Кристиан прыжком настиг убегавшего, обхватив за плечи. Маттиас не без труда высвободился и бросился бежать по улице. Вскоре его нагнал Кристиан, немного пыхтя. Сказывались прогулы уроков физкультуры, где он отлынивал от участия в баскетболе. Юноше нравились волейбол, увы, не практикуемый в школе, и велоспорт. Иногда он гонял на горном велосипеде по своему району, нередко доезжая до пригородного парка.
Спустя десять минут друзья дошли до перекрёстка, разделявшего районы Остербро и Нёрребро, пожали руки и разошлись.
Кристиану предстояли ранний ужин… и музыкальная школа, где он брал дополнительные уроки по специальному фортепиано и основам импровизации. Музыка, как и литература, были увлечениями немногословного романтика, обладавшего необычным даром. Этот дар отделял Кристиана от окружающих – друзей, школьных товарищей, родственников, даже в какой-то мере родителей.
Элегантный, романтичный, с мягкими манерами и приятным голосом, Кристиан был синестетом. Способность воспринимать цвет как звуки, зачастую – их сочетания, проявилась в возрасте четырёх лет. Тогда в детсаду и дома странные фразы мальчика о том, что белый цвет –
Обычное детство, с его открытиями, радостями и огорчениями, закончилось два года спустя, когда однажды слова мальчика о звучащем цвете услышал отец. Ему вспомнились лекции по психиатрии, и на ум пришло слово «синестезия». Холлдор, отец маленького Кристиана, не мог припомнить, от кого он слышал про этот термин. Так и не вспомнив, глава семейства обсудил способности мальчика с женой – Клеменс.
Холлдор
Посовещавшись с родственниками, дедом и бабушкой по линии жены-нейрохирурга, семья посетила психолога. Дежурная медсестра после нескольких минут ожидания в холле Бюро психологической помощи Карла Сторнмахера услышала голос психолога «Пригласите Серенсеннов», ободряюще улыбнувшись ребёнку, открыла перед ними дверь в кабинет.
Клеменс
– Добрый вечер, я Карл Сторнмахер, психоаналитик, – представился импозантный мужчина средних лет, жизнерадостно улыбнувшись вошедшим. «Профессиональная улыбка психиатра», – подумал Холлдор, посмотрев на обаятельного врача. Кристиан, ожидавший увидеть строгого пожилого или старого доктора с чёрной бородой, как у злодеев из сказок, повеселел, посмотрев в добрые глаза Карла.
Холлдор познакомил врача с женой и сыном. После общих вопросов Сторнмахер попросил родителей выйти из кабинета, чтобы наедине пообщаться с мальчиком. Кристиан немного занервничал, видя уходящих родителей, но мама успокоила его обещанием далеко не уходить.
– Кристиан, расскажи, что ты слышишь, когда видишь цвета? – неторопливым спокойным тоном спросил Карл.
– Я… слышу музыку. То есть… слышу звуки, когда я смотрю на цвет одежды, домов, машин, – стесняясь, ответил малыш.
– Ты всегда слышишь музыку? Какие инструменты слышатся? – внимательно смотрел психоаналитик, что-то записывая в блокнот.
– Почти всегда… Не знаю, какие инструменты, наверное, пианино, колокольчики. Это мешает, и тогда я стараюсь думать о другом. Когда вижу белый, мне слышатся колокольчики, а сливочный цвет – клавесин. Красный – это барабаны или тяжёлый звук пианино. Клавиши с левой стороны, не знаю, как они называются. Некоторые звуки не могу определить, либо там несколько инструментов, – забавно морща лобик, старался вспомнить Кристиан.
– Хорошо. А когда видишь буквы, слышишь музыку? Или, скажем, музыка рождает цвета?
– Нет, буквы всегда чёрные. Когда мама покупает раскраски, буквы могут быть разных цветов. Музыку часто слышу в голове, она мешает учиться. Ещё мама играет на пианино, но редко, – подумав, ответил мальчик. – Доктор, я болен? – грустно спросил он.
– Нет, Кристиан. Это не болезнь, а особый дар. Но не гордись им, ведь гордость – плохая вещь, она портит людей. Я попрошу тебя не рассказывать о твоём умении слышать цвета другим людям, даже хорошо знакомым. Обещаешь? – доктор серьёзно посмотрел на мальчика.