Синдром возгорания
Шрифт:
– Так вы по какому делу?
– вежливо осведомился чтец.
– Гхм, - кашлянул Сергей.
– Извините, конечно, но я насчет воды...
Парочка смотрела молча и непонимающе.
– Да мне чуть-чуть, - прошептал Сергей, неловко помахав пустою флягой.
Лицо парня стало совершенно каменным. Однако девушка, желая, видимо, задобрить невольного свидетеля разврата, разрешила:
– В коридоре. В ведре. Только чуть-чуть!
Кивнув, Сергей попятился. Нашел ведро, набрал воды, собрался уходить, но, движимый понятным любопытством, задержался.
Стены комнаты были увешаны плакатами с изображением
В целом же, наглядная агитация производила странное впечатление. При прочтении текстов возникало ощущение какой-то недосказанности и двусмысленности. И вообще, плакаты, лозунги, ну еще табличка "Дежурный брандмейстер" являлись, пожалуй, единственным признаком того, что данное помещение имеет отношение к делу пожаротушения. Маленький красненький топорик, висевший на щите в прихожей, был просто-напросто смешон - таким топориком можно было разве что зарубить болезную старушку. В общем, убранство комнаты напоминало декорацию, а парень с девушкой (он все так же неподвижно сидел, а она по-прежнему лежала) походили на актеров, игравших некую немую сцену.
Сергей, пожав плечами, удалился.
Возле вещей уже маячил Вова, и, поведав друг другу про курьез, Серега сообщил, что странные, мол, люди обитают здесь.
Вова молча взял наполненную флягу, присосался к горлышку, задвигал кадыком. На лбу приятеля выступили капли пота.
– А что тут странного?
– сказал Володя, возвращая флягу.
– Ты в какой момент ворвался?
И далее пересказал, как однажды один его знакомый в похожей ситуации выпрыгнул в окно со второго этажа. А что касается плакатов, так умных лозунгов в природе не бывает, и если все читать, то очень скоро можно...
– Ладно, ладно, - перебил Сергей.
– Нашел квартиру?
Вова сразу заскучал.
– Нет квартиры.
– Как? Ты же два часа ходил!
Володя сплюнул, закурил и вкратце поведал грустную историю своих мытарств. Свободных мест в поселке не было, а если где и были, то хозяева сдавать решительно отказывались.
– Так мы ж за деньги!
– вскричал Сергей.
– Это ясно, - согласился Вова.
– Но про деньги речь не заходила. Почему-то всех интересует, откуда мы приехали, кто такие и у кого мы останавливались раньше.
– Так мы же первый раз!
– Понятно, - снова согласился Вова.
– Но именно поэтому нас и не берут.
– Да какая разница?!
– А ты у них спроси! Никто не хочет брать! В одном месте я уже почти договорился, но хозяева, узнав, что курим, сразу отказали. Пожара, видишь ли, боятся!
Друзья, присев на камень, замолчали.
Наконец, Володя со вздохом произнес:
– Пойду
Володя ушел. Его слова о каком-то мужике породили у Сергея всплеск надежд. Но и без этого Сергей уже решил, что никуда отсюда не уедет, даже если поначалу придется ночевать на улице. Погода позволяет, отпуск только начался, время еще есть. А квартира где-нибудь да сыщется. Не может быть, чтобы не сыскалась!
Незаметно для себя Сергей все больше распалялся. Аккуратненький поселок и рекламные людишки стали раздражать. Захотелось учинить какую-нибудь пакость, но ничего оригинального в голову не приходило, и Сергей, отойдя в сторонку, вызывающе разлегся под плакатом, наивно призывавшим экономить воду, которая, дескать, могла понадобиться в случае возникновения пожара. Отхлебнув из фляги, плеснул чуть-чуть на грудь и блаженно закатил глаза.
Но расслабиться не удалось. Со стороны дороги раздалось бормотание прохожих, раздраженных тем, что "вот разлегся тут какой-то тип, устроил себе душ, вместо того, чтобы, как все сознательные граждане, охлаждаться в море". Потом послышались нелестные эпитеты вроде "стервеца" и "обнаглевшего подонка". Сергей, заинтригованный происходящим, с любопытством ожидал развязки. На грубость пока не реагировал, решив, что отыграется сполна, если кто-нибудь посмеет явно посягнуть.
Ждать пришлось недолго.
– Молодой человек!
– истерично взвизгнули над ухом.
Сергей лениво приподнялся. В двух шагах, размахивая палкой, бесновался тот самый старичок, который беспричинно обругал Сергея у забора.
– Безобразие!
– надсаживался он.
– Ни стыда, ни совести! Да таких, как ты...
Задохнувшись от собственного крика, он лихо крутанул изогнутою палкой, будто шашкой разрубив заклятого врага.
– Позвольте!
– изумился Сергей, косясь на грозное оружие.
– Кому же я мешаю?
– Гад!
– прорвало старичка.
– На!
Палка стремительно взлетела. Инстинктивно Сергей метнулся в сторону, сделав старичку подсечку. Но не тут-то было. Старикашка ловко увернулся и, хромая, быстренько засеменил в кусты, продолжая на ходу выкрикивать угрозы.
Ошалевший от такого развития событий, Сергей вскочил. Со старика, конечно, спросу никакого - чокнутый. Но остальные свидетели конфликта! Ни сочувствия, ни понимающих улыбок, ни даже намека на иронию. Вместо этого неприязненные взгляды и глухое бормотание насчет того, что молодые совсем не ценят воду и не уважают старость. Ничего себе! Психованный старик чуть жизни не лишил, а они про ерунду! Да и вообще, какого черта прицепились? Что тут происходит?
Однако причину инцидента никто не торопился объяснять. Зеваки разошлись, и солнечный поселок снова погрузился в полудрему.
2. ИВАНЫЧ
Не желая больше подвергать себя опасностям, Сергей вернулся к камню и сидел теперь в смиренной позе, ожидал Володю. Хотелось пить, но фляга опустела, а вторично отправляться за водой Сергей боялся. В поселке, судя по всему, существовал какой-то странный культ воды, и незнание обычаев могло навлечь беду.
Внезапно за спиной раздался легкий шорох. Сергей насторожился, но виду не подал. Шорох повторился. Как бы ненароком уронив коробку спичек, Сергей нагнулся, искоса взглянул назад.