Синдром отмены

Ронис Александра

Да уж, похоже, алкашни хватало и здесь. Из-за первой же двери, мимо которой она прошла, доносился отборный мат ругающихся мужиков, а навстречу ей по коридору еле тащилась покачивающаяся тетка в замусоленном халате, от которой разило перегаром за километр. Однако Ане и это было неважно. Главное, есть где переночевать и на мать с ее мужиками не нужно любоваться, а до соседей ей нет никакого дела.

Ее новое жилье представляло собой комнату в десять квадратных метров, большую часть которой занимал разложенный, покосившийся диван и не менее косая тумбочка с миниатюрным переносным телевизором. Удивляло, что такая крохотная квартирка имела, однако, свой балкон, пусть такой же маленький,

почему-то в форме квадрата. На кухне угол занимал пузатый холодильник, такой же старый («советский», со слов родительницы) как и у них дома. С другой стороны окна вдоль стены стоял обеденный стол, плита с двумя конфорками, и раковина. Санузел совмещал туалет и сидячую ванну. Что ж, если привести все в порядок, то выйдет совсем не плохо.

Оставив сумку на табуретке в кухне (Аня не рискнула поставить ее на грязный пол), она отправилась на разведку близлежащей территории – необходимо было прикупить чистящих средств и еды. Вечер обещал быть насыщенным – хоть квартирка и маленькая, но пока все отмоешь, пройдет не один час.

Неприятным сюрпризом оказалось отсутствие света. Это Аня обнаружила уже ближе к вечеру, к концу изнурительной уборки, когда осталось отмыть только туалет с ванной. Безуспешно пощелкав выключателями во всех комнатах, Аня пошла знакомиться с соседями. Причем сознательно выбрала двери подальше от тех, где она уже знала, живут неблагополучные личности. Но то ли ей так повезло, то ли там и правда никого не было, из четырех квартир так никто и не вышел.

Зато из дверей, за которыми недавно громко матерились (ее соседи за стенкой), вылез похмельного вида мужик в растянутых трениках и тельняшке. Увидев незнакомую девушку, он тут же попытался возродить в себе галантного кавалера и наладить соседские связи. Не желая проводить остаток дня в темноте и отвечать в первый же вечер соседу грубостью, Аня поделилась с ним своей проблемой. Мужик оказался толковый и подсказал ей, где находится переключатель на распределительном щитке. Секунда, и у нее появился свет.

Сосед попытался пойти дальше и напроситься на более близкое знакомство, однако девушка, сославшись на усталость, вежливо отказалась. В другой раз, радостно закивал на ее отказ мужик, и Аня на какую-то секунду успела пожалеть об оказанной помощи.

Мысли о возможной навязчивости соседа еще какое-то время беспокоили ее, пока она заканчивала уборку (ведь защитника в лице брата у нее теперь не было), однако к ужину Аня уже окончательно успокоилась. Усталое тело просило отдыха, и, приняв душ, она с наслаждением вытянулась в чистой постели. Поплакав горько о брате, расслабившись и душой и телом, Аня наконец-то заснула. А проснулась посреди ночи оттого, что кто-то настойчиво стучался в дверь.

Глава 6

Во время подготовки к похоронам брата, как и во время самих похорон, Ане было совершенно плевать на то, где и в компании каких соседей ей придется проживать неизвестно какой период времени. Сосед (почему-то девушка была уверена, что это именно он), видимо, взял себе в привычку приходить к ней ночами под дверь и тихонько постукивать, надеясь на ее ответное внимание. В первую ночь она испугалась, во вторую – тоже слегка напряглась, но грядущие печальные заботы более-менее отвлекали.

Мать на похороны даже не явилась. Димку в последний путь провожали она с бабой Верой и немногочисленные друзья брата. Сама процедура прощания и последовавший за ней поминальный обед прошли как в тумане, мутном, сером, запечатавшим собой все эмоции и чувства. Она словно сама умерла…

Но жизнь продолжалась. Вела свой неторопливый ход, ни на секунду не замедляя бег, несмотря на людские потери и горести. И нужно было подстраиваться под новые условия

жизни, хоть как-то приспосабливаться к одиночному существованию. Без Димки…

Дни полетели. В колледже один за другим пошли экзамены да зачеты, и Аня едва успевала готовиться. Скоро начинались летние каникулы, и она все чаще задумывалась о том, куда пойдет на подработку на эти два месяца. Вероятнее всего было устроиться в какую-нибудь кафешку. Поваром без диплома ее, разумеется, никто не возьмет, а вот работать официанткой или посудомойкой, в общем, кем-то на подхвате, ей не привыкать.

Обойдя несколько заведений в близлежащем районе, Аня нашла «работу мечты» – место официантки в кафе недалеко от отдела полиции, где не так давно ей пришлось коротать ночь. И даже то, что работать приходилось много, и к вечеру ноги просто гудели, нисколько ее не расстраивало. Все мысли ее занимал симпатичный майор, выручивший ее из беды. Она всегда носила с собой листочек с написанным его рукой номером мобильника и с трудом сдерживалась, чтобы не позвонить ему, чтобы хотя бы просто услышать его низкий, с хрипотцой голос. Несколько раз ловила себя на том, что выходит из дома заблаговременно, чтобы у нее оставалось хоть десять-пятнадцать минут на то, чтобы постоять за оградой отдела в тени деревьев в надежде хоть мельком увидеть его. Но его никогда не было. Часто ночами она вызывала в памяти его образ и размышляла, как бы напомнить ему о себе. Ненавязчиво, случайно…

Когда мы чего-то сильно хотим, Вселенная нас слышит и идёт навстречу, подкидывая ситуации, как ступеньки к мечте. Может, для кого-то это была психологическая ерунда, но Ане очень хотелось верить, что это так, тем более, когда получаешь этому реальное подтверждение.

В тот вечер она возвращалась домой с работы, отбегав между столиками долгих шесть часов. Завернула в подворотню, выводящую прямо к подъезду, предвкушая очередную ночь «в компании» майора, как почувствовала резкий и неожиданный толчок, и сумку сорвали с плеча. В первую минуту она впала в ступор, потом до нее медленно стало доходить, что вместе с сумкой от нее «ушел» кошелек с деньгами, косметичка, ещё какие-то мелочи, а главное, паспорт. Рука сама потянулась к заднему карману джинсов, нащупала связку ключей, которую она перед выходом из кафе засунула туда по привычке. И только потом нахлынул страх вперемешку с облегчением – а ведь могли и покалечить. Уже дома, после нескольких выкуренных сигарет, на нее снизошло озарение – разве это не прекрасный повод, чтобы появиться в полиции и… увидеть того опера, начальника, Диму?

На следующее утро около девяти часов Аня уже стояла на крыльце «Хорошево», высматривая среди спешащих на работу в форменной одежде людей Калинина. До этого она немного потопталась внутри, но не желая лишний раз позволить глаза дежурному, вышла на улицу.

Он появился, когда до девяти оставалось пять минут, и очень торопился. Практически не глядя, на ходу обменялся рукопожатиями с несколькими коллегами, а на ее робкое «Здравствуйте» поначалу ответил быстрым кивком, собираясь скрыться в дверях. В последнюю минуту притормозил, вернулся взглядом к ней.

– Аня? – поприветствовал ее вопросительно. – Что-то случилось?

В груди у Ани защемило что-то грустно и печально – он совсем не обрадовался ее визиту.

– Паспорт украли, – едва слышно выдавила она, понимая, что те же самые слова она могла сказать и дежурному и точно так же получить от него всю необходимую информацию.

– Тогда тебе в 115 кабинет, – мужчина сделал приглашающий жест рукой в сторону дверей и слегка подтолкнул ее вперед. Проводил к самому окошку дежурного и все это время не отнимал руки от ее предплечья. – Коль, – позвал дежурного, – сориентируй человечка.