Синдром Мэрилин Монро
Шрифт:
Перекрестная зависимость говорит прежде всего о твоих нездоровых отношениях с самой собой; и здесь все тот же синдром. Благодаря такой зависимости ты как бы попадаешь в ловушку и становишься неспособной любить ни себя, ни кого-либо еще. В конце-кон-цов, такая зависимость завладевает тобой полностью, препятствует твоему выздоровлению, присваивает себе твое право любить себя тем, что держит тебя в рабской зависимости от саморазрушительных пристрастий, в том числе и от пагубной привычки причинять боль самой себе.
Выздоровление несет тебе только добро, твои же пагубные пристрастия – одно лишь зло. Единственный способ избавиться от черного провала в душе – заполнить его любовью, любовью к самой себе!
Выздороветь –
Невозможно избавиться от синдрома, не очистив все свои помыслы и поступки, не заткнув все свои великие отдушины, не перебив хребет своей привычке к постоянной бола. И другого пути не существует!
Господи, какое это было ужасное утро, когда я отправилась с матерью по магазинам поискать что-нибудь из одежды. Всю дорогу она не переставала охать: ей казалось, что я располнела до безобразия. Ничто не могло оправдать меня в ее глазах. Как это так, четырнадцатый размер, когда должен быть десятый? Сущее наказание было под аккомпанемент ее причитаний примерять платья и видеть перед собой в зеркале толстую, безобразную, отвратительную бабу. О, как я себя ненавидела! Как бы мне хотелось сбросить с себя это ненавистное тело, как я сбрасывала платья! Пока длилась эта ужасная процедура, я вся взмокла. Потом, наконец, не выдержала и просто убежала; я была в ужасном состоянии. Из уличного автомата я позвонила Деннису и сказала, что сейчас приду. Когда я пришла, мы тут же занялись любовью. Потом я пошла домой, но мне было так одиноко, что я позвонила Дэвиду, который позвал меня к себе. Мы сразу же занялись сексом, и как только закончили, я ушла, все такая же неудовлетворенная. Тогда я позвонила Чарли из автомата на углу и зашла к нему. Мы выкурили по сигаретке, раздавили бутылку вина и полезли в постель. Из его дома я вышла поздно вечером и медленно побрела домой. В груди было странное чувство пустоты, которую ничто в мире не способно заполнить.
Цинтия
УЛОВКА 22
1. Всегда случается что-то такое, что заставляет тебя сознательно или бессознательно отпускать тормоза. То тебя настигает приступ ревности, то подруга выходит замуж или рожает. Или он не звонит. Или не звонит вообще никто. Или звонит, да не тот. Или кто-то делает тебе замечание. Илы ты заработала лишний килограмм веса. Или опять потеряла бумажник. Или никак не сходит пятно на любимой блузке. Или волосы выглядят ужасно, что бы ты с ними ни делала. Или что-то происходит не так, как надо. Тебя это начинает доставать, преследовать, как навязчивая идея. Ты вдруг ощущаешь пустоту внутри, появляется депрессия, тебе становится как-то неуютно в этом мире, ты чувствуешь странное возбуждение, беспокойство, тебе кажется, что все от тебя отвернулись, тебе становится тревожно, ты чем-то расстроена… да, ты очень, очень чем-то расстроена. Снова просыпается внутренний голос и начинает молоть какую-то чушь: «Ты никогда не встретишь никого, никогда в жизни, всю свою оставшуюся жизнь ты проведешь одна, ты умрешь, и никого не будет рядом. Вот скоро суббота, а тебе некуда пойти вечером, тебя никто нигде не ждет. И вообще, он не позвонил тебе в ответ».
2. Ты не можешь взять себя в руки, ты не знаешь, что делать, как справиться, совладать с этим чувством.
3.
4. Все, что бы ты ни делала в этом плане, ты делаешь чересчур, с запасом, с верхом: это касается и курения, и выпивки, и еды, и секса, и покупок, и работы, и стараний отыскать, наконец, свою любовь, и кондитерской, в которой ты спасаешься, пытаясь найти облегчение, и наркотиков – причем ты можешь прибегать или к одному излюбленному средству, или ко всем сразу.
5. На минуту, на пятнадцать минут, на час, на день или на ночь ты как бы отключаешься, сознание твое не работает, чувства заблокированы, внутренний голос молчит, черная бездна в душе заполнена, ты теряешь над собой контроль, у тебя будто провал в памяти, ты ходишь, как оцепенелая – ты спасена.
6. Но за подъемом сразу же следует падение, только что ты была вверху – глядь, уже стремительно летишь вниз. Черная бездна в груди снова пуста. Внутренний голос опять принимается за свое: «Ну как ты только могла, ты же всего за три минуты заработала два кило лишнего веса, посмотри, какая ты толстая, ты и до этого была толстая, а что теперь, ты ничего не помнишь, ты напилась, как зюзя, ты накурилась до глюков, посмотри, на кого ты похожа, ну зачем ты все это накупила, разве ты можешь себе позволить это, ты плохая, плохая, плохая». И тебе становится еще хуже… ты сама себя заставляешь страдать.
7. Ты делаешь это снова и снова, и всякий раз тебе нужно все больше, чтоб заполнить черный провал в груди. Всякий раз ты пытаешься сделать так, чтобы чувствовать себя лучше, и всякий раз обнаруживаешь все больше причин ненавидеть себя.
Это парадокс. Уловка 22. Синдром смены каюты на «Титанике». Чем глубже тебя поразила болезнь, тем сильней твоя ненависть к себе самой, неуверенность в себе, внутренняя боль… тем сильней потребность куда-нибудь бежать, скрыться, избавиться от этой боли… заполнить черный провал хоть чем-нибудь… и чем больше у тебя вариантов и маршрутов бегства, тем глубже в тебя внедряется болезнь.
Все твои слабости, привычки, пристрастия, к которым ты попала в рабскую зависимость, направлены против тебя, разрушают твою личность, твой целостный организм, они заставляют тебя ощущать еще большую степень вины, боли, ты уже настолько растеряна, что не понимаешь, что к чему; и так происходит до тех пор, пока ты наконец не опускаешься на самое дно. Но ты не можешь себе позволить оставаться на «Титанике» и спасаться только тем, что то и дело менять каюты. Надо бежать, надо бросаться в воду, надо плыть своим курсом! И другого пути нет!
ОНА ДОЛЖНА ЭТО ИМЕТЬ
Если и существует в мире что-то, к чему я ой как неравнодушна, так это шампанское.
Мэрилин Монро
Есть один классический фильм под названием «Потерянный выходной». Там есть эпизод, когда герой-алкоголик сидит где-то в зале, кажется, в опере, но что происходит на сцене не видит: вместо этого перед его внутренним взором все время мелькает гардероб, где висит его пальто, и крупным планом карман этого пальто вместе с содержимым. Наконец он не выдерживает. В самый разгар действия он встает, по ногам зрителей пробирается на выход, как сумасшедший бежит в гардероб, хватает пальто и достает из кармана – что бы вы думали? Бутылку! Оказывается, все это время ему не давала покоя мысль о том, что самое время выпить.