Син-Бин

Уайт Анастасия

Впиваюсь пальцами в его предплечье, пытаясь устоять на ногах, потому что они вот-вот подкосятся. Колтон не просто проводит большим пальцем по моему клитору, он уже сдвинул в сторону мои трусики и ввел в меня два пальца. Когда я ловлю его взгляд, тону. У него самый красивый цвет глаз, который я когда-либо видела.

— Скажи мое имя.

— Кольт.

— Ещё раз.

— Кольт. — Мое зрение расплывается. Мои ресницы дрожат, когда я пытаюсь держать глаза открытыми. — Кольт.

Он прижимается своими губами к моим, заглушая мои стоны.

Я

цепляюсь за его плечи, потому что если этого не сделать, я упаду.

Возможность того, что нас поймают, захватывает. Это даже более пьяняще, чем когда он ласкал меня здесь в первый раз. Одна мимолетная мысль об этом, и я пропала.

Сильно кончаю, на все его пальцы, с его именем на языке, едва слышным голосом.

Колтон поправляет мои трусики и убирает руку. Я хватаю его за запястье, останавливая его. Мне любопытно посмотреть на его реакцию. Тяну его руку обратно, но он отталкивает меня и втягивает пальцы в рот.

— Это мое, и я не собираюсь делиться.

Я поправляю юбку, разглаживая ее руками. Мне нужно принять душ и сменить трусики. Учеба может подождать.

Он достает из кармана телефон и улыбается, глядя на меня.

— У меня десять минут до тренировки, так что у меня есть время на душ.

— Повезло тебе. — Говорю я, проходя мимо него, но он хватает меня за локоть, останавливая.

— Повезло мне — это когда твоя киска сжимается вокруг моего члена, смачивая его своими соками, а мои ладони лежат на твоих идеальных сиськах. Вот что значит «повезло».

— Сейчас я тебя ненавижу. — Пробормотала я, когда он нежно поцеловал меня в лоб.

— Потому что ты снова хочешь меня? — Смеется он.

Затем отпускает меня, и мы оба идем к столу, чтобы забрать свои вещи.

— Потому что я снова хочу тебя. — Ворчливо отвечаю я.

Он смеется, притягивает меня к себе и целует в висок. Эта его ласковая сторона должна исчезнуть, иначе я могу влюбиться.

— Приходи ко мне позже.

— Я не могу. — Я поднимаю рюкзак, внезапно ощущая тяжесть на душе. Я хочу пойти к нему. Я хочу провести с ним время, и речь не о сексе — может быть, немного о сексе, но не совсем. Даже просто посмотреть что-нибудь вместе с ним звучит идеально. — Я иду за покупками с Лейлой. Увидимся, Кольт.

— Увидимся, Ава.

Он подмигивает, разворачивается и выходит из библиотеки.

Следую за ним, нарочито медленно волоча ноги. Я все еще плыву на волнах удовольствия, которое он мне подарил, и не хочу спускаться.

— Ава? — Окликает мисс Льюис, когда я прохожу мимо ее стола.

Останавливаюсь на месте, вежливо улыбаюсь и поворачиваюсь к ней. Ей около сорока, и она очень милая.

Она — одна из причин, почему мне нравится сюда приходить. Мы много говорили о книгах, которые нам обеим нравятся, постоянно добавляя новые в наши бесконечные списки для чтения. Теперь она даже следит за моей страничкой в Bookstagram.

— Да?

— Постарайся быть тише в следующий раз.

Моя кожа пылает от смущения. Она смеется, качает головой и берет свою книгу.

—

Ты отвлекала меня от свидания с Дэймоном Торренсом.

Она читает «Курок»? Интересно, кто ее любимый персонаж?

О, Боже мой. Ава. Ты невероятна. Женщина только что услышала, как тебя ласкают в библиотеке университета, и тебе интересно, какую книгу она читает?

— Извините. Этого больше не повторится. — Бормочу я.

Затем я убегаю, слыша за спиной ее звонкий смех. Она точно не скажет ни слова, если мы сделаем это здесь, но я не уверена, что хочу, чтобы библиотека больше не была нашим местом. Не хочу, чтобы кто-то лез не в свое дело.

По дороге в общежитие достаю из кармана телефон и замечаю одно новое сообщение. Прочитав его, ухмыляюсь, как идиотка, и мгновенно набираю ответ.

КТ:

Как насчет среды?

Я:

Да.

Мне все больше и больше нравится наше соглашение.

Надеюсь, я не обожгусь.

35. Надежда

Две недели пролетели молниеносно. Сегодня четверг, и завтра все уедут на зимние каникулы.

Кроме меня. Обычно я не возражаю.

Я счастлив провести время в одиночестве, когда никто не беспокоит меня, не требует моего внимания. А сейчас? Мне чертовски не нравится мысль о том, что она уезжает. Наверное, это будут самые длинные две недели в моей жизни.

Между экзаменами и хоккеем мы с Авой почти не виделись. Мы дважды трахнулись после момента в библиотеке, но мне этого явно недостаточно.

Я скучаю по разговорам с ней, по просмотру фильмов, по любым другим делам, потому что она делает даже самые хреновые вещи лучше.

Но мы много переписываемся. Шутим, флиртуем, говорим о колледже, о книгах, которые она читает, о сериалах и фильмах, которые мы оба хотим посмотреть, о новых песнях, которые хотим послушать.

Я чувствую себя беззаботным и счастливым, когда она рядом, и я разговариваю. Я действительно говорю. Рассказываю ей то, что обычно держу при себе.

— Томпсон, готов идти?

Поворачиваю голову и смотрю на Бенсона так, будто вижу его впервые в жизни.

— Что?

Он поправляет сумку, перекинутую через плечо.

— Я спросил, готов ли ты идти. Все уже ушли.

Оглядываю раздевалку, и мои глаза расширяются.

Я был настолько погружен в свои мысли, что даже не слышал, как ушли другие парни.

Присутствие Авы в моей жизни испортило мой разум. Или это ее отсутствие? Встаю и натягиваю капюшон своей толстовки. Я поднимаю с пола свою сумку, застегиваю ее и подхожу к Дрейку. Он ухмыляется, открывает дверь, я следую за ним на улицу. У меня очень странное чувство, будто он специально задержался, потому что хочет поговорить.