Символы распада
Шрифт:
— У нас не пропадет, — упрямо повторил академик. — Кстати, Михаил Кириллович, я хотел вас спросить. Почему Сырцов до сих пор не получил генеральского звания? Он ведь работает у нас уже третий год. Должность, насколько я понимаю, у него генеральская.
— Верно, — согласился генерал, — наша обычная бюрократия. Вы же знаете, как сейчас стоит этот вопрос. Повсюду идет сокращение. Считается, что у нас и без того много генералов. Поэтому в администрации Президента любое представление на генеральское звание рассматривается очень долго. Кто-то
— Какое отношение это имеет к Сырцову?
— Никакого. Но пока рассмотрят его вопрос, пройдет еще немало времени. А мужик он толковый, раньше на Северном Кавказе служил. Показал себя с самой лучшей стороны. Но я ничего не могу сделать. Формально он подчиняется нам, а на самом деле руководство у нас совместное с ФСБ. Да и вообще, этой проблеме не первый год. С самого начала было поставлено так, чтобы все подобные центры курировались сотрудниками КГБ. Вот поэтому всегда и вожу с собой этих архаровцев, — показал он на следующую за ними машину. — Как только кто-то погибает, так они сразу про нас и вспоминают.
Во втором автомобиле генерал-майор представил своего спутника полковнику Сырцову, едва машины тронулись.
— Знакомьтесь, полковник Машков из ФСБ. Будет вашим новым куратором.
— А где полковник Степанов? — улыбаясь спросил Сырцов, сидевший на переднем сиденье.
— На пенсию ушел. Он уже старый. Ты ведь знаешь, какая у нас опять реорганизация намечается, — засмеялся генерал-майор, — хорошо еще, что вас не трогают. Но ты не беспокойся, за тебя и так все хлопочут. Скоро получишь свою звездочку, будешь лампасы носить на брюках.
— Да я об этом уже и не думаю, — несколько напряженным голосом признался Сырцов.
— Думаешь, — хлопнул его по плечу генерал, — как же иначе? Генералом быть хорошо. Вот получишь новое звание, тогда поймешь, о чем я говорю. И не век же тебе в полковниках сидеть. У тебя здесь перспектива есть. Даже со временем вторую генеральскую звезду сможешь получить. Должность позволяет. Это у меня потолок, все, ничего больше не получу, пока на другое место не переведут. А у тебя перспектива…
Полковник молчал. Замолчали и его спутники. Первым нарушил молчание Машков:
— Как у вас в хранилище? Все в порядке?
— Конечно, — обернулся к нему Сырцов, — буквально пару дней назад проверяли. Все в полном порядке.
Автомобили миновали первую линию охраны. Стоявший у ворот охранник наклонился, внимательно вглядываясь в сидящих в автомобиле пассажиров. Потом отдал честь и попросил документы.
— Порядки у вас железные, — удовлетворенно кивнул генерал, доставая документы, — даже директора Центра просто так не пропускают.
— Конечно, — улыбнулся академик, вынимая свое удостоверение.
Вышедший из машины водитель открыл багажник. Двое охранников внимательно осмотрели автомобиль, проверяя его счетчиком Гейгера, словно пассажиры хотели ввезти на территорию базы нечто
— Видите, как проверяют, — удовлетворенно кивнул академик. — Не только при выходе, но и при входе. Все автомобили проверяются. А когда будем проезжать вторую линию охраны, там будет еще строже. И так до самого конца. Я поэтому и уверен, что у нас ничего не может пропасть.
Охранник вернул документы и махнул рукой, разрешая машине проехать. Остальные дежурные смотрели другие автомобили. Наконец гости въехали в зону и уже значительно медленнее двинулись в сторону комплекса зданий, видневшихся впереди.
— Сколько сейчас у вас зарядов? — спросил Михаил Кириллович.
— Вообще-то это секрет, — усмехнулся академик. — Но, учитывая, что вы наш куратор… пока никаких изменений. Тридцать два. И по четырнадцать в двух других центрах. Получить подобный результат не так легко. Нужна очень высокая концентрация переработки. Каждый подобный ЯЗОРД на строгом контроле. И у нас, и в других центрах.
Они подъехали к другим воротам. К ним подошел дежурный офицер.
— Выйдите из автомобиля и пройдите через служебный вход, — предложил офицер. — Если есть что-нибудь металлическое, достаньте и положите в специальный ящик, который будет опломбирован в вашем присутствии.
— Ну и строгости у вас, — улыбнулся генерал, выходя из машины.
Они вошли в здание, миновали несколько линий охраны, при этом каждый раз офицеры тщательно проверяли каждого на металл и радиоактивность. Исключений не делалось ни для кого. Ни для директора Центра, ни для прибывшего генерал-полковника. Ни для других гостей. Даже для начальника службы безопасности Центра полковника Сырцова. Генерал обернулся к нему, приглашающе кивнул. Полковник был в штатском. В отличие от других военных, на которых штатские костюмы часто выглядят весьма непрезентабельно, полковник смотрелся щеголем. Он шагнул к генералу.
— Порядок у вас отменный, — с удовлетворением сказал генерал, — замечательно поставлена служба…
— Так точно, — улыбнулся полковник. Теперь они остановились у зданий Центра.
— Где находятся сейчас заряды? — спросил генерал.
— Как обычно, — показал директор Центра куда-то вниз, — в нашем хранилище.
— Кто имеет туда доступ?
— Несколько человек. Но ключи только у нас двоих. У меня и у Сырцова. Если мы одновременно не откроем сейф, никто не сможет попасть в хранилище.
— Когда в последний раз открывали хранилище? — поинтересовался генерал.
— Три дня назад. Перед моим отъездом в Москву. Все было в порядке.
Внезапно завыла сирена. Генерал вздрогнул и обернулся. Навстречу им шли несколько человек, одетых как космонавты, только в гораздо более тяжелых скафандрах.
— Что-нибудь случилось? — спросил генерал.
— Все нормально, — объяснил Сырцов, — просто сейчас будут вывозить отходы. Их вывозят раз в месяц. Отходы радиоактивны, и поэтому сирена призывает всех к осторожности.