Символ Соломона
Шрифт:
– Когда-то в юношеские годы, мой Отец Давид и Ионафан в знак братства, обменялись одеждой, – сказал Соломон. Заглядывая в глаза друга, он предложил произвести обмен хитонами
Приняв белый хитон от Ахибаала, Соломон снял свой короткий голубой хитон и накинул его на плечи своего друга. Наблюдая за Соломоном и Ахибаалом можно было увидеть, братскую идентичность в их черных вьющихся длинных волосах, в их синих сверкающих огнем глазах.
Совершенный обмен одеждой между Соломоном и Ахибаалом был не только актом символического братства, но и сложнейшей задачей: знать кто, есть кто, для
– Ты говоришь, что я буду четвертым, а кто те трое? – поинтересовался Соломон.
– Старший брат ушел в море с отцом, а двое младших братьев дома, и я, как старший помогаю матери по уходу за ними. У нас между братьями дружба и взаимопонимание, – утвердительно заявил Ахибаал.
– Мне хотелось бы иметь таких братьев, – вздыхая, произнес Соломон.
– У тебя нет братьев? – насторожено спросил Ахибаал.
– Детей у моего отца, как и жен много. Каждый из нас имеет разных матерей и это приводит к тому, что между братьями постоянная вражда и невежество. Среди своих братьев я самый младший, но в отличие от твоих братьев, я не видел заботы старших. Я люблю своих родителей, но моим лучшим воспитателем является Нафан, а его сыновья Азарий и Завуф моими друзьями. Теперь самым близким и самым лучшим братом я буду называть, Ахибаал, тебя.
Беседуя, Ахибаал и Соломон незаметно приблизились к морскому скалистому берегу и уселись на скамейке, которую в далекие юношеские годы соорудили их любимые Нафан и Асарт. Новоиспеченные братья были увлечены своими размышлениями и планами и не могли предполагать о возможной трагедии.
– Может нам стоит искупаться, – предложил Соломон.
– А ты можешь с этой скалы прыгнуть в море, – поинтересовался Ахибаал.
Поглядывая вниз, на сверкающие блики солнца и морские волны, ударяющиеся о прибрежные скалы, Соломон отрицательно покачал головой.
– А, я здесь прыгал много раз, – сказал Ахибаал,– меня научил Асарт.
Когда Ахибаал повернулся к Соломону, то заметил, как легкая тень страха скользнула по лицу друга.
– Не переживай, – подбодрил Ахибаал Соломона, – Я также не мог долго решится на прыжок. Тебе я не советую рисковать.
Показывая рукой на ближайшую скалу, Ахибаал продолжил:
– За этой скалой есть тропинка, по которой ты можешь спуститься вниз на отмель. Рядом с отмелью в выступающей скале имеется источник пресной целебной воды, – продолжил рассказывать Ахибаал. На берегу отмели ты увидишь пляж с мягким, золотистым песком.
Беседуя, подростки не замечали, что за ними внимательно наблюдает незнакомец, подосланный Адонием.
– Ты, Саар! – наставлял Адония, – должен избавить меня от вмешательства в мои дела молодого человека в хитоне голубого цвета.
Падая в ноги своего спасителя, который спас его от подвыпивших мужчин, Саар, рыдая, клятвенно произнес:
– Мой Господин! Я тебе обязан жизнью и готов беспрекословно исполнять твою волю.
Скрываясь между скал и затаив дыхание, Саар прислушивался к беседе подростков. Когда Саар понял, что собирающийся прыгать с тридцати метровой скалы, подросток, является тем, о ком ему говорил его новый хозяин. Он
Выглядывая из своего убежища на подростка в коротком хитоне голубого цвета, Саар шептал:
– Я помогу! Я помогу тебе совершить последний прыжок!
Присматриваясь к морским просторам, Ахибаал увидел силуэт корабля, уходящего за горизонт, в северном направлении.
– Наверно к далеким берегам Скифии, – подумал Ахибаал, взмахивая руками, как чайка крыльями. Вспомнив о своем обещании Соломону, Ахибаал закричал:
– Я тебе привезу…
Сильный удар в спину сбросил Ахибаала со скалы, и лишь опережающее эхо разнеслось в ущелье: – Привезу! Привезу! Привезу!
В доли секунд Ахибаал вспомнил наставления своего любимого деда Асарта. Падая со скалы, Ахибаал сгруппировал свое тело. Вытянул руки в стороны и, используя поднимающие вверх теплые потоки воздуха, сумел спланировать и удалиться от скал. Затем он вытянулся в одну линию и, держа сомкнутые руки ниже головы, плавно вошел в воду. Вынырнув и повернувшись лицом к берегу Ахибаал увидел плывущего к нему Соломона и убегающего со скалы человека.
– Ну, ты даешь! – удивленно произнес Соломон.
– Это не я, а тот, кто меня столкнул, – отпарировал Ахибаал, – Спину больно.
– Кто он и за что? – спросил Соломон.
– Не знаю!
Возвращаясь в отведенную резиденцию семьи Давида, на одной из многолюдных улиц города, возле торговой лавки Соломон увидел беседующего Адония.
– Злобная гиена! – тихо прошипел Соломон, догадавшись о помыслах брата.
– Что ты сказал? – спросил Ахибаал.
– Сегодня, ты меня спас. Спасибо тебе, брат! – ответил Соломон. На его лице проявилось негодование.
Увлеченный беседой со знатными финикийцами, Адония ничего вокруг не замечал. Прогуливаясь с новыми друзьями, он бросил беглый взгляд на противоположную сторону улицы, на которой заметил своего нового слугу. Короткий поклон головы Саара вызвал в глазах Адония холодный блеск, а губы безмолвно прошептали: «совершилось!».
Навязчивую болтовню новых друзей Адония больше не слышал. Он весь погрузился в мечты будущего царствования. Волна воспоминаний о наставлениях Авиафара вернула Адония в прошлое, когда царь Давид ни чаял души в своем сыне.
***
У царя единого и мощного еврейского царства было пятеро сыновей. Все они были признаны задирами и драчунами.
Беседуя с первосвященником Авиафаром, Давид попросил его стать наставником Адония:
– Возьми под свою опеку моего сына Адония.
Не тратя зря время, Авиафар отправился в свои апартаменты. По пути домой Авиафар увидел Адония. Показывая своим посохом за тяжело дышавшего, слабенького телом мальчугана, он тихим голосом спросил:
– Куда бежишь, молодой человек?
– А, тебе какое дело? – зло отпарировал Адония.
– Посоветоваться с тобой хотел по важному делу, – огорчено промолвил первосвященник.
– Слушаю тебя, Авиафар! – полюбопытствовал Адония. – Какой совет тебе от меня нужен?
– Твой отец дал мне поручение, которое я хочу с тобой обсудить. Если не возражаешь, пойдем ко мне.