Симптомы любви
Шрифт:
– Ребза, сюда! – крикнула голова. – Тут открыт свободный класс.
Ко мне ввалилась целая компания.
– Ты кто такой? – спросила меня одна из девчонок. – Чего ждешь?
– У меня тут это… генеральная уборка класса, – сказал я, пряча перочинный ножик в карман. – Друга жду.
– Вот и чудно! – девчонка показала лошадиные зубы. – Мы тут посидим пока, а то охранник нас на улицу выгоняет, но там дождь.
– А не пойти ли вам домой? – спросил тихонечко.
– Не, ща все наши соберутся, и мы в киношку рванем. – Ушастая голова засунула в рот конфету и, отправив фантик прямо на пол, добродушно добавила: – Да
– Тебя как зовут? – приземлилась рядом со мной зубастая.
– Борис.
– А он хорошенький, носатенький, – лошадь подмигнула ушастой голове, при этом зачем-то взъерошив мне волосы на затылке. – Бориска-ириска.
Ушастый посмотрел на меня пристально, но соперника не разглядел. Он плюхнулся на стул, выложил ноги на парту и остался совершенно доволен собой. Остальные ребята расселись прямо на партах, они продолжали какой-то веселый разговор, иногда поглядывая на часы.
– Вы тут надолго? – поинтересовался я.
– Я не понял, ты куда-то торопишься? – с подозрением переспросил один из сидящих на партах.
По его тону я понял, что торопиться мне в ближайшее время некуда. Потихоньку в классе начали собираться и другие ребята. Кто-то возвращался с шестого урока, кто-то с дополнительных занятий, кто-то после кружка. Только Бочкина до сих пор не было, и мое пустое ведро стояло тому железным напоминанием. Зато я успел сдружиться с ушастой головой. Это оказался Гена Зыкин. Благодаря атлетическому телосложению и незаурядным внешним данным в этом году ему доверили нести первоклашку со звоночком на праздничной линейке первого сентября. Это все я узнал, пока точил Гене карандаши для черчения. А потом ради нашей зарождающейся дружбы и вовсе подарил ему свою точилку. Его зубастую подругу, которая была неравнодушна к моему затылку, звали Алина. Именно в тот момент, когда она снова шарила когтистой рукой у меня в волосах, появилась Инга! Она зашла в класс и спокойно сказала:
– Ну что, все в сборе? Тогда пошли.
Ребята послушно поспрыгивали с парт, похватали сумки и двинули в сторону двери. Инга тут же пропала из вида, ее заслонили чужие спины и плечи.
– А где Сопыгин? Сопыгина нет! – сказал кто-то из ребят.
– Ну, не опаздывать же из-за него в кино, – послышался ответ.
Класс быстро пустел, будто все только и ждали появления Инги.
– А ты что сидишь? Пошли с нами! – сказал мой новый ушастый друг.
– Идем-идем, – поддержала Алина.
Я начал лепетать что-то про генеральную уборку, про Фирсову и пустое ведро.
– Да забей ты на это дело! – скалила зубы Алина.
– Или, Борисок, тебе слабо? – подначивал Гена.
Я начал оглядываться по сторонам. Не знаю, что надеялся увидеть, быть может, Бочкина – его вид меня обычно подбадривал, но, к несчастью, в этот судьбоносный момент я уперся взором прямо в Ингу.
– Чо это мне слабо? – промямлил неуверенно. – Пошли.
Гена радостно похлопал меня по плечу: мол, наш человек, и подтолкнул к двери.
– Кто это? – Инга смотрела прямо на меня.
– Мой новый кавалер, – не к месту пошутила Алина. – Хорош?
– Это дежурный, – осадил подругу Гена. – Генеральную уборку здесь делал.
Инга глянула по сторонам. Парты стояли криво, на полу валялись какие-то бумажки, фантики и очистки от карандашей, а доска была вся разлинована для игры в крестики-нолики.
– Да
– А я вижу, на тебя можно положиться, – с усмешкой перебила Инга.
И больше она на меня уже не смотрела. Пошла себе вперед, догонять остальных ребят, даже не поинтересовавшись моим именем или на худой конец – фамилией. Я же почему-то ни чуточки не чувствовал себя сильным, вот так стоя посреди загаженного класса. Честно говоря, на душе у меня было довольно скверно. В кино идти тоже перехотелось. Тогда я поднял ведро и одиноко, без Бочкина, набрал воды. Оставалось надеяться лишь на то, что Инга меня толком не запомнила и я не врезался ей в память безропотным последователем какого-то ушастого Гены, был бы он хоть трижды носителем первоклашек. Я уныло взялся за тряпку, и только тут появился Бочкин.
– Ну и грязища, – простонал он.
А потом забрал у меня тряпку и как-то незаметно вымыл весь пол. А я рассказывал ему про Ингу. Нести бремя своей любви в одиночку больше не было сил.
– Ну и угораздило же тебя, старик, – трагично изрек Бочкин, стирая с доски последний крестик. – Ладно, мы что-нибудь придумаем. Выставим тебя перед этой Ингой настоящим героем.
И мы стали придумывать, как и кем меня нужно выставить…
Как нельзя знакомиться с девчонками
Для того чтобы познакомиться с девчонкой поближе, есть масса способов. Сейчас я расскажу вам о тех, к которым ни в коем случае нельзя прибегать. Признаюсь, что использовал их все. Но хоть вы не наступайте на эти грабли.
Казалось бы, что может быть проще – подойти к девочке и непринужденно спросить: «Как тебя зовут?» Но в моем случае такое никуда не годилось. Я прекрасно знал, как зовут Ингу, а начинать отношения со лжи не хотелось. Поэтому я решил представиться сам. На первый взгляд дело проще простого. Но кто же знал, что все так обернется…
В тот день я пришел к школе намного раньше обычного и стал караулить – когда появится Инга. Мокрый снег летел с неба и таял, не успевая коснуться земли. Повсюду разливались лужи, а воздух был такой влажный, что казалось, запусти в него рыб, и они начнут плавать вокруг тебя, точно в аквариуме. Наверное, я тоже стал похож на мокрую рыбу с выпученными от холода глазами, когда в школьный двор вошла Инга. Я подумал, что в мой аквариум невозможным образом впорхнула бабочка. Яркая и легкая, летящая над лужами. Я раззявил рот, на миг забыв обо всем, а потом метнулся ей наперерез. Остановился, преграждая путь, и начал невнятно мямлить:
– Меня зовут… меня зовут…
– Ну иди, раз зовут, – не дослушав, перебила Инга. – Что встал на дороге?
Она уверенно подвинула меня в сторону и пронеслась мимо. Наверное, никогда в жизни я еще не чувствовал себя так глупо. Все шамкал губами и пучил глаза ей в спину. Тогда я усвоил первое правило для каждого влюбленного романтика – кровь из носа надо заканчивать фразы. И даже если тебя отвергнут, то как человека говорящего, а не как блеющего козла, который, кроме «бе-ме», ничего вымолвить не может. В моей ситуации был лишь один плюс. Я знал имя Инги, иначе бы знакомство выглядело еще печальнее. Продрог бы перед школой лишь для того, чтобы вместо «как тебя зовут?» прокаркать: