Симфония Тьмы
Шрифт:
– Так ли уж важен этот Змей? – я лежу на поверхности не двигаясь, и смотрю на звёзды.
– Это можешь решить только ты.
– Я ни в чём не уверен.
– Тогда ты должен спросить, и получить ответ.
– У кого?
– Если ты неспособен спросить сам себя – найди равного себе, и задай вопрос.
Я улыбаюсь, потоком фосфоресцирующей воды дельфина переворачивает.
– А почему ты так уверен, что не равен мне?
– Я смертный. – просто отвечает дельфин.
И я ничего не могу возразить. Я плыву прочь от вопросов, скрываясь среди волн. Надо узнать имя этого дельфина.
И я понимаю, что цена за наслаждение жизнью – смерть.
Завтра я отправлюсь на поиски равного, чтобы спросить.
Сегодня я плавал на охоту.
3-И
Сегодня я лечу на охоту. Бледный диск луны светит с небес, посылая мёртвенный свет на горы, принадлежащие мне. Ветры несут мириады миазмов, творя ароматный букет запахов, расправляющий столь непохожие на мои крылья. Сегодня я лечу на охоту.
Я редко летаю на охоту по ночам. Я предпочитаю делать это ранним утром, когда восходящее Солнце заставляет забыть обо всём кроме красоты, и мир замирает, встречая владыку Света, простирающего свою ослепительную длань над Вселенной. Я люблю смотреть на бушующий огонь Солнца, безжалостно разрывающий нежное тело Тьмы копьями своих лучей, подобно тому как я разрываю нежные тела жертв кинжалами своих когтей. Но Тьму я люблю не меньше – я дитя Тьмы. Лишь огонь люблю я сильнее ночи.
Когда я лечу на охоту, Тьма встречает меня огнём, и навстречу мне поднимаются блистающие деревья звёзд, горные пики лунных лучей, вулканы комет и метеоров. Я знаю, что такое звезда.
Я выхожу из своей пещеры, расправляя многометровые крылья, всей поверхностью перепонки ощущая ветры в ночи. Странные, тревожные мелодии рождают горы под бичом ветра, они стонут, миллионы лет изнывая под пыткой. Иногда горы приходят в ярость, и тогда содрогается земля, и вздымаются крутые пики, рождаясь в огне наперекор холоду ветра. Но ветер терпелив. Он сильнее гор, ибо владеет вечностью. И горы всегда терпят поражение, год за годом лишаясь острых граней и гордых вершин. Ветер – владыка земли, дитя небес. Я – повелитель неба.
Взмахиваю крыльями, рождая вихри. Каждым взмахом я пополняю семью ветров, я – их отец. Небо кидается навстречу, воздух стонет, пронзаемый трезубцем моего сверкающего тела. Небо принадлежит мне, я его владыка в ночи.
Часто в такие минуты я думаю, кто я такой. Я знаю, как меня называют все остальные. Дракон. Это слово не обьясняет мне, почему в мире нет других драконов. Логика твердит, что я не могу быть единственным в роду, и я очень хочу ей верить. Если очень желать, событие может исполниться. По крайней мере, я в это верю. И мечтаю о друге.
Я называю себя Вулкан, потому что это самое верное воплощение моего характера из всех, которые я знаю. Я похож на вулкан своей необузданной, первобытной натурой, своей неспособностью контролировать ярость и гнев. Меня боятся все. Порой я и сам себя боюсь. Не уверен, что
Когда я взмываю навстречу серебру, льющемуся с небосвода, моя чешуя начинает сверкать подобно мириадам бриллиантов. Я похож на отблеск луны в океане, паря над землёй, пронзая чёрные тучи сиянием своих крыльев. Я – повелитеть неба. Я одинок.
Рассекаю тьму над скалами. Воздух полон музыки сфер, симфония Тьмы гремит над миром, и я – дирижёр вечного оркестра. Я лечу на охоту!
Замечаю с высоты стадо горных антилоп. Они спят на каменистой площадке, несколько дозорных внимательно глядят по сторонам. Эта мера может спасти их от хищников. От меня спасения нет. Я – тёмная молния гор.
Хватаю двух антилоп, набираю высоту. Животные кричат и пытаются вырваться. Сдавливаю их когтями, ощущаю смерть своей добычи. Ничто не может сравниться с этим ощущением. Только тот, кто вонзал свои когти в нежное, полное жизни, трепещущее тело, и ощущал весь процесс ухода жизни, способен меня понять. Я очень люблю охотится.
Сажусь на уступе, вдыхаю солёный запах крови. Он смешивается с миллионами запахов гор, он вплетает свой непередаваемый аромат в венок по имени Жизнь. Ем.
– Доброй охоты, брат. – большой и очень тёмный орёл сидит на уступе рядом со мной. Я протягиваю ему нетронутое тело.
– Угощайся.
Он качает головой.
– Ты знаешь, я ем только свою добычу.
Я киваю, втягивая сладко-воздушный запах птицы. Я никогда не охочусь на имеющих крылья. Все жители неба – мои братья и сёстры. Но только орлы меня не боятся.
– В таком случае, я могу указать тебе место где много пищи.
Орёл долго не отвечает.
– Ты самый могущественный из крылатых, Вулкан. – наконец говорит птица.
– Да, это так.
– Почему же ты ведёшь столь одинокую жизнь?
Теперь я долго не отвечаю. Ветер ласкает мои крылья, шевеля перья орла.
– Потому что таких как я больше нет.
Орёл поворачивает ко мне голову.
– Так не может быть. – спокойно замечает он.
– Знаю. Но тем не менее, это так.
– А ты искал?
Я долго смотрю на небо, где начинает заниматься заря.
– Я просто знаю.
– Откуда?
– Откуда ты знаешь, где поймать восходящий поток? Ведь они невидимы.
Орёл не отвечает. Я опускаюсь на скалы рядом, мы молча смотрим на восход Солнца.
– Никакой восходящий поток не удержит тебя в воздухе, если ты не желаешь махать крыльями. – неожиданно произносит птица. Я молчу.
Орёл расправляет свои коричневые крылья, готовясь взлететь. Поворачивается ко мне, долго смотрит.
– Ты просто боишся найти равного, Вулкан.
Я закрываю глаза. Он слишком умён.
– Ты не прав. – глухо.
– Нет, я прав. Сейчас ты – повелитель неба. Владыка ночи. Отец ветров. С появлением второго дракона, трон придётся делить.
Резко встаю, стараясь не смотреть на орла.