Симфония чуда
Шрифт:
Где в сумраке глухом фонарь-калека,
И одинокие прохожие с опаской
Бредут, и серо всё от века,
И жизнь сокрыта под унылой маской,
Мы там гулять пошли впервые.
Скороговорки межэтажных окон
С гирляндами огней поплыли
Где-то поодаль за спиной с упрёком.
Но таяла рука в руке, и мы гуляли,
Нас ночь сближала всё теснее,
И помнили с тобою мы едва ли,
Что
2.
В мгновенье – вечность, идеал –
В любви, а в страсти – голод.
Наш мир вглубь бесконечно мал,
Вширь – буйно молод.
Он юн в творении своём,
Порой беспечном,
В нём дерзкий взор за окоём
В движенье вечном
Туда, где замысел рождён
Вселенским схватом
Любви – ей космос подчинён
И каждый атом.
В любви весь мир творим един
И вечно молод,
А в страсти мы мираж плодим –
Наш вечный голод.
Глоданье мысли – время, ход
Всех размышлений,
Всё это – разновидность, род
Душевной лени.
Душа же знаки подаёт
В движенье верном –
В мгновенье вечен неба свод
Над сроком бренным.
Хоть смертным мир наш и рождён,
В бессмертье канем
В тот самый миг, когда не ждём, –
Аминь нам. Амен.
И человек, что в нём, – любовь,
С тем в вечность входит,
Все шрамы на душе, вся боль –
Код в неба своде.
3.
Броженье сил, блужданье без оглядки.
Куда идём? Вопрос и нет ответа.
Всегда на ощупь, всюду лишь приметы,
Повадки, прихоти и прятки.
Есть вожделение владычной силы,
Чтоб легче жить и не таскать возы,
Не получать чтоб в лоб и постигать азы,
Нос свой зажав, смывая то, что сгнило…
Блаженное тепло родного взгляда,
Текут в нём реки забвения, звеня,
Отрада входит в грудь – залог огня,
Забыться и гореть – души отрада!
Огонь души – любовь. Адам и Ева
С небес сад Рая доставив до земли,
На бренном поле огонь свой разожгли,
В любви взрастили жизни древо…
Звёздная ночь, солнцеликая радость,
Медновласое чудо моё,
Всё воздушное, лёгкое рядом.
Улетая, сердце поёт.
Под рукою набухли вершины,
И скользнули в небытиё
Все мои дневные кручины,
Суетное всё дело моё.
И, фантазии крылья расправив,
Как слова бессмертных
Поцелуем сердце изранил.
Поцелуй как пожар – о-хо-хо!
Ясноглазое чудо – ранняя осень.
Всё ещё молодо, всё свежо,
Всё играет красками. Красок тех – восемь:
Семь разноцветных и луч – дирижёр.
Этот воздух, дыханье ошеломляя,
Опьяняя, как зелье, целит.
Тёплый свет, усыпляя, ласков, как няня,
И внимателен, как Айболит.
Это ты, моё ясноглазое чудо!
Трепещу, как художник, пред тою красой,
Что приходит извне, являясь оттуда,
Где весь наш мир на ладони несом.
Камыш цветёт над озером,
Где чайка и волна,
Где тишь меня тревожила,
Где бездна-тишина,
Где ласковый прибой совьёт
В душе такую блажь,
Что хочется разбойную
Петь песнь, впадая в раж,
Что хочется, набравши сил,
То нежно, то дерзя,
Войти туда, где страшно и
Куда ходить нельзя.
Жизнь пошла врастопырку –
Жизнь во все стороны, значит.
Хочется, чтобы иначе,
Цельно чтоб было, впритирку,
Жизнь чтобы вновь запела
Гимны, а не частушки,
Смех чтобы, не хохотушки,
Радовал, мысль чтобы грела,
Чтобы зимой и весною
Пелось бы вдохновенно,
Чтоб жизнь, вырываясь из плена,
Вольной была, не шальною.
Фантазия
Дух, аромат духов французских
С дыханием твоих волос
Сравнить нельзя – всё будет узко,
Всё прозаично… Трав покос,
Роса, что за восходом солнца
Упала на свежайший луг, –
Вот что из каждого влоконца
Исходит ароматом! Дух
Фантазией очарованья,
Распахнутой тебе навстречь,
Захватывает!.. Оболванен
Насквозь я, я теряю речь
И в то же время улетаю,
С землей теряя тяготень,
В ту высь, где, кажется, святая
Колоколов витает звень,
В ту высь, где, кажется мне, зрелым
Стал плод стыдливой наготы –
Два тела смуглых, загорелых
Слились в одну игру мечты…
Я вновь и в новь весною ранней
Терзаюсь ожиданием тепла.
Ищу схорон от зимней тьмы – пираньей
Мне душу сгрызть готова всю дотла.
Одна лишь ты – весенняя надежда,