Симеон
Шрифт:
/Хотя, если "по морям ходят", то правильнее сказать "дальнюю ходьбу"/
Какая-то шликолюмбия в России творится, ни разу не слышал, чтобы какой-нибудь купец отправил куда-нибудь свои корабли в поисках неведомого. Наверно не тем местом слушал.
Впрочем, нечего жаловаться, руководителей и капитанов покладистых и понятливых я всё-таки нашёл.
— Задача, господа путешественники, в том, чтобы вот здесь. в устье реки, чуть вверх по течению, основать пост, склады, причалы.
Подробные инструкции, конечно же, изумили определённой деталировкой, но руководители экспедиции согласились с поставленными задачами.
Жаль, что деньжищ маловато, а то я бы ещё и в Австралию корабли отправил. Чешутся у меня в одном месте заветные слова "балларат" и "бендиго". Каждый дурак знает, что там золота видимо-невидимо, все википедии указывают где это. Главное добраться и два-три годика поискать вокруг Мельбурна, которого ещё нет.
Единственная хохлома в том, что просто послать людей, чтобы золото нашли, опасновато. Или не найдут и весь поход впустую пройдёт. Ещё хуже, если найдут и привезут образцы хотя бы. Тогда инфа моментально разнесётся по всему свету и другие быстро запрягут, пока мы копаться будем.
Единственный разумный вариант это основать колонию. Да чтобы и охранников вдосталь (вроде вооружённых поселенцев), и тех, кто поисками золота займётся. Свои поля и скотоводство наладить… Причём придётся сию колонию за свой счёт содержать и где деньги на это взять?
— Екатерина Алексеевна, мать вашу, государыню нашу! А выдайте-ка мне мильон на поиски Терры Инкогнитовой, да кораблей с людями погуще, да побольше качеством. Хочу золото сам себе добывать вдосталь.
Блин, не поймут-с, Азия-с. Ещё и ночной вазой бросют-с, а вдруг попадут-с? То-то меня дерьмом ейным али Зубовским обольёт-с. Или у них единый панибратский горшок? Может по-другому попросить, сославшись на родственные чувства?
— Бабулечка-красотулечка, харе Платошку и его сродственничков баловать. Всё у них отбери и будет тебе моя благодарушка…
Зараза, мать-перемать, не успел договорить, как мне опять ночной вазой прилетело и дерьмом зубовским облило. Или всё-таки екатерининским?
Видимо не судьба пока стать богаче, чем тот же Елагин. Ну не масонов же в побратимы австралийские брать. Хотя Храповицкий говорил, что сей Иван Перфильевич Елагин вроде тоже золотом интересуется.
— Александр Васильевич, а вы знаете, что золото, добытое с помощью философского камня, вредно для здоровья его обладателя?
— А разве не золото драконов такими плохими свойствами обладает? — сразу заинтересовался наставник.
Он очень хочет приобщить меня к масонству, поэтому готов поддержать любую мистическую тему.
— Проблема трансмутации металлов в том, что в итоге получаются изотопы вещества, а они радиоактивны.
Куча новых непонятных слов сразу активизировала любопытство опекуна. Да любой масон за фразу, наполненную загадочностями, отдаст не только свою правую руку, но и подлокотник кресла, которым заведует в ложе!
— Семён Афанасьевич, а вы случайно не тайный розенкрейцер? Всё-таки, Джеймс Бенинген был именно из их ложи. Вдруг он принял вас и даже поделися знаниями на линкоре, где вы оба служили, а вы, потеряв память, тем не менее сохранили некоторые из них?
— Вполне такое возможно, ибо я не могу объяснить происхождение того,
— Давайте встретимся с членами Провинциальной ложи? Наверняка ваши знания могут быть полезны.
— Извините, но с одним встретиться куда ни шло, а вот с группой мне не хочется. Я же, как вы знаете, люблю лишь точечные приёмы, а не массовость
— Тогда повторите, что вы сказали, а я запишу. Мне всё равно предстоит встреча с Иваном Перфильевичем на днях. И хотя он недолюбливает розенкрейцерство, но человек глубоких знаний и ему легче понять, что вы имеете в виду.
— Ради бога мне не сложно. Даже буду рад некоторыми знаниями о мироустройстве с кем-нибудь понимающим поделиться.
Конечно я масонство неприемлю, но в данный период они не уступают учёным, а в чём-то и превосходят их.
В конце февраля состоялось толковище с участием Елагина и я засрал ему мозги данными из учебника неорганической химии за 5-ый класс советской школы.
— Поразительно, но это же невероятно, хотя и логично, — восхищался 65-летний богач и глава самой сильной масонской лиги России, включающей в себя двенадцать лож, — почему вы, молодой человек, до сих пор не с нами?
На этот вопрос ответил Храповицкий, деликатно, но твёрдо.
— Дорогой, Иван Перфильевич. Я уже более полугода сотрудничаю с Симеоном. Его уровень мышления и анализа настолько высок, что даже государыня императрица ценит его. Поэтому, наш молодой друг скорее создаст свою лигу, если посчитает нужным.
— Так я готов помочь со всем своим опытом и связами.
— Уважаемый Иван Перфильевич, — тут же вмешался я сам, чтобы не перехвалили, — масонство, к сожалению, уже не успевает за собственными достижениями из-за определённой косности части своих адептов. Я готов сотрудничать в научных и исследовательских делах с кем-нибудь одним, но не с целой ложей или лигой.
Старик Елагин, чисто по-юношески, хочет приобщиться к неведомому, но ему придётся смириться с тем, что ни в какую ложу я не вступлю. Детей у него нет, их родовая ветвь иссякла, так что пусть сам подумает над своим дальнейшим поведением.
— Семён Афанасьевич, а вы не против, если иногда я буду вас навещать? Уж очень интересные вещи вы знаете.
— Да, конечно же. Мне не трудно поделиться с понимающим человеком, который оценит мои случайные знания. Правда я более практический человек. Например, предпочитаю не искать какой-нибудь философский камень, а вычисляю места на нашей планете, где можно то же самое золото добывать обычным способом.
Глава 14
В начале марта я осиротел, попрощавшись с Софьей Степановной и Петром Кирилловичем Разумовскими, отправившимися в очередное многомесячное турне в Европу. Ещё через неделю отбыла моя первая экспедиция, увезя с собой часть души, надежды на нечто необычное и три десятка "фергюсонок" и "кузьмичёвок". Заодно в дальнее плавание я отправил десять спешенных драгун вместе с другими эспедиционерами. Пусть проверят свои новые кондиции в реальных боевых условиях, если таковые случатся. Для персонального бронирования им изготовили кирасы из твёрдой седельной кожи с набитыми металлическими пластинами. Какая-никакая, но защита от стрел и иных наконечников туземцев и прочих аборигенов.