Симбиоз
Шрифт:
Наш кораблик унес женщину, в приземлившийся следом второй аппарат мы погрузили убитого мужчину. Нехитрая утварь и песчаная постель остались без хозяина.
В темноте пещеры, куда мы спрятались от зноя, Таа сразила меня арифметикой и логикой.
Два месяца она разгружала людей и наблюдала одну и ту же картину: каждый день корабль привозил десять человек, поровну мужчин и женщин, и забирал четыре мешка косточек.
Вывод прост: Дилт меняет людей на орехи. Можно предположить, что на орбиту людей доставляет кто-то,
Кстати, этот вариант озвучила именно Таа. Признаться, я не предполагал, что женщина, выросшая в неразвитом обществе, способна представить себе орбитальную станцию.
Однако Таа в рассуждениях пошла дальше. Поскольку каждый день корабль уносит четыре мешка, четыре носильщика покидают Дилт. Так как в узлах, если учитывать путников, живет примерно поровну мужчин и женщин, вместе с переносчиками грузов должны уйти четыре представительницы прекрасного пола.
Получается, что ежедневно в Дилт прилетает на два человека больше, чем убывает.
За два месяца Таа не видела происшествий, подобных сегодняшнему убийству. Людей, не поддающихся внушению Дилта, приходится эвакуировать не чаще, чем раз в два дня.
Если количество людей увеличивается, их надо где-то размещать. А где? Население каждого узла постоянно. Либо здесь ежемесячно выращивают шесть-семь узлов, либо путники покидают Дилт , либо...
– Думаю, некоторые люди улетают куда-то далеко, - предположила Таа. Может быть, где-то есть еще один Дилт.
Неизвестно, насколько верны выводы Таа, да и на нашу судьбу они не влияют, но я понял, что судьба свела меня с умной женщиной. Возможно, я не понимал этого из-за языкового барьера, существовавшего между нами в первое время, но теперь мы можем общаться на едином и прекрасно понимаем друг друга.
Прилетевший кораблик доставил нас обратно, и теперь я знакомлюсь с местом, где мне предстоит жить. Вход такой же, как и в обычном узле. Короткий коридор, в конце налево - туалет и ванная, направо - спальня. Однако это еще не все: в тридцати метрах от первого расположен второй вход. Такой же короткий коридор, а дальше комнатка, на дальней стене которой имеются два окошка. Из одного можно достать бурдючок с молоком Дилта, из другого - узелок с зерном.
Откуда здесь берется еда?
– Узел?
– спрашиваю я.
– Да, - улыбается Таа.
Если я понял это только что, то она давно догадалась, что короткие коридоры не проходят насквозь, а заканчиваются в толстой стене. Рядом с нашей ванной за перегородкой существует еще одна, которой пользуются люди, живущие во внутренней полости узла. Они же нас снабжают пищей, складывая узелки с зерном и бурдючки в соответствующие окошки, а мы достаем еду с другой стороны разделяющей нас стенки. Вряд ли жители узла об этом подозревают, ну а Дилт, разумеется, нам содействует, переправляя все через перегородку.
А если так устроены все узлы? Думаю, путники, оставшиеся без груза, отдыхают именно в таких убежищах и не общаются с обитателями внутренних
Глава 8
Сквозь перепонку, закрывающую вход в наше жилище, мы свободно проходим в любое время, всегда можно проникнуть и на площадку, куда привозят людей - гуляй сколько угодно. Только кроме каменного резервуара, у нас в распоряжении лишь участок длиной метров пятьдесят и шириной двадцать - судя по кривизне окружающих его живых стен, это отрезок кольца. Его с круглым резервуаром соединяет единственный проход.
– Таа, откуда я пришел?
Мы с ней в огромной круглой впадине с каменистым дном и живыми стенами из непонятного материала. Солнце взошло недавно, и на нашем аэродроме пока не наступила обычная жуткая жара.
– Отсюда, - моя спутница показывает на стену рядом с черным квадратом - из него мы каждой ночью достаем мешок с орехами.
Никакого намека на дверь здесь нет, но я верю Таа: Дилт может замаскировать проход или сделать его временным.
– Ты думала, как здесь все устроено?
– Думала. Надо насыпать песок, и я тебе нарисую.
Таа развязывает пояс, снимает юбку и остается в одних сандалиях. Выглядит она донельзя соблазнительно, но очень серьезно настроена - лучше ее не трогать.
Расстилаем ткань на дне резервуара, пригоршнями набрасываем на нее смесь песка и камешков. Камни выбрасываем подальше, песок оставляем, потом высыпаем его в нужное место. Операцию повторяем несколько раз, разравниваем песок и получаем поверхность, на которой можно рисовать.
– Это наш круг, - Таа рисует на песке окружность.
– Это стена, - концентрическая окружность большего диаметра возникает вокруг первой. Пальчик Таа упирается в получившееся кольцо.
– Это узлы, - напарница рисует несколько небольших соприкасающихся кружков, и вокруг кольца выстраивается еще одна окружность, состоящая из них. Каждый кружок-узел она соединяет черточкой со стеной, показывая, что они составляют единое целое.
– Другие узлы, - изображает множество кружков вокруг первоначальной схемы и соединяет их черточками и с круговыми узлами, и между собой.
– А зачем перемычки?
– спрашиваю я.
– Чтобы поднять корабль высоко, нужно много силы - узлы помогают друг другу.
Все понятно и похоже на правду, только к этому нужно добавить множество дорог и тропинок, идущих в местах, известных только Дилту.
– Таа, ты очень умная!
Похвала приносит неожиданный результат: в глазах Таа появляется страх.
– Ты пошутил?
– робко спрашивает она.
– Скажи, что ты пошутил!
Обнимаю ее и шепчу на ухо: