Симбиоз
Шрифт:
— Упс. Бедненький, промахнулся, — констатировала случившийся факт Катерина. — Наверное, ему нужна медицинская помощь?
Голос Катерины вывел из оцепенения друзей пострадавшего, и они хором загомонили.
— Чего это было?
— П-петрович, т-ты чего это?
— Зачем он так?
Эти короткие фразы полностью истощили риторические способности подвыпивших приятелей, и они вновь замолчали, вероятно, аккумулируя новые мыслеобразы, способные впоследствии воплотиться в звуковые колебания. Судя по всему, лидером этой четверки был этот самый Петрович, ставший жертвой своей наглости
На вид спокойно лежащему Петровичу было лет восемнадцать-двадцать, явно недостаточно для того, чтобы называться по отчеству. Остальная троица больше напоминала быковатых прихлебаев, которых обычно таскают с собой для солидности молодые богатенькие буратины. Как позже подтвердила Лора, мое предположение оказалось верным. Двое из них, судя по абсолютной схожести, были близнецы-братья. Их низкие лбы, выпученные глаза и картофелеподобные носы придавали лицам схожесть с мультяшным Шреком. Фигурами они также напоминали этого героя. Если братьям для своей комплекции, скорее всего, пришлось изрядно потрудиться челюстями, перемалывая неизвестное, но наверняка немалое, количество калорийной пищи, то мускулистая фигура их третьего друга несомненно являлась результатом ежедневной многочасовой работы с тяжестями в спортзале.
Меж тем, единственным человеком, предпринимавшим какие-то действия, была Лора. Она отправила куда-то одного из обслуги, и теперь что-то говорила в телефонную трубку, с тревогой глядя на жертву алкогольной невоздержанности.
Мускулистый член троицы наконец сообразил переместиться к пострадавшему. Он пару раз осторожно толкнул лопатообразной ладонью тщедушное тельце и изрек требовательно: — Эй! — после чего вновь замолчал, сосредоточившись на какой-то мысли.
— Хо-о, Петровича срубил очередной стакан?
К нам подошли еще двое. Судя по их уверенному, даже несколько высокомерному, виду, не соответствующему физическому развитию тел, они были ровней Петровичу.
— А кричал, всех перепьет, перепел!
Один из близнецов попытался объяснить ситуацию:
— Да он это… ни это…
— Это не это, — передразнил его один из вновь прибывших, пухленький блондинчик с женоподобным личиком. Он плюхнулся на подушки, сыгравшие роковую шутку с его товарищем, и, махнув в сторону стола повелительным жестом, произнес требовательно, обращаясь неизвестно к кому. — Наливай!
И тут я совершил вторую за этот вечер глупость. Заметив, что Лора закончила разговаривать по телефону, я обратился к ней с вопросом.
— Это что за клоуны? — спрашиваю, не понижая голоса, надеясь, что незваные гости заняты своим общением и не услышат мой вопрос.
Но я ошибся. Все пятеро тут же повернули головы в мою сторону.
— Не по-онял?! — первым произнес качок. Надо же, как быстро работает его мозг в определенных случаях.
— Я извиняюсь, дядя, — подошел ко мне второй из вновь прибывших, так и не успевший присесть горбоносый очкарик, похожий на Дрона из отечественного мультфильма. (Да что ж у меня сегодня все с мультяшными героями ассоциируются?) — Как я понял, это вы о нас отозвались столь
— А?! — поддержал вопрос товарища блондинчик.
— Э-э… — в унисон многозначительно выдали близнецы-братья.
Пять пар пьяных глаз смотрели на меня в предвкушении развлечения, которое хоть как-то скрасит эту эту скучную вечеринку.
Не зная, как им ответить, решаю просто проигнорировать и вновь обращаюсь к Лоре.
— Так кто эти… кхм… люди?
Та, видя назревающий конфликт, пытается перевести разговор в другое русло.
— Мальчики, мальчики, а не пора ли наполнить бокалы?
— Мину-уточку, — поднимает раскрытую ладонь в сторону Лоры горбоносый. — Лариса Сергеевна, кажется?
Он поправляет очки указательным пальцем, затем поднимает этот палец вверх и продолжает:
— Мы не для того почтили своим посещением вашу провинциальную дыру, чтобы нас здесь безнаказанно оскорбляли. Это ваше упущение, что вы не удосужились донести до человека, — следует небрежный кивок в мою сторону, — кто мы, и что мы. Посему настоятельно рекомендую вам и вашей очаровательной подруге отправиться погулять, пока мы потолкуем с дядечкой. А через некоторое время мы будем рады разделить с вами наш скромный стол.
И он по-хозяйски указал на накрытую для нас поляну. Затем обратился уже к своим товарищам:
— Я правильно изложил суть нашей коллективной мысли?!
Товарищи энергично закивали, замычали, задакали.
Вот, блин, чахлый очкарик дает! Потолковать он со мной собирается. Его ж, как говорится, соплей перешибить можно, а он прет так, будто представляет себя как минимум танком. Ну да, конечно же, надеется на своих здоровых дружков. Или еще на кого? На крутого папашу? Да кто они такие, в конце-то концов?
— Да кто это такие?! — в третий раз восклицаю я, отправляя в рот очередную мини-булдыжку, что так напоминает лягушачью лапку. Вкусная вещь, однако. Неужели и правда лягушка? Если так, то у французов губа не дура…
— Олежек, — Катерина крепко сжимает мне локоть. — Прекрати…
— Погодите, Олег, — не глядя на меня, отмахивается от моего вопроса Лора. Ее лицо покрывается красными пятнами, в глазах, гневно взирающих на наглого очкарика, холодная решимость.
— Молодой человек, — судя по дрожащему голосу, Лоре с трудом удается говорить спокойно. — Вас в нашу, как вы выразились, дыру никто не приглашал. То, что ваш отец занимает какой-то пост в каком-то министерстве, не дает вам здесь никаких привилегий. Возможно, в столице вы и позволяете себе подобные выходки, хотя я в этом очень сомневаюсь, но здесь вам придется вести себя прилично. В противном случае охрана непременно объяснит вам, кто вы есть на самом деле.
Все пятеро, офигев от услышанного, застыли с открытыми ртами. Я тоже перестал жевать и поудобнее устроился на подушках, с интересом наблюдая за Лорой. Катерина, продолжая сжимать мой локоть, тоже с удивлением глядя на подругу. Безучастным оставался лишь горемыка Петрович, прикорнувший у моих ног.
— А сейчас, — меж тем продолжает разгневанная Лора, — вы встанете и удалитесь в поисках более достойного ваших персон места. Благо выбор большой. И я вас очень попрошу сделать это без промедлений!