Силуэт счастья

Клетина Наталья

***

Харламов Геннадий Евдокимович считался вторым человеком в компании. Сам он очень ревностно относился к своему статусу, и очень любил, когда это подчеркивал сам Михаил Андреевич или кто-то из замов. Последнее время Харламов чувствовал, что его позиция в компании меняется, что шеф отдаляется от него, перестал с ним советоваться по важным вопросам и как-то оттесняет его в сторону. Поэтому он с большой ревностью относился ко всем, кто близко общался с Михаилом Андреевичем.

Появление Зои Павловны стало для него неприятной неожиданностью. Старик Федор Егорыч, который номинально выполнял функции главного менеджера по управлению персоналом, в компании

не имел ровно никакого влияния. Появление на его месте молодой и такой яркой женщины обещало некие изменения в общем раскладе. Зоя Павловна очень понравилась Харламову, она принадлежала как раз к тому типу женщин, который волновал его. Он понимал, что Зоя Павловна его соперник, что ему надо как-то нейтрализовать ее влияние на шефа, но как это сделать он пока не знал. Он пытался внести диссонанс в их отношения с помощью запущенной сплетни, что они якобы любовники. Но пока посеянные им семена не взошли и взойдут когда-нибудь неизвестно. Жена имела на Михаила Андреевича большое влияние, но она была умной женщиной и открыто проявлять свои претензии к мужу может быть и не станет, а вначале понаблюдает и сделает выводы.

В любом случае, он решил присмотреться к Зое Павловне и постараться разузнать о ней побольше, а потом уже предпринимать какие-то действия.

Первая же такая попытка закончилась неудачей. Он зашел к кадровичкам, двум солидным дамам, одна из которых была начальницей, вторая главным специалистом отдела кадров. С этими женщинами Харламов предусмотрительно поддерживал дружеские отношения. Он частенько заглядывал к ним поболтать, приносил что-то к чаю и как бы невзначай выведывал все последние новости, потому что помимо личных дел, которые хранились здесь в сейфе, сюда стекалась и вся неформальная информация в виде слухов и домыслов. Но кадровички и сами ничего не знали о новом менеджере. Ее личное дело к ним в руки не попало, оно, почему-то, минуя все положенные бюрократические этапы оформления, находилось где-то в другом месте. У них только проставили печать и попросили поставить подпись на пустом бланке формуляра..

– А почему, как вы думаете?– спросил Харламов, отпивая из стакана, обжигающий

чай.

– Странно, конечно, за все время моей работы, такое случилось первый раз, – сказала начальница. Она не могла скрыть, что, этот произвол ей неприятен, даже более того, она себя чувствовала уязвленной.

– Я не знаю, возможно, в этом личном деле есть какая-то информация, которую Михаил Андреевич ото всех держит в секрете. Но хозяин – барин. Значит так надо.

Харламов предусмотрительно перевел разговор на другую тему и, допив свой чай, ушел.

Он стал следить за Зоей Павловной в течение всего рабочего дня, пытаясь понять, что она делает, какими вопросами занимается. По его представлению Зоя Павловна начала с досконального изучения всех отделов фирмы. Читала должностные инструкции, знакомилась с людьми. Он видел, как потихоньку каждый из сотрудников побывал в ее кабинете. С ним, правда, она еще не беседовала, хотя по представлению Геннадия Евдокимовича это было выше ее компетенции, поскольку по должностному рангу он был выше Зои Павловны. Возможно, с ним она будет знакомиться только дистанционно, через документы или потихоньку выспрашивая у других сотрудников.

Харламов решил проследить, во сколько Зоя Павловна заканчивает работу. Был уже поздний вечер, она все еще не уходила. Когда хлопнула дверь в ее кабинете, Геннадий Евдокимович, решил, что, наконец-то, она отправляется домой. Но Зоя Павловна и не думала уходить, она направилась в кабинет

начальника службы безопасности и пробыла там довольно долгое время. Их здание стало уже безлюдным, и свет горел только в коридорах и лестничных пролетах. В это время появились какие-то люди в синих комбинезонах с мотками кабеля и какой-то аппаратурой. Под присмотром начальника службы безопасности и самой Зои Павловны они что-то устанавливали в кабинетах и вестибюлях их офисного здания. Харламов сидел в своем кабинете и не знал, как себя вести. Показаться на глаза этим людям он не решался, потому что, то, что сейчас происходило, видимо, должно было быть тайной для всех, в том числе и для него.

– Буду сидеть в кабинете, как ни в чем не бывало. Если они ко мне заглянут, пусть тогда сами и выкручиваются. У меня ненормированный рабочий день, я могу находиться на своем рабочем месте, столько, сколько необходимо.

Он включил компьютер и стал что-то читать в Интернете, прислушиваясь к шагам в коридоре и ожидая, что вот-вот откроется дверь.

Но постепенно все шаги удалились, корпус опустел окончательно, теперь можно было, не скрываясь, уходить.

– Что это было?– раздумывал Харламов по дороге домой.

– Похоже, устанавливали какое-то оборудование, скрытое видеонаблюдение, прослушки или еще что-то.

Но что бы это ни было, для заместителя генерального директора Харламова это было доказательством, того, что его позиция в фирме МИАКОР стала ничтожной. Если на фирме что-то устанавливают и его не ставят в известность, не говоря уже о том, чтобы посоветоваться, как это бывало прежде, то понятно, что он теперь пустое место.

– Неужели какая-то пришлая бабенка, появившаяся неизвестно откуда для начальства более ценна и авторитетна, чем он, Геннадий Харламов, верой и правдой служивший много лет своему боссу. Ну, уж нет, он никому не позволит вытирать об себя ноги.

– Ты, Михаил Андреевич, еще глубоко пожалеешь об этом. Будешь еще локти кусать и в глаза мне заглядывать. Я тебе и твоей пришлой бабенке еще покажу, где раки зимуют.

Он сам себя накручивал всю дорогу, и когда его ненависть и обида достигли своего пика, он внезапно успокоился.

– Нет, пустыми угрозами ничего не достигнешь. Я буду спокоен и непробиваем как скала. Я больше не буду реагировать ни на какие их поступки, но я даю себе слово, что придумаю что-нибудь, чтобы они поняли кто такой Геннадий Харламов, и как они насчет меня просчитались.

***

Михаил Андреевич, понимал, что надо дать достаточно времени Зое Павловне, чтобы она освоилась на своем месте, прежде чем требовать от нее каких-то результатов. Прошло чуть больше недели после начала ее деятельности, как Зоя Павловна попросилась принять ее с первым отчетом.

Она принесла свой отчет в напечатанном виде, но Михаил Андреевич небрежно бросив его на край стола, сказал,– Я потом все внимательно прочту, но хотел бы, чтобы Вы кратко сформулировали мне, то, что там написано.

Зоя Павловна задумалась, как будто в уме еще раз все разложила по своим местам.

– Хорошо, скажу то, первое, что бросилось мне в глаза. Я внимательно изучила все должностные инструкции в каждом отделе, и пришла к выводу, что есть позиции в разных отделах и даже в внутри одного отдела, которые дублируют друг друга, то есть выполняют одинаковые функции. Это приводит не только к путанице и каким-то противоречиям меду сотрудниками, но и просто расхолаживает людей. «Зачем, я буду напрягаться, когда еще какой-нибудь Вася всю эту работу все равно сделает, а свою зарплату я и так получу».